Маша влюбилась в Олега с первого взгляда. Высокий, статный, с искрящимися карими глазами — он появился в её жизни внезапно, как порыв свежего весеннего ветра. Случайная встреча в книжном магазине, разговор о Ремарке, и вот уже судьба сплела их пути в один узелок.
— Машенька, ты что, правда думаешь, что я позволю какой-то провинциалке войти в нашу семью? — прошептала Вера Павловна, мать Олега, когда тот объявил о помолвке.
Но любовь слепа, особенно когда тебе двадцать пять и весь мир кажется добрым и светлым. Маша верила: время всё расставит по местам. Ха! Наивная...
— Олег, ну разве может такая девушка быть тебе парой? — не унималась свекровь во время свадебных приготовлений. — Ни образования престижного, ни связей...
Олег только отмахивался:
— Мама, прекрати! Я люблю Машу, и точка.
Первый год совместной жизни казался раем. Молодые жили отдельно, в съёмной квартире. Маша устроилась в рекламное агентство, Олег делал успехи в своей юридической конторе. Но потом...
— Дорогие мои! — однажды вечером заявила Вера Павловна. — Я всё решила. Переезжайте ко мне! Зачем деньги на ветер выбрасывать? У меня четырёхкомнатная квартира, места всем хватит.
Олег загорелся идеей:
— Машуль, представляешь, сколько сможем откладывать? Через пару лет на свою квартиру накопим!
И понеслось...
Каждое утро начиналось с придирок:
— Машенька, ты опять не так кофе сварила? Олег любит покрепче!
— Доченька, ты что, не знаешь, что рубашки нужно гладить с крахмалом?
— Ой, а у нас в семье всегда щи по-другому готовили...
Маша терпела. Улыбалась. Старалась угодить. Но с каждым днём становилось всё труднее.
— Олег, может, снова снимем квартиру? — однажды не выдержала она.
— Зачем? — удивился муж. — Тут же удобно. И маме помощь...
А потом случилось то самое утро. Маша задержалась на работе допоздна — важный проект. Вернулась за полночь.
— Явилась! — встретила её Вера Павловна в халате. — Где шлялась?!
— Я работала...
— Работала она! — взорвалась свекровь. — Знаю я такую работу! Думаешь, я не вижу, как ты моего сына окрутила? А теперь ещё и по ночам пропадаешь!
— Вот что, милочка, — продолжила Вера Павловна. — Уходи, пока тебя не выгнали! Ты здесь лишняя. Всегда была лишней. Мой сын достоин большего!
Маша застыла, как громом поражённая. А муж? Муж, разговаривая по телефону молча скрылся в своей комнате, только дверь тихонько скрипнула.
В ту ночь она не сомкнула глаз. Сидела на кухне, смотрела в окно на мерцающие огни города и думала, думала...
Утром собрала вещи. Тихо, аккуратно, словно боясь разбудить этот дом, который так и не стал родным.
Она развернулась и вышла, осторожно прикрыв за собой дверь. В подъезде присела на ступеньки, достала телефон...
— Алло, Катька? Можно я к тебе приеду?
— Машка, ты чего в такую рань? Что случилось?
— Всё... случилось.
Через час они уже сидели на кухне у Кати, и Маша, глотая слёзы вперемешку с крепким кофе, рассказывала о произошедшем.
— Нет, ну ты представляешь?! Он просто промолчал!
Телефон разрывался от звонков Олега, но Маша сбрасывала их один за другим.
— Маш, может ответишь? — осторожно предложила подруга.
— Не хочу. Знаешь, что самое обидное? Я ведь правда старалась...
Вдруг в дверь позвонили. На пороге стоял взъерошенный Олег.
— Как ты меня нашёл?!
— По геолокации, — выпалил он. — Маша, нам надо поговорить!
Катя тактично испарилась в другую комнату.
— О чём говорить, Олег? О том, как ты позволяешь своей матери меня унижать?
— Послушай, она просто волнуется...
— Волнуется?! — Машу прорвало. — Знаешь, сколько раз она намекала, что я охочусь за твоими деньгами? А как она "случайно" показывала тебе фотографии своих знакомых дочек из "приличных семей"?
Олег побледнел:
— Я... я не знал...
— А помнишь, как на прошлой неделе пропали мои серьги? Те самые, от бабушки? А потом "чудесным образом" нашлись в кармане моего пальто? Это ведь тоже она, да?
