Родной берег 172
Солнце пригревало всё сильнее, в воздухе уже пахло летней свободой. Настя шла по улице после занятий, чувствуя, как груз последних недель начинает потихоньку спадать с её плеч. Курсы вот-вот должны были закончиться, и впереди маячила долгожданная передышка.
— Честно говоря, я ужасно устала, — говорила она Кире, или, точнее, теперь Эмме, как значилось в новом паспорте. Они сидели на скамейке в парке, в тени раскидистого дерева. Кира вытянула ноги в лёгких туфлях и лениво покачивала ими, глядя на прохожих.
— Ну, конечно. У вас там грамматика, тексты, — махнула она рукой. — Удивляюсь, как ты вообще всё это выучила.
Настя в ответ улыбнулась.
— Я и сама удивляюсь. После окончания курсов мне устроила экзамен еще и Нина Николаевна. Я, кажется, научилась читать газеты лучше, чем она сама.
— Что, прямо сама экзаменовала? — Кира приподняла бровь, скептически глядя на подругу.
— Сама. И текст диктовала, и перевод требовала.
— Ну и как? — Кира слегка наклонилась вперёд, ожидая услышать что-то интересное. Настя вздохнула, но в её голосе звучала гордость.
— Сказала, что справилась. Нина Николаевна решила платить мне за работу. Кира усмехнулась и слегка толкнула Настю в бок.
— Молодец. Деньги — это хорошо.
Настя немного смутилась, но продолжила: «Теперь я думаю, что, может, и правда зря жаловалась. Конечно, это сложно, но я рада, что выучилась».
Кира посмотрела с искренним уважением.
— Ты молодец, Настя. А у меня с английским так себе. Хотя мне это не мешает. Главное — теперь я не мою полы.
Настя удивлённо подняла глаза.
— Что?
Кира шире улыбнулась, откинувшись на спинку скамейки.
— Хозяйка гостиницы повысила меня в должности. Теперь я не уборщица, а вроде как помощница администратора. Денег, конечно, не горы, но хватает.
— Вот это новость! — Настя радостно хлопнула её по руке. — Я так рада за тебя.
- Теперь у меня есть деньги. Даже если Билл не будет снимать мне квартиру, я справлюсь сама.
- Ты можешь переехать ко мне, - предложила Настя.
— Я думаю, Алекс останется недоволен...- Кира усмехнулась. - Мужчины хотят, чтобы всё было так, как они решили. Но мы же можем не жить вместе, но дружить по-прежнему. Тем более, у тебя сейчас появится время.
--
Вечерний свет мягко ложился на тёмное дерево стола, на котором стояли две чашки с остывающим чаем. Нина Николаевна сидела прямо, как всегда, с безупречной осанкой. Анна Андреевна напротив, делая вид, что вся во внимании. Разговор крутился вокруг Насти.
- Девочка подтвердила, что имеет светлую голову. Думаю, вы остались довольны, - то ли спрашивала, то ли утверждала Анна Андреевна.
- Да, соображает, - Нина Николаевна слегка кивнула, её взгляд был устремлён в сторону окна. — Работает с текстами, переводит. Видно, что программу освоила успешно.
На мгновение в комнате воцарилась тишина, но барыня, скользнув взглядом по столу, заговорила снова.
— Значит, она всё это время занималась. А я-то думала...
— Что? — Анна Андреевна посмотрела с интересом. Нина Николаевна сделала глоток чая, задумчиво склонив голову.
— Что у неё кто-то появился. Этот... офицер.
— А вдруг появился? — с лёгкой улыбкой поддела её компаньонка. Барыня поморщилась.
— Не думаю. Она так сосредоточена на делах, что в ней не видно никакой влюблённости.
Анна Андреевна осторожно поправила очки.
— Ну, знаете ли, иногда молодые люди скрывают такие вещи, что и не догадаешься.
Нина Николаевна только пожала плечами, но в её взгляде мелькнуло сомнение.
- Одно мне не понятно. Платье.
- Платье? Причем тут платье?
— Однажды она пришла в новом платье. И, знаете, оно явно было недешёвым.
Компаньонка нахмурилась, заинтересованно наклонившись вперёд.
— И что она сказала?
— Сказала, что его подарила подруга. Та, которая с ней жила в приюте. Будто бы эта подруга теперь живёт отдельно и якобы может себе это позволить.
Анна Андреевна тихо хмыкнула.
— И вы ей поверили?
Нина Николаевна приподняла брови и улыбнулась, но в этой улыбке сквозила холодная насмешка.
— Сделала вид.
— А сама?
— Я сама думаю, что это точно не подруга. Но расспрашивать её дальше было бессмысленно. Да, эта девочка упрямая. Если она решила молчать, то будет молчать. - Нина Николаевна отставила чашку и слегка покачала головой. – Хотя эта ее черта может сыграть нам на руку.
- В каком смысле?
- Она не будет никому рассказывать лишнего. Я думаю, что время пришло. Пора ее знакомить с Петром Федоровичем.
Анна Андреевна удивилась, но вида не показала. Ей подумалось, что Нина Николаевна торопится со знакомством. Насколько она знала, невест своему племяннику барыня выбирала тщательно. Особенно после того, как тот отмел трех претенденток от тетушки. На этот раз ошибиться было нежелательно. Петр мог совсем отказаться от женитьбы. Кажется, ему и так жилось неплохо.
