Найти в Дзене
Каори Треми (ShUmniiBes)

Совесть должна все-таки быть!(Яга младшая 36)

– Так с чем тебе помочь-то? - не услышав нужной информации, уточнил Иван. – Ну, мне туда надо. Через ограду перебраться, спасти принцессу, и все такое, - немного замялся парень. – Точно наш кандидат! Сейчас мы будем свершать подвиг, как и заказывали! - тут же оживился Баюн, - Сейчас мы ему поможем, принцессу разбудим, и будут они жить-поживать, да добра наживать! – Не могу я так! А вдруг он не ее судьба? А вдруг он ей не понравится? А вдруг вообще время еще не пришло? - начала придумывать я отговорки. Вот честно, не хотелось пусть и незнакомую девицу подставлять так с замужеством на первом встречном. Начало Предыдущая часть Баюн посмотрел на меня и тяжело вздохнул. Потом осмотрел присутствующих, показал Елисею кулак, а я только сейчас заметила, что парень аж покраснел от возмущения. – Значит так, слушать меня и рот не открывать! А кто откроет, будет плеваться лягушками, долго! - все согласно закивали, учитывая его внушительный вид черта, связываться с ним никто не хотел, после чего он

– Так с чем тебе помочь-то? - не услышав нужной информации, уточнил Иван.

– Ну, мне туда надо. Через ограду перебраться, спасти принцессу, и все такое, - немного замялся парень.

– Точно наш кандидат! Сейчас мы будем свершать подвиг, как и заказывали! - тут же оживился Баюн, - Сейчас мы ему поможем, принцессу разбудим, и будут они жить-поживать, да добра наживать!

– Не могу я так! А вдруг он не ее судьба? А вдруг он ей не понравится? А вдруг вообще время еще не пришло? - начала придумывать я отговорки. Вот честно, не хотелось пусть и незнакомую девицу подставлять так с замужеством на первом встречном.

Начало

Предыдущая часть

Баюн посмотрел на меня и тяжело вздохнул. Потом осмотрел присутствующих, показал Елисею кулак, а я только сейчас заметила, что парень аж покраснел от возмущения.

– Значит так, слушать меня и рот не открывать! А кто откроет, будет плеваться лягушками, долго! - все согласно закивали, учитывая его внушительный вид черта, связываться с ним никто не хотел, после чего он продолжил - Если Елисей не наш вариант, то сколько бы он не целовал спящую, она не проснется. Всем понятно?

Все снова закивали головами, а я не к месту вспомнила другой вариант сказки, более кровожадный и аморальный. Но решила промолчать, а то еще мои слова будут восприняты, как план действий. Да и Баюн опять же таки со своими лягушками, с него ведь станется.

– Вот и славненько! А сейчас забираемся на метлы, я с Ягой, Иван с Елисеем, и перебираемся через преграду.

Парень, кажется, запамятовал, что с ними в походе сама Яга идет, или вчера так устал, что не понял этой простой истины, и снова воззрился на меня с каким-то ужасом и благоговением. Но долго так торчать у него не получилось, Иван подтолкнул его, чтоб тот начал готовиться к перелету.

Мы с Баюном первыми взмыли вверх, устроившись на помеле, и быстро переправились, спрыгнув на другой стороне от ограды. А вот наши спутники с трудом поднялись над лесом, и постоянно пытались упасть вниз. Видимо, два тяжелых мужчины на одной метле, это было слишком. Но они старались. Елисей, правда, сполз с древка и чуть не полетел прямо в колючие заросли, но Иван его поймал и даже удерживал еще пару метров, чтоб отпустить несчастного, и тот приземлился уже на территории двора, вокруг которого и росли заросли роз.

Парень приземлился с громким криком и громким же звуком падения. А Иван чуть позже мягко встал на ноги, складывалось даже ощущение, что он всегда этим занимался. Но по кислой мине на его лице было ясно, что пятая точка у него непривычна к таким полетам. Мы подошли к Елисею и подняли, осмотрели его ногу, за которую он держался. Ничего, кроме вывиха, не обнаружили и, успокоившись, стали осматриваться.

Замок стоял по центру этой большой и почти пустой поляны, а вокруг, то тут, то там, валялись развалившиеся от времени деревянные приспособления, телеги и даже какие-то ящики. Все поросло травой и мхом, заросло бурьяном. Кое-где даже кости виднелись и не только лошадиные. Видимо, это те жители этой местности, что впали в сон вместе с девушкой и остались на улице. Ну и конечно, они не пережили погодные условия.

Сам замок был такой простенький, всего два этажа, окна, кстати, были застеклены или затянуты какой-то пленкой, которая на некоторых все же пострадала от времени и града. Двери, венчающие главный вход, покосились, одна даже почти отвалилась от развалившихся в труху петель. Все здесь дышало заброшенностью, увяданием и просто ветхостью.

Еще раз взглянув на окружающую обстановку, Елисей окончательно сник и подал голос.

– Наверно, я зря сюда пришел, не надо мне этого…

– Это почему же? - не поняла я такого простого ответа.

– Потому что все здесь заброшенное. Мне так невесту к себе во дворец придется везти, и уж батюшка с матушкой точно не будут рады такой новости. И замок обветшалый, и земля ее у черта на рогах находится, еще и забором из роз и чащобой окружена. Нет, мне надо невесту, чтоб я мог ее родителям без стеснения показать!

– Знаешь что, королевич! Я, пожалуй, принцессу с собой заберу, а тебя здесь оставлю, в качестве компенсации! - разозлилась я от таких слов.

Ему тут подвиг свершать помогают, причем подвиг, о котором он сам и мечтал, а он еще нос кривит, царство маленькое, золото не блестящее!

Иван глянул на него исподлобья и так недобро поиграл желваками, перехватил меч поудобнее ( и как он его постоянно достает?) даже мне в этот момент страшно стало, в глазах его сверкнул огонь. И парень, увидев это, как-то весь съежился. Даже не смотря на его амуницию, стал казаться меньше и как-то слабее, и чуть визгливо выдал.

– А что я? Я ничего! Я только за! Мне все равно жениться пора! - и поспешил в здание, потянул на себя дверь, и та со скрежетом свалилась, оставив на косяке петли и куски почти развалившегося в труху дерева.

Мальчишка упал, и ему на ногу упала дверь, от чего он громко взвыл. И тут произошло то, чего никто из нас не ожидал. Из дверей выплыл полупрозрачный призрак милой женщины. Хотя как женщины, она была старше меня лет на пять, может чуть больше. Она окинула нашу разношерстную компанию гневным взором, особенно досталось Елисею. Взгляд, обращенный к нему, был полон презрения и даже какой-то ненависти, и проговорила. Хотя, я бы сказала, что она проорала, губы ее чуть заметно разжимались на каждом слове, а поток воздуха чуть не сносил нас на колючие розовые кусты.

– Зачем вы пришли, чужаки?