В предыдущей части:
Анна Ямада, замужняя женщина и мать семейства, тяжело переживает разрыв со своим любовником Рётой Омори, который уже начал встречаться с другой женщиной.
***
– Ямада? Так ты здесь?! – загремел негодующий женский голос.
Это её старшая коллега, приоткрыв дверь, просунула в туалет голову и сейчас смотрела на Анну со смесью осуждения и возмущения.
– Ты что не отвечаешь?
– А? Что? Извините! Я уже иду! – сконфуженно забормотала Анна и, оправив пиджак и юбку своего тёмно-синего рабочего костюма, поспешила к выходу
Но говорящая голова остановила её удивлённым восклицанием:
– Ой! Ты что?! Что? Вообще ничего не знаешь? Ты не читала сообщения?
Анна вытянула из кармана смартфон, но чуть не выронила его при очередном, в этот раз предостерегающем крике:
– Ой! Нет! Нет! Только не открывай корпоративную почту! Там вирус!
Застыв с телефоном в руках, Анна устремила на вестницу недоумевающий взгляд, и та охотно пояснила ситуацию, почему-то по-прежнему не заходя в туалет, а лишь слегка заглядывая.
– Вирус! У всех, кто открыл письмо! И в системе вирус – всё зависло намертво. Сейчас отдел кибербезопасности пытается разобраться. У тебя какой уровень допуска?
– Третий, – чисто автоматически проговорила в ответ Анна, не до конца понимая, что вообще произошло.
– А! Ну тогда – порядок! Ты им не нужна. Они собирают только тех, у кого уровень выше третьего. Думают, что кто-то из них виноват. Тогда ты свободна!
И голова мгновенно исчезла, словно в магическом представлении.
– Что? – крикнула ей вдогонку окончательно запутанная Анна и побежала к выходу.
Всё обстояло именно так, как ей и попытались объяснить: пока Анна в туалете предавалась самокопаниям, кто-то взломал локальную сеть и запустил в неё парализующий вирус. Все ноутбуки и компьютеры в офисе зависли и не реагировали ни на одну команду. Да, и те сотрудники, которые, по несчастью, открыли на телефоне письмо, пришедшее на корпоративный эмейл, получили в итоге нерабочий кирпич вместо девайса.
Поскольку Анна не имела доступа к секретным документам и кодам, ей сейчас же дали отгул до понедельника, а проще говоря, стремительно выпроводили с рабочего места, чтобы не мешала специалистам разбираться.
***
«Вот так день! Только я хотела сбежать с работы, как мои желания сбылись! Правда, каким-то странным образом», – размышляла Анна, выходя из торгового центра с перешитым костюмом Асако.
И она невольно усмехнулась, вспомнив, какая суета и беготня воцарились в офисе. Опенспейс заполонили какие-то совершенно незнакомые Анне лица. Даже её стол прочно занял серьёзного вида товарищ, сосредоточенно выжимавший загадочные комбинации кнопок на её ноутбуке. Анна и сама было запаниковала. Большая часть её коллег уже спешно покинули рабочие места, а те, кого начальство и отдел безопасности не отпустили, нервно носились туда-сюда с кипами документов и папок.
«Не хватало только звуков сирены и красных мигающих огней по всему периметру! Как пить дать, какой-нибудь придурок зашёл на взрослый сайт, там и подхватил заразу! – хмыкнула Анна и, совсем уж развеселившись, подумала: – А что если я сейчас пожелаю, чтобы Рёта раскаялся? И эта его подружка пожалела, что с ним связалась, а?»
С этим легкомысленным настроем она обвела взглядом стоянку, но машины Рёты уже нигде не было. Зато была его подружка: она шла с какими-то бумагами в руках и одновременно разговаривала по телефону, нервно и отрывисто.
«Неужели они уже ссорятся?» – насмешливо предположила Анна и машинально последовала за соперницей.
Анна впервые видела её так близко: высокая и стройная, в строго-чёрном офисном костюме, да, намного моложе её, похоже, ровесница Рёты, а в остальном – полнейшая посредственность. Анна даже скептически фыркнула: «Вот, оказывается, на кого он меня променял!»
Между тем до её слуха долетели отрывочные и весьма эмоциональные реплики: «Нет уж, сейчас мы будем действовать, как договорились! – Да, флешка со всеми документами у меня. Но вам придётся подождать! – Нет, я сама уже выбрала место! – Давайте не менять правила по ходу игры! – Час или около того! Придётся подождать, если вам нужны эти документы!»