В штате Пенсильвания жил брат Нины Николаевны - Федор Николаевич. В свое время, еще до революции, он ослушался батюшку, известного и богатого заводчика, и женился на Софьюшке, дочке банкира. Однако, банкир не нравился Николаю Семеновичу своим малым состоянием. У Николая на сына были другие планы, осуществив которые, Федор мог утроить немалое состояние, которым планировал наделить его отец. Но сын не принял волю отца и остался ни с чем. Вернее только с тем, что получил в приданное от невесты. К тому же, отец фактически отказался от него. Однако, когда революционные идеи в стране зазвучали сильнее, сердце батюшки дрогнуло. Вместе со своими активами он отправил за границу свою любимую дочку Ниночку, и обеспечил переезд семье Федора. Тем более, что к тому моменту Софьюшка родила Федору сына.
Петенька был болезненным, и потому излишне балованным. Сам батюшка Николай Семенович переехать заграницу не успел, все надеялся, что беспорядки временны. Когда же расклад стал понятен, новая власть просто лишила его всего, в том числе, и жизни. Ниночка только и успела, что получить от батюшки письмецо. В нем родитель просил не оставлять племянника, выделять из полученных средств деньги на сытое существование семье брата.
Нина Николаевна четко следовала этому предписанию. Еда на столе брата была всегда. Не более того. Разве что Петечке перечислялось больше. Ниночка за границей потосковала по батюшке, а потом, страдая по нему и еще больше - по белоствольным березкам, нашла утешение в поисках кавалеров. В итоге, спустила наполовину всего состояния, но осталась одна. Уже старея, поняла, что хотела бы иметь родное плечо. Тут и вспомнила о брате. Свиделись. Общего языка не нашли. Но о племяннике тетка задумалась. Именно он мог бы стать ей утешением в старости. Хотя Петенька казался Нине Николаевне ветреным и расточительным. От такого на большую заботу и преумножение состояния можно было не рассчитывать. Требовалась жена. Русская, не уродина, желательно с голубой кровью, и терпящая все выходки мужа. Но самое главное - любящая и уважающая тетушку. Уважающая настолько, что готова подчиниться этой самой тетушке да еще и окружить старую родственницу заботой и вниманием.
Нина Николаевна серьезно подошла к отбору претенденток. Но... было бы из кого выбирать. Найти требуемую кандидатку оказалось сложно. К тому же, Петр поставил условие - чтобы она была молода и красива. Соединить все пункты в одной особе было намерением почти невыполнимым. В чем Нина Николаевна скоро убедилась.
Были потрачены немалые деньги на поиски. Все три кандидатки Петром были отметены категорически. Время шло, Нина Николаевна старела, а дело не двигалось. Когда она увидела в газете фотографию русской юной красавицы с пронзительным и в тоже время скромным взглядом, то поняла - это она. Оказавшись в столь затруднительном положении и пройдя семь кругов ада, эта русская будет рада сделать все, что скажут лишь бы жить спокойно.
После долгих обсуждений и бессонных ночей, Нина Николаевна отправила свою преданную помощницу в церковь. Первое знакомство показало, что расчет сделан верно. Настя именно та, которая должна понравиться Петру. Конечно, потенциальной невесте предстояло многое сделать самой. Если уж не голубая кровь, то хотя бы образованность, покладистость, стремление угодить Нине Николаевне.
Настя не дотягивала лишь в одном - к Нине Николаевне питала некую холодность. Но сама барыня полагала, что все можно изменить, когда карты будут раскрыты и претендентка в жены увидит те цифры, которые получит на семейный счет вместе с Петрушей.
Нина Николаевна сидела за своим письменным столом, сжимая в руках тонкий лист бумаги. «Пора», — подумала она, отложив бумагу в сторону. В голове уже вырисовывался план. Нужна была лишь правильная тактика.
Анна Андреевна молча наблюдала за своей хозяйкой, держа в руках вышивку. Она прекрасно понимала, что сейчас в голове Нины Николаевны бушует настоящий шторм мыслей.
— Вы решились? — спросила она после долгой паузы, осторожно поднимая глаза. Нина Николаевна повернулась к ней и сдержанно кивнула.
— Да. Думаю, больше тянуть нельзя.
— И что вы ей скажете?
Барыня немного помедлила, затем ответила.
— Начну издалека. Скажу, что есть человек, которому нужна поддержка. Человек, близкий мне по крови. Опишу Петеньку в лучших красках, но не слишком — пусть выглядит правдоподобно.
Анна Андреевна вскинула бровь, но промолчала.
— Главное, подвести её к мысли, что данный брак — её шанс. Настя умна. Она поймёт, что предложение нельзя отвергать. Лишь бы она смогла оценить мой вклад в ее дальнейшее благополучие.
Каждый свой шаг Нина Николаевна тщательно продумала. Она уже знала, что скажет Насте, как начнёт разговор, какие аргументы приведёт. Но кое что не давало ей покоя. «А что, если она откажется? Что, если у неё уже есть кто-то на примете?» Эти мысли терзали её, но она умела подавлять сомнения. Решение было принято, а значит, пути назад не было.
— Настю нужно подготовить, — вдруг сказала она, глядя на Анну Андреевну. — Нельзя сразу говорить ей обо всём.
Компаньонка кивнула.
— Вы правы. Девочка чувствительная, может испугаться.
— Именно. Я начну с общего. Расскажу ей о Петре, о его жизни. Пусть она почувствует, что он человек, которому можно доверять и которым нужно дорожить.