— Маша, ты что такое говоришь... Мама бы никогда...
— Очнись, Олег! Она манипулирует тобой! Манипулирует нами обоими!
И всё-таки Олегу удалось уговорить Машу вернуться. Только они зашли в квартиру…
В этот момент дверь распахнулась — на пороге стояла Вера Павловна собственной персоной.
— Явилась-таки, интриганка! — она победно усмехнулась. — Олег, смотри, она даже вещи не собрала толком. Думала закатить истерику и вернуться героиней?
Маша почувствовала, как к горлу подступает ком.
— А это что? — свекровь достала из сумочки какой-то конверт. — Я случайно нашла в твоём столе. Переписка с бывшим? Да ещё и такие милые фотографии...
Олег побелел как мел.
— Что?.. Какие фотографии?
— Мама, хватит! — вдруг рявкнул Олег так, что все вздрогнули. — Я видел, как ты вчера копалась в Машином столе. Видел, как положила этот конверт!
Вера Павловна охнула и схватилась за сердце:
— Сынок, ты что такое говоришь... У меня сейчас приступ будет...
— Нет, мама! Больше не выйдет. Я всё видел. И про серьги знаю. И про то, как ты звонила Машиному начальнику и говорила, что она ворует проекты...
Маша ахнула. Вот почему её обошли с повышением!
— Машенька, — Олег повернулся к жене. — Прости меня. Прости, что был таким слепым идиотом. Я... я снял квартиру. Ещё неделю назад. Хотел сделать сюрприз на годовщину...
Вера Павловна побагровела:
— Ах так?! Значит, эта выскочка для тебя важнее родной матери?!
— Мама, я люблю тебя. Но если ты не прекратишь эти игры... придётся выбирать. И я уже выбрал.
Вера Павловна пошатнулась, картинно прижимая руку к груди:
— Неблагодарный! Я всю жизнь тебе посвятила! А ты...
— Посвятила? — Олег горько усмехнулся. — Или заполнила мной пустоту после развода с отцом? Двадцать лет прошло, мама. Может, хватит мстить всем женщинам за его уход?
Свекровь побледнела, словно призрак:
— Как... как ты смеешь...
— Смею! Потому что я люблю Машу. И не позволю никому, даже тебе, разрушить наше счастье!
Маша стояла, затаив дыхание. Она никогда не видела мужа таким... решительным.
— Значит так, — голос Веры Павловны стал ледяным. — Выбираешь эту... девицу? Что ж, посмотрим, как вы проживёте без моей помощи! Думаешь, тебя бы взяли в юридическую контору без моих связей?
Олег рассмеялся:
— Мама, я уже полгода работаю в другой фирме. Сам устроился, представляешь? И знаешь? Меня недавно повысили. До младшего партнёра.
— Что?.. — свекровь осела на стул. — Почему ты мне не сказал?
— Потому что хотел доказать... себе. Что я чего-то стою сам по себе. Без твоих связей и денег.
Повисла тяжёлая тишина.
— Олег... — начала Вера Павловна, но сын перебил:
— Нет, мама. Хватит. Мы с Машей уезжаем. Я люблю тебя и всегда буду любить. Но... тебе нужно научиться отпускать.
Маша шагнула к мужу, взяла его за руку. Он крепко сжал её ладонь.
Вера Павловна пристально посмотрела на них и видно было, что её взгляд совершенно изменился:
— Маша, — вдруг тихо произнесла свекровь. — А ведь ты... ты единственная, кто его по-настоящему любит. Не как моего сына, а просто... как Олега.
В её глазах блеснули слёзы.
Прошёл год.
Маша стоит у плиты в их с Олегом новой квартире, помешивая соус для пасты. Звонок в дверь.
— Привет, мама, — улыбается она, открывая. — Проходи.
Вера Павловна протягивает пакет с яблочным пирогом:
— Твой любимый, с корицей.
Они не стали идеальной семьёй. Да и бывают ли такие? Но научились главному — слышать друг друга. Вера Павловна наконец изменила своё мнение о жене сына... Маша больше не пытается стать "идеальной невесткой". А Олег... Олег просто счастлив, что две главные женщины в его жизни наконец нашли общий язык.
— Кстати, — Вера Павловна заговорщически понижает голос, — я тут присмотрела чудесную колыбельку. На будущее...
Маша прячет улыбку. Пусть свекровь пока не знает, что эта колыбелька пригодится раньше, чем она думает...