Анна уловила лишь то, что это не разговор с Рётой, но общий смысл от неё ускользнул.
«Неприятности на работе!» – с тайным злорадством решила она и не в силах подавить разыгравшееся любопытство продолжила слежку.
«И что это за машина у неё? Семейная?» – Анна окинула пренебрежительным взглядом серебристо-серый микроавтобус «Pixis»[1]. Чувствуя в некотором роде превосходство над соперницей, она подумала, что не зря в свое время отстояла право использовать в личных целях изящную Хонду «Grace»[2]. А неказистая, хоть и очень практичная «Stepwgn»[3] досталась мужу. Он побухтел сперва, но смирился и ездит.
Отвлекшись на эти самодовольные размышления, Анна лишь в последний момент спохватилась, что объект наблюдения сейчас уедет, и живо кинулась к своей «красотке».
В Анне проснулся какой-то нездоровый шпионский азарт.
«Посмотрим, что ты за птица!» – пронеслось в её голове, а впрочем раздумывать было некогда.
Стоило, наверное, спросить себя, зачем ей это нужно. Неужели она хочет встретиться с соперницей лицом к лицу и что-то выяснить, а может, хочет как-то ей навредить, отомстить? Нет, сейчас Анна была обеспокоена лишь тем, что упустит микроавтобус из вида.
«Pixis» тем временем выехал с парковки и ловко залавировал в оживленном городском движении.
«А это затягивает!» – мельком подумала Анна и вдавила газ.
Ей приходилось балансировать на грани безрассудства: она пыталась несильно отставать, но не слишком приближаться. К тому же другие автомобили не спешили давать Анне свободу на дороге: то и дело она едва не задевала кого-то то крылом, то бампером.
За этим увлекательным занятием она и не заметила, как оказалась на шоссе. Здесь гонка пошла плавнее, но и опасность быть замеченной возросла. Анна увеличила дистанцию и с беспокойством наблюдала, как микроавтобус исчезал в потоке впереди идущих машин, но на очередном повороте к её облегчению снова выныривал и маячил ей серебристым боком.
***
Наконец приноровившись к новому темпу, Анна осмотрелась и задумалась. Они уже выехали из города. Если так будет продолжаться, то вернуться к вечеру домой она вряд ли успеет, тем более учитывая, что это вечер пятницы.
«Такаси, извини! На работе ЧП, поэтому срочно отправили в Кобе[4]. Заночую там. Ждите завтра утром. Передавай привет Ри и Каю!» – надиктовала она голосовое и сосредоточилась на дороге, потому что «Pixis» внезапно вильнул влево и покинул шоссе.
К счастью, Анна не только заметила этот манёвр, но и сумела удачно пристроиться за грузовиком, который следовал сразу за машиной соперницы. Конечно, кузов сильно перекрывал вид, но обнаруживать себя раньше времени Анне не хотелось.
«А когда будет подходящее время? – всё же озадачилась она. – До каких пор я вообще собираюсь ехать за ней?»
Вредный голосок в её голове вдруг издевательски зашептал: «Какая же ты дура! Хочешь выставить себя в ещё более дурацком свете? Она заметит, что ты её выслеживаешь, сама тебя перехватит и спросит в лоб, зачем. И что ты ей скажешь?»
Но Анна поторопилась отмахнуться: «Не заметит! Я осторожно! И вообще, как теперь поворачивать назад? Я уже столько за ней слежу. Надо довести дело до конца!»
До какого конца, она предпочла не уточнять. Ей почему-то казалось, что если следовать за соперницей достаточно долго, то она увидит, что-нибудь полезное. Или лучше сказать «компрометирующее»?
«А вдруг она не только с Рётой, а? Это было бы идеально! – хихикнула Анна и немного высунулась из-за грузовика: порядок – микроавтобус спокойно ехал прежним курсом. – Похоже, удача на моей стороне».
Ещё минут десять они все так и двигались гуськом, не разгоняясь и не тормозя. Анна настолько успокоилась, что когда грузовик свернул, на автомате последовала за ним. Она немедленно осознала свою ошибку, но сразу же возвращаться было рискованно.
Анна немного проехала по боковой дороге, грустным взглядом провожая, неумолимо удалявшийся «Pixis». Вернувшись наконец на основную магистраль, она в панике погнала изо всех сил, с замиранием сердца проезжая каждую новую развилку. Но на горизонте было пусто.
«Неужели всё-таки свернула!» – тоскливо подумала Анна и замедлила ход.
И сейчас же в просвете придорожных кустов сверкнул серебристый бок. Микроавтобус стоял на какой-то парковке. Анна проехала чуть дальше, пытаясь сообразить, как машина туда попала, потому что последний поворот остался слишком далеко позади, чтобы предполагать, что именно он и вел на этот небольшой карман. В отчаянии Анна просто съехала с дороги в зелёные дебри и, оставив свою чёрную Хонду в таком нелепом виде – наполовину скрытую придорожной растительностью, начала продираться назад к стоянке напрямик через густой подлесок. Её гнала мысль, что «Pixis» снимется с места, а она даже не узнает был ли это автомобиль её соперницы или просто похожий, ведь совпадения случаются.
Через метров сто заросли поредели.
«Ура! Это она! То есть он!» – возликовала Анна, выглянув из кустов на небольшую асфальтовую площадку и рассмотрев на стоявшей чуть слева от неё машине знакомый номерной знак с обозначением города Кобе.
Впрочем предусмотрительность по запоминанию номера оказалась излишней – сама водитель всё еще сидела за рулём и говорила по телефону.
Анна осмотрелась. Оказывается, это была парковка перед магазином комбини[5], который белел оштукатуренным торцом на другом конце площадки. А въезд на парковку был с противоположной стороны от основной дороги. Видимо, надо было проехать ещё дальше – там и находилась искомая развилка, но Анна слишком переволновалась и не дотянула до нужного поворота.
«В такой глуши комбини!» – удивилась она, не сводя глаз с женщины в микроавтобусе.
Если не считать какого-то пыльного велосипеда, то стоянку можно было назвать пустой. И Анна даже порадовалась, что не зарулила сюда на своей Хонде, тогда уж её точно бы заметили.
И тут дверь микроавтобуса распахнулась, и водитель вышла. Анна предусмотрительно отступила поглубже в заросли и затаилась.
Подруга Рёты раздражённым тоном заканчивала, похоже, какой-то малоприятный разговор: «Я вышлю вам только то, о чём мы договорились! – Нет, ничего не меняем! – Сначала деньги, а потом всё остальное! – Нет, я не собираюсь высылать вам остальную часть факсом[6]: это займёт целый день, вы что, не понимаете?! – Решайте проблемы сами! Ваш цифровой след меня не волнует! – Всё! Я иду отправить вам оговоренную часть! Только её!»
Тряхнув длинными идеально прямыми шелковистыми волосами, женщина досадливо поморщилась и с чувством нажала отбой. Она повернулась к машине и, помедлив, словно в раздумии, вытащила откуда-то папку с бумагами. Хлопнула дверь, владелица микроавтобуса поспешила к магазину.
«Как он мог променять меня на неё? – снова задалась Анна риторическим вопросом и машинально пригладила свои подрастрепавшиеся волосы, поплотнее стянув их заколкой. – Ну да! Она стройненькая, плюс молодость, относительная, конечно... А вот лицо! Круглое и плоское, как блин. Нос – пимпочка. И эти губищи! Накачивает она их что ли?!»
Как только фигура соперницы скрылась в комбини, Анна выбралась из кустов и подошла к «Pixis». Она и сама не знала, зачем. Банальное любопытство, наверное.
На переднем пассажирском сиденье была небрежно брошена ярко зелёная сумка «Биркин»[7].
«Ого! А тётка-то при деньгах!» – не сдержала удивления Анна.
Она сама давно мечтала о такой, лучше, конечно, жёлтая или оранжевая. Нет, она не собирается забирать чужую сумку. Просто...
Анна дёрнула дверцу, и та охотно подалась.
«Ну и ну! Поторопилась милочка! Думала, здесь глухомань и запирать не надо?!» – злорадно подумала она и в ту же секунду схватила «Биркин» и с ненавистью забросила её в кусты.
«Вот так! Побегай теперь!» – с недобрым смешком пробормотала Анна и, осмотревшись – вокруг было по-прежнему безлюдно, – закрыла машину и снова скользнула в заросли.
По-хорошему надо было уйти, наслаждаясь мыслью, что изрядно досадила этой выскочке. Но больно уж хотелось увидеть реакцию. И Анна, спрятавшись в зелени, продолжила наблюдать.
Ожидание затягивалось, а день клонился к вечеру. Анна чувствовала, что лёгкий офисный костюм не спасает от апрельской прохлады, а туфли-лодочки начали сдавливать уставшие ноги не хуже колодок. В какой-то момент она уже подумала оставить это идиотское занятие: «Взрослая женщина! Мать семейства! Торчит в кустах! Как глупая школьница!»
При мысли о семье она вдруг вспомнила про своё голосовое сообщение и достала телефон, чтобы посмотреть, что ей ответили. Но тут стеклянные двери комбини раздвинулись и выпустили на парковку «объект». Анна торопливо выжала кнопку отключения и приготовилась к спектаклю.
Женщина, держа в руке файл с документами, остановилась рядом с микроавтобусом и, предусмотрительно оглядев окрестности, ответила на звонок, как видно, прежнего собеседника: «Да! Цуруги! Слушаю! – Получили? – Всё! Жду перевода! – Номер кошелька[8] у вас есть! – Мне всё равно, куда отправлять. Хотите, на файлообменник[9] скину? А вам пароль архива[10] сообщу? – Мне надоело это переливание из пустого в порожнее! В конце концов, у меня и другие покупатели есть! – Ладно! Даю вам время до десяти вечера! Решайте! Или все договорённости отменяются!»
Анна снова отметила, как неприятно исказилось лицо этой молодой красотки в досадливо-пренебрежительной гримасе, и ехидно заулыбалась в предвкушении новых метаморфоз.
Цуруги потянулась было к ручке двери у водительского сиденья, но замерла. Вот он тот самый миг! Даже надвигающиеся сумерки не могли скрыть, как сильно до смертельного ужаса побледнела женщина, только что выглядевшая такой самоуверенной и грозной. Она беспомощно завертелась на месте. Затем, обежав, машину рванула дверцу с другой стороны, освободила руки, закинув бумаги в салон, и судорожными движениями обшарила кресло, глянула вниз, назад и снова закрутила головой, словно надеялась, что таинственный вор всё ещё находится где-то рядом.
Анна хихикнула в кулачок. А Цуруги закинула в машину бумаги вдруг кинулась к магазину.
Всё? Представление окончено? А как же крики, проклятия, слёзы?
Испытывая некоторое разочарование, Анна осторожно выбралась на стоянку.
«Интересно, зачем она туда побежала? Думает, что там сумку забыла?» – напряжённо размышляла она, а ноги между тем, словно сами собой, несли её прямо к комбини.
«Только посмотрю, что она там устроит», – мысленно оправдала себя Анна и с опаской потянула дверь чёрного хода – входить через центральный было бы совсем уж безумием!
Как ни странно, но оказалось открыто – Анна свободно прокралась по коридору поближе к торговому залу и застыла там, лишь разок выглянув из проёма, чтобы оценить обстановку.
Цуруги стояла у прилавка кассира и громко возмущалась:
«Вы обязаны предоставить мне записи с парковки! Меня обокрали на вашей парковке! Это ваша ответственность!»
Сотрудник старательно возражал: «Простите, но я повторюсь, это не в моей компетенции. Вы можете подать заявку...»
«Да заткнитесь Вы со своей заявкой!» – раздражённо зыкнула потерпевшая.
А Анна наконец-то могла вполне вкусить сладкой мести. Хоть её соперница и не подозревает, кому обязана столь неприятной ситуацией, но сам факт её бессильной злобы и бешенства наконец позволил Анне почувствовать себя на высоте.
«Она всего лишь глупая, склочная девица! Вот с кем ты связался, Рёта!» – язвительно проговорила про себя Анна.
Наверное, пора было ретироваться, но тут продавец сказал нечто, что впервые заставило Анну заволноваться: «Извините, но я опять повторюсь: лучше заявите в полицию!»
Анна вздрогнула и похолодела: «Если полиция вмешается, то я попаду!»
Она вся обратилась в слух.
«Мне некогда ждать, когда полиция прикинет, что к чему! В сумке важные документы. Вы понимаете?» – почти рявкнула Цуруги.
«Если эти документы так важны, лучше объявите о вознаграждении нашедшему. Камеры на стоянке всё равно не работают!» – легкомысленно отозвался собеседник.
«Вы не представляете, как важны! И вознаграждение я Вам уже предлагала! Но я так понимаю, Вы не намерены идти мне навстречу, да?» – вопрос вдруг прозвучал с какой-то неестественной холодностью.
Кажется, женщина ни на гран не поверила сказанному и пришла в состояние тихой ярости.
Анна поёжилась и невольно задалась вопросом: «Что там за документы были? И полицию не хочет вызывать... Странно...»
И сейчас же в памяти Анны всплыли все отрывочные реплики телефонных разговоров Цуруги с неведомым абонентом.
Но сотрудник комбини ничего странного не заметил и наивно брякнул: «Подождите, Вы про те документы, что Вы по факсу отправляли, когда первый раз заходили? Так почему не оратиться к адресату?»
«Вы видели, как я отправляла документы?» – медленно переспросила женщина.
«Угу!»
«Вы так внимательны!» – интонация Цуруги снова преобразилась и стала удивительно ровной, даже вкрадчивой.
«Это похоже на какую-то аферу! Воровство? Шпионаж?» – подумалось между тем Анне, и она не просто испугалась, на миг она буквально оцепенела от охватившего её ужаса.
«Не может быть! Во что я вляпалась?! А та хакерская атака? Неужели это у нас выкрали документы?» – лихорадочно соображая, она в панике засеменила к спасительному выходу.
Но в этот момент перебивающие друг друга голоса резко усилились. Анна поняла, что спорщики направились к подсобке, и, не помня себя от страха и смятения, бросилась к одному из высоких металлических шкафчиков, видимо, предназначенных для личных вещей и сменной одежды. К счастью, он оказался не заперт и совершенно пуст. Анна изнутри притянула дверцу к себе, опустила язычок замка и задержала дыхание.
«Сюда нельзя! Вы не должны идти за мной сюда!» – с некоторым раздражением воскликнул высокий мужской голос.
«Да-да, я понимаю, но войдите в мое положение...» – неожиданно успокоительным тоном залепетала женщина, и, судя по шагам, всё же проследовала в служебное помещение.
«Я и так уже сказал Вам больше, чем имел право. Вы хотите, чтобы я сам вызвал полицию!?» – уже с нескрываемым возмущением возопил продавец.
«Конечно! Конечно! Только сделайте одолжение, хотя бы взгляните на место происшествия!» – мягко и даже сладко проговорила в ответ Цуруги.
Скрипнула входная дверь, но не успела Анна и высунуться из своего укрытия, как магазин сотряс невероятно громкий хлопок.
Анна замерла и помертвела: «Неужели выстрел?»
Пару секунд стояла томительная тишина, а потом вновь заскрипела дверь и послышалось напряженное женское пыхтение, сопровождаемое странн шуршащими звуками.
Анна прильнула к щелям в дверце шкафчика: Цуруги, ухватив за ноги, старательно тянула по полу внутрь помещения парня в форменной полосатой рубашке. А тот податливо скользил, безвольными плетьми раскинув руки над головой и оставляя за собой на линолиуме смазанную красную линию какой-то липкой жижи.
Анне пришлось зажать себе рот, чтобы внезапный всхлип или хрип не вырвались наружу. В груди клокотало, в висках стучало, ноги подкашивались, мутило. Если бы не узкая ячейка шкафа, то Анна уже бы рухнула наземь.
«Она меня не видела. Она не знает, что я здесь. Я в безопасности, в безопасности, в безопасности», – принялась, как мантру, повторять про себя Анна в то время, как ей едва удавалось заставить себя нормально дышать. Ей казалось, что металлические стенки начали сдавливать её, а шкаф неминуемо превращается в её гроб.
Между тем снаружи Цуруги развила бурную деятельность. Анна присмотрелась: убийца деловито прошла ко входу и, судя по звуку, заперла его, через секунду она уже натянула на себя форму магазина и притащила откуда-то ведро с водой и швабру.
С пугающей скрупулёзностью она оттирала окровавленный пол, и лицо её, иногда мелькавшее всего в десятке сантиметров от глаз Анны, не выражало ничего, кроме холодной сосредоточенности.
Анна зажмурилась и прикусила губу. И вдруг ей подумалось, что если она уже не выйдет живой из этого шкафчика, то семья так и не узнает, что с ней случилось.
«А может, и к лучшему? К чему им весь этот ужас? – горестно размышляла она. – К чему им такая мать? Запутавшаяся дура! Предательница и идиотка!»
Но её вечный спутник – тихий гаденький голосок и тут не смолчал: «Вот эгоистичная ты душонка! Разве к лучшему оставить любящего мужа и ещё совершенно не самостоятельных детей с разбитым сердцем, лишить их нормальной семьи, нормальной жизни?! Если думаешь о том, что лучше для них, то должна взять себя в руки и поступить как мать! Как ответственная мать! И выпутаться!»
Анне захотелось разрыдаться, но даже это сейчас было для неё непозволительной роскошью.
Осторожно вдохнув и выдохнув, она снова пристально вгляделась в узкие щели: Цуруги, видимо, удовлетворенная проделанной работой, убрала ведро и достала телефон.
«Это Кода? – Да! Цуруги! – Удо с тобой? – Ноги в руки и ко мне. Адрес сейчас скину. – Меньше вопросов, больше дела! – Возникли небольшие проблемы. – И цифровые тоже! Пошевеливайтесь! На месте всё узнаете!» – жёстко проговорила она и, не прощаясь, нажала отбой.
Из торгового зала раздался характерный музыкальный звук[11] – кто-то вошёл в магазин. Цуруги оправила полосатую рубашку и поспешила к покупателю.
«Ничего себе стальные нервы! Пристрелила человека, уложила труп в подсобке и ходит в двух шагах от него, как ни в чём не бывало!» – неприязненно подумала Анна и поёжилась.
Впрочем не стоило тратить время на пустые умозаключения! Она медленно и едва дыша приоткрыла дверцу шкафчика, прислушалась. От стойки кассы доносились размеренные голоса. Анна огляделась: вроде путь свободен, надо только по узкому коридорчику проскользнуть к чёрному ходу и всё!
Манёвр занял ровно секунду, но ещё несколько мучительных секунд Анна изо всех сил вертела ручку и давила на дверь, пока не вспомнила, что Цуруги успела её запереть.
«Искать другой выход?»
Но тут до слуха Анны долетело, как звякнул кассовый аппарат, и она сообразила, что покупатель уже расплачивается.
«Значит, времени нет!»
Анна поспешно укрылась в шкафчике, а Цуруги как раз вернулась в подсобку.
Минут десять-пятнадцать она возилась и шуршала чем-то, вполголоса беззлобно ругаясь, а потом начала двигать какие-то тяжелые и гремящие вещи. От этого занятия её несколько раз отвлекали редкие посетители. По наблюдениям Анны, их было не больше троих за час. Она почти уже совсем решилась попробовать прокрасться за спиной у Цуруги – хотя кто сказал, что она обязательно стоит спиной к торговому залу? – и спрятаться среди высоких полок с товарами, а потом сбежать, пока дверь будет закрываться за очередным клиентом. План дико рискованный и мало продуманный, но Анна чувствовала, что тело начинает затекать и вскоре ей станет трудно быстро двигаться.
«А ещё и подельники её подтянутся, тогда уже будет полный швах», – постаралась она себя замотивировать.
Внезапно у двери чёрного хода раздался шум, а за ним и требовательный стук.
Цуруги немедленно метнулась из подсобки в коридорчик и отперла замок.
– Като? – отрывисто спросила она.
– Да... А Вы кто? А где? – ошеломлённо забормотала в ответ какая-то женщина.
– Ямадзаки? Там! Вышел с мусором! – уверенно отозвалась Цуруги.
Какая была реакция на эти слова, Анна видеть не могла, но зато снова услышала знакомый громоподобный хлопок, и чуть не вскрикнула.
Между тем перед её глазами промелькнула полосатая рубашка, и сразу же показалась снова, но теперь уже двигалась не спеша и в сопровождении какого-то высокого гулкого звука. Анна рассмотрела, что Цуруги катит перед собой застеленную синим полиэтиленовым полотном низкую тележку.
«Так вот к чему она готовилась всё это время! Чёрт! Она же просто машина для убийства!» – Анну инстинктивно передернуло, и она в бессильной горечи прикрыла лицо руками, не желая даже мельком увидеть то, что будет погружено поверх полиэтилена.
Нестерпимо дребезжа колёсами, тележка в размеренном темпе прокатила туда и обратно, сделав многозначительную паузу в середине пути.
Анна из последних сил держала себя в руках и, чтобы снова не скатиться в удушающую панику, старательно направляла мысли в конструктивное русло: «Пока она не знает, что я здесь, мне ничего не грозит. Надо только сидеть тихо. В конце концов я найду способ выбраться. Ри и Кай ждут. И Такаси. Я просто не могу их подвести!
А может, пересидеть? Дождаться, когда она сама уйдёт? Но она же маньячка какая-то! Так просто убила этих двоих, а они ведь ни в чём не виноваты! А если она случайно меня обнаружит? Наверняка ведь она знает, кто я! Её паранойя взыграет, как пить дать! А если она всё-таки доберётся до записей с камер? Нет! Пережидать – это опасная тема!
Как я ловко во всё это вляпалась! А ведь кто-то называл меня разумной женщиной! Я, вообще, была когда-то разумной? Похоже, думать я