Родной берег 171
Алекс и Билл ушли в море, а для Насти потянулся бесконечный поток однообразных будней. Утром она отправлялась к Нине Николаевне, вечером спешила на курсы, а ночью сидела за учебниками, время сна посвящала сложным фразам и незнакомым словам.
Учёба давалась тяжело. Пропущенные уроки теперь оборачивались бессонными ночами и размытой границей между днём и ночью. Иногда Настя ловила себя на том, что просто смотрит в учебник, не понимая ни слова. В голове, как навязчивая мелодия, крутились воспоминания. Она видела перед собой добрый взгляд Алекса, его уверенные руки, которые направляли её в танце. Где-то там, за горизонтом, он сейчас плывёт навстречу неизвестности...
- А я? Я просто сижу здесь и занимаюсь тем, что мне совсем не нравится, — думала она, пытаясь сосредоточиться на уроках.
Нина Николаевна сразу заметила, что Настя стала рассеянной и отстраненной. Барыню это не устраивало.
— Настя, — однажды заговорила она, пристально глядя на девушку. — Ты выглядишь уставшей. Что происходит?
Настя подняла на неё глаза, чуть задержав дыхание.
— У меня просто много учёбы, — ответила она, стараясь говорить спокойно. Барыня откинулась на спинку стула, слегка прищурив глаза. — Только учёба? Ты уверена?
— Да, Нина Николаевна, — кивнула Настя, чувствуя, как внутри всё напряглось. Барыня не отступала.
— Ты знаешь, что можешь мне доверять. Если у тебя есть какие-то... трудности, я бы хотела об этом знать.
Слова Нины Николаевны заставили девушку съёжиться.
Настя сразу поняла намерения барыни. Но при всей своей мягкости и ранимости, Настя решила не впускать посторонних людей в свою личную жизнь. Да, Нина Николаевна была добра к ней, и Настя была ей за это очень благодарна. Но девушка помнила то недовольство, которое не смогла скрыть барыня, когда узнала о получении грин-карты и помощи офицера. Поэтому Настя предпочла молчать.
Скрытность подопечной барыню раздражала. Она привыкла знать всё о тех, кто был рядом. А тут...
— Она упрямая, — пробормотала Нина Николаевна вечером, сидя с Анной Андреевной.
— Молодая, — мягко ответила та, поправляя очки.
— И слишком самоуверенная, — продолжила барыня, не слушая. — Но я всё равно узнаю, что происходит.
— Вы хотите спросить её ещё раз? — осторожно спросила компаньонка.
— Нет. Это бесполезно. Она, как стена. Но стены можно обойти, — тихо ответила Нина Николаевна, слегка усмехнувшись. Она решила действовать хитростью. Больше вопросов не будет. Но разговоры, случайные намёки, даже незначительные, на первый взгляд, действия — всё это, по её мнению, могло привести к желаемому результату. Она не собиралась сдаваться. «Я узнаю, что скрывает Настя. И почему в её жизни появился этот молодой человек. Рано или поздно она сама всё расскажет. Главное — дождаться подходящего момента, — думала барыня, задумчиво глядя в окно. Настя, уставшая и замкнутая, даже не подозревала, что в тихих размышлениях Нины Николаевны зреют планы, которые могут перевернуть её жизнь.
- Ну что, как твоя барыня? — спрашивала Меланья Настю в воскресенье, в её единственный выходной. Настя пришла, чтобы немного развеяться и поболтать с Меланьей. Пожалуй, женщина была единственным человеком, который всей душой переживал за девчонку и помогал всем, чем мог.
- Да вроде успокоилась. Больше не мучает меня вопросами, подобрела. Даже помогала мне сажать цветы на клумбе.
- Вот и хорошо, — обрадовалась Меланья. — Скорее всего, ей скучно, вот она и решила немного развлечься. Мучила тебя расспросами, вспоминая свою молодость. Поди, молодая была, хвостом вертела. Ей ведь не нужно было ни в поле, ни на заводе работать. Только и знай, что наряды меняй да развлекайся. А вот замуж не вышла и ребёнка не родила, — продолжала рассуждать Меланья. — Да и Бог с ней. Каждый живёт по своему разумению. Ты мне лучше скажи, как тебе в новой квартире?
- Привыкла. Но я бываю там только ночью, времени совсем нет.
Насте нравилось новое жилье. Комната была светлой, чистой.Она чувствовала себя хозяйкой.
— Кира к тебе ходит? — вдруг спросила Меланья, наклонившись вперёд.
— Иногда, — Настя улыбнулась, глядя в окно. — С ней легко. Она приходит и болтает, бывает – сама с собой, когда мне некогда. Но Кира не обижается.
Меланья засмеялась.
— Ну, это точно про неё! С Кирой не соскучишься.
Подруга была легка на помине. Не успела Настя вернуться домой, как появилась Кира. Глаза горели, а в сумке оказалась бутылка лёгкого вина.
- Ну, привет, Настасья. И не говори мне, что ты занята. Сегодня воскресенье и у меня праздник, - весело проговорила она, переступая порог.
— Праздник? — удивилась Настя, глядя на неё. Кира не стала тянуть. Она достала из сумочки корочки и гордо помахала ими перед носом Насти.
— Я всё же купила паспорт! — объявила она с сияющей улыбкой. Настя растерялась.
— Паспорт? Американский? — уточнила она, всё ещё не веря своим ушам.
— А какой ещё? — засмеялась Кира. Она плюхнулась на стул, поставила бутылку на стол и, сдвинув с него учебники, выдохнула: «Ну, поздравляй меня!»
Настя села напротив, всё ещё не зная, как реагировать.
— Поздравляю, конечно, — тихо сказала она. — Ты всё-таки своего добилась.
- Добилась. На этот раз всё получилось. И денег хватило, и в каталажку не загребли, - Кира подмигнула подруге. – А ты давай, учи. Американкой будешь правильной и послушной.
Она заливисто засмеялась и как-то разом смолкла.
- Ладно, каждый сам живет, как знает.
— Ты молодец, Кира, — искренне одобрила подругу Настя.
— Молодец?
- Молодец. Я рада, что у меня есть ты, и горжусь тобой. Ты не плачешь и не жалуешься. Сама всего добиваешься.
— Ты правда... гордишься мной? — Кира не верила, в её глазах мелькнула тень грусти.
— Знаешь, Настя, — вдруг заговорила она, убирая паспорт обратно в сумочку. — У меня ведь здесь никого нет. Только ты и Билл. Ты вот с Меланьей сблизилась, с отцом Михаилом. А помнишь, как за тебя Джеймс вступился? — Кира вздохнула.
- Но и о тебе Билл заботится, - напомнила Настя.
— Он хороший, добрый. Но мы такие разные. Мне кажется, что он из другого мира.
— Ты его любишь? — тихо спросила Настя. Кира задумалась.
— Не знаю, Настя, — ответила она после паузы. — Иногда кажется, что да. А иногда...- Она вздохнула, откупоривая бутылку. — Ладно. Давай выпьем за мой паспорт, а то мы с тобой как-то невесело разговариваем!
Настя улыбнулась и кивнула: Давай. Только немного, мне завтра рано вставать.
Они разлили вино по чашкам. Кира подняла свою.
— За паспорт, за будущее и за то, чтобы мы с тобой никогда не сдавались.
Настя подняла чашку, их взгляды встретились, и в этом взгляде было больше, чем можно было выразить словами.