Слова Автора, словно эхо, продолжали крутиться в голове у девочек. Марта, упершись руками в бока, первой выпалила: «Чего это он? Типа, мы тут его игрушки? Да ну!»
Сильвия, потеребив свой любимый блокнотик, который непонятно откуда у нее взялся, пробормотала: «Но если это игра, то у игры должны быть правила, правильно? А если есть правила, то их же можно как-нибудь… ну, сломать, что ли?» Она с таким видом произнесла эти слова, как будто это было самое очевидное решение во всем мире.
«Сломать правила?» – переспросил Арчи, словно испугался этих слов, – «А разве так можно?»
«А почему нет-то?» – Марта хмыкнула, ее глаза снова загорелись. «Если он тут такой любитель игр, пусть играет по нашим правилам! Он же сам сказал, что мы должны свою историю создавать! Вот и будем создавать, как сами захотим». Она огляделась, и ей сразу не понравились эти кривые деревья и летающие камни. «Может, если мы перестанем делать то, что он ожидает, то все тут наладится?»
«А как это сделать?» – Барни прижался к Арчи, словно ища у того защиты. Он вообще не очень любил всякие перемены.
Сильвия, у которой в голове уже был целый план, объяснила: «Помните, эти светящиеся капельки? Они всякую ерунду создают. А что, если мы научимся их использовать? Может, тогда мы сможем поменять всё по-своему?»
Марта тут же подбежала к этому водопаду, где капли падали как разноцветные слезы, и подставила руку. Капля шлепнулась, зависла в воздухе, и... ничего.
«Эй! – Марта нахмурилась, – почему ничего не получается?»
Сильвия, вспомнив слова Автора, сказала: «А может, тут дело не в том, что мы делаем, а в том, что мы придумываем? Если этот Автор все из головы берет, то может, нам надо его просто перехитрить нашей головой, что ли?»
Она схватила одну из капель и, закрыв глаза, представила... шахматы. Но не обычные, а с их игрушками вместо фигур, и еще чтобы они ходили смешно. Когда Сильвия открыла глаза, капля взорвалась, и на земле появилась... шахматная доска, где вместо слонов стояли плюшевые мишки, а вместо пешек – маленькие лисички.
«Вот это да!» – Марта аж подпрыгнула, – «А дальше-то что делать будем?»
Сильвия улыбнулась: «А дальше мы играем по-нашему! По правилам наоборот!» Она показала пальцем на Арчи: «Ты будешь королем, Арчи! А ты, Белла, будешь как… ну, как самый главный в шахматах, как он там называется?»
И тут начался настоящий дурдом. Арчи, как ни в чем не бывало, начал скакать как конь, Белла, как какой-то зигзаг, пыталась не наступить на мишек, а Марта со своими лисичками бегала по доске, пытаясь всех перепутать. Сильвия, следя за всем этим, то и дело добавляла всякие штуки в правила, как будто они играли в компьютерную игру, где можно все менять.
И мир вокруг них как будто задергался. Туман стал реже, капли начали падать не как попало, а всякие странности, которые эти капли создавали, стали пропадать.
«Прикольно! – закричала Марта, – Похоже, мы его обманываем! Он точно не думал, что мы начнем так играть!»
Сильвия, глядя, как мир меняется, поняла, что они не просто обманывают правила, а как будто сами стали правила придумывать. Как будто нашли в этом мире какую-то лазейку, и теперь могли делать что хотят.
«А вдруг мы тут все сломаем?» – прошептала Сильвия, глядя, как их игра меняет мир, но в этот раз не с испугом, а с каким-то… азартом, что ли?
И тут, как будто в ответ на ее слова, прямо на шахматной доске, где стоял Арчи, появился текст:
«Ну, вы меня удивили… Но это только начало. Теперь я буду играть по-другому. Готовьтесь к новым приключениям.»
И мир вокруг них снова начал меняться, но в этот раз он уже не казался таким страшным и непредсказуемым. Потому что у девочек и игрушек появились свои правила.
Изменения в мире, вызванные их хаотичной шахматной игрой, затихли так же резко, как и начались. Туман снова сгустился, а странные, причудливые пейзажи вокруг них словно замерли в ожидании. Но на этот раз, девочки и игрушки не чувствовали прежнего страха. Их сердца горели азартом и решимостью.
Марта, размахивая руками, произнесла: "Ну, этот Автор и заигрался! Думает, что может нами как марионетками дергать!"
Сильвия, прикусив губу, сказала: "Подожди, Марта... Ты не понимаешь? Он же не просто хочет, чтобы мы были героями в его сказке. Он хочет нас всех переделать, чтобы мы не чувствовали ничего, не мечтали, не спорили! Как будто мы всего лишь куклы, которых он двигает, и все!"
Она посмотрела на игрушек, которые притихли, прижавшись друг к другу. "Он же сказал, что это он создает наши страхи и надежды. Значит, он может забрать их у нас!"
Лисичка Белла, с дрожью в голосе прошептала: "Мы... мы всегда старались не пугать детей, мы просто хотели, чтобы с нами играли, любили нас. Но этот Автор... он хочет, чтобы мы перестали быть игрушками!"
Слоник Арчи, с грустью посмотрев на свои плюшевые лапы, добавил: "Я не хочу быть просто куклой. Я хочу чувствовать, радоваться, бояться. Я хочу быть настоящим!"
Медвежонок Барни, обычно самый тихий, неожиданно сказал твердым голосом: "Мы не дадим ему этого! Мы будем бороться!"
Марта, кивнув, посмотрела на Сильвию: "А знаешь, что самое интересное? Этот Автор ведь думает, что он тут главный, что он может нам диктовать, что делать. А на самом деле... Он нам только помог понять, чего мы не хотим! Он хотел нас лишить эмоций и свободы, а мы, наоборот, стали сильнее и поняли, что можем сами свою историю писать".
Сильвия, со взглядом полным решимости, взяла в руки свой блокнот. "Значит, так. Этот Автор - это и есть тот самый злой волшебник, который хочет забрать наши чувства. И он думает, что если он создал этот мир, то он тут главный. Но мы ему это так не оставим!"
"Нам нужно придумать, как заставить его играть по нашим правилам, а не наоборот" - добавила Марта.
"Да, - сказала Сильвия, - мы перевернем его игру! И теперь мы должны спасти не только себя, но и всех игрушек из его мира".
Она открыла свой блокнот и, словно полководец, начала набрасывать план. Девочки и игрушки, сплоченные единой целью, были готовы к новому сражению. На этот раз не просто со странными правилами мира, а с самим Автором, который оказался не просто рассказчиком, а противником, которого нужно победить.