Мы продолжаем наш цикл статей, посвященных скульптурам со станции метро «Площадь Революции» и их возможным прототипам. В первом выпуске мы уже рассказывали о том, как курсант стал моделью для скульптуры матроса с наганом.
Сегодня мы взглянем на судьбу той, что сидит на станции с книгой – вечно задумчивая и вечно читающая. Кем была она? Связана ли была ее настоящая жизнь с книгами или это был просто красивый образ? И какую трагедию и личную драму скрывает это сосредоточенное лицо?..
Одна из примет московского метро гласит, что девушки, желающие поскорее встретить суженого и выйти замуж, должны непременно прийти к девушке с книгой на Площадь Революции и потереть ей туфельку – так желание скорее сбудется. Только вот у самой этой девушки – Нины Каданер – никогда не было ни мужа, ни детей. Свою долгую жизнь она действительно провела с книгой в руках – с юношеских лет работала с текстами: сначала в журнале, потом в издательстве.
Нина Израилевна Каданер родилась в 1920-ом году. На ее жизни, как в зеркале, отразились все непростые и страшные события, случившиеся с нашей страной в прошлом веке: беззаботная и полная надежд юность, репрессии, коснувшиеся семьи напрямую, позорное клеймо дочери врага народа и безродной космополитки, не дававшее найти нормальную работу, недолгая оттепель и с возрастом - выученная отстраненная аполитичность. Нина Израилевна была человеком строгим и закрытым, жизнь приучила ее осторожничать, не рассказывать лишний раз о себе и своих взглядах. Менялись генсеки и начальники, а она все продолжала работать в редакции, где и познакомилась с человеком, рассказавшем о ее судьбе и ее бронзовом воплощении, поныне стоящем на станции метро.
Модель
Нина Каданер жила в счастливой полной семье. Ее отец Израиль Каданер был руководителем пробирной группы на Московском заводе обработки цветных металлов. В 1937-ом году она, москвичка, ездила на каникулы к тетке в Ленинград, где и попала в модели к Манизеру – скульптору, создававшему образы для будущей «Площади Революции». Разговорились о поступлении - Нине как раз оставалось доучиться совсем чуть-чуть. Возможно, тогда и появилась идея запечатлеть Нину в образе студентки с книгой. Но вскоре каникулы кончились, девушка вернулась в Москву еще не зная, что принесет ей следующий год.
Жизнь Нины кардинально изменилась 5 марта 1938-ого года. Ее отца арестовали как «врага народа и шведского шпиона». На комсомольском собрании в школе Нине пришлось публично от него отречься. Ей было 17 лет. Станцию «Площадь Революции» со скульптурой девушки открыли 13 марта – через неделю после ареста Каданера.
Много лет Нина с матерью тщетно пытались узнать, что стало с их родственником, пока однажды им не ответили, что он умер в 1942-ом году от воспаления легких. На самом же деле его расстреляли по приговору "тройки" через 2 месяца после ареста и бросили в общую могилу на Бутовском полигоне. Место захоронения отца Нина смогла найти лишь в 1990-ые, будучи уже совсем пожилой.
Профессиональное призвание
Время шло, а с ним приходили и новые вызовы. Началась Великая Отечественная. В 1941-ом Нина рыла окопы под Москвой, параллельно учась в Московском полиграфическом институте на редакторском факультете.
В годы борьбы с «космополитизмом» ее из-за национальности и семейной истории никуда не брали на работу, лишь чудом удалось устроиться в журнал «Виноделие и виноградарство». Но в середине века выпал шанс – Нину взяли работать в молодой журнал «Знамя». Ей было 30 лет, журналу – 20. Но и здесь не обошлось без сложностей. Главный редактор очень рисковал, беря на должность человека с такой фамилией, а непосредственный начальник Нины, по воспоминаниям коллег, особенно ее невзлюбил: постоянно шпынял без повода, кричал, унижал. Но она не дрогнула: да, начальства побаивалась, но была не забитой, а сдержанной, много курила, а в ее облике – вспоминали сотрудники – было что-то благородно-трагическое.
Через руки и пристальный редакторский взгляд Нины Каданер прошли «Отблеск костра» Юрия Трифонова, стихи Евтушенко и Вознесенского, роман «Щит и меч» Кожевникова – крайне популярная в Советском Союзе книга, но рукопись, как позже вспоминала Каданер, приходилось буквально переписывать, выправлять от многочисленных опечаток и ошибок.
Нина Каданер продолжала работать в «Знамени» и после распада Союза. Именно там, зайдя поинтересоваться судьбой своей рукописи, с ней познакомился Лев Симкин, в будущем – автор книги «Как живые. Образы «Площади Революции»: знакомые и забытые», в которой он рассказал о ней как прототипе Девушки с книгой. Скажем честно, именно эта книга сподвигла нас поинтересоваться судьбами героев со станции метро подробнее и рассказать о них вам.
Личная жизнь
Удивительно, что Нина Каданер, работавшая в престижном журнале и находившаяся постоянно в творческой среде писателей и журналистов, никогда не была в браке. Всю жизнь прожила с мамой, а когда той не стало (она дожила до ста лет), прожила всего около года.
Она вообще не любила говорить о себе, охотно рассказывала о поездках по стране, о журнальных публикациях, писателях (с особенной симпатией – о Симонове), и никогда – о своих бедах и злоключениях. На вопрос журналистки о том, была ли она когда-либо замужем, Нина Израилевна ответила – три раза была, и вдруг заплакала и вышла из комнаты. Мы можем лишь догадываться, кого она считала своими мужьями и что с ними стало, ведь штампа в ее паспорте никогда не стояло. Родственники и знакомые предполагают, что ее первый возлюбленный мог погибнуть на войне или быть репрессирован, что наложило отпечаток на ее дальнейшие отношения с мужчинами.
Вот такой была девушка, подарившая свою внешность бронзовой скульптуре на «Площади Революции», дарующей теперь радость и надежду проходящим мимо нее каждый день. На ее жизненном пути были и удары, и сложности, и карьерные перипетии, но этот образ – сосредоточенной отличницы с книгой в руках - удивительно точно на веки запечатлел Нину Каданер. Такой она и была – строгой, с книгой или новой рукописью в руках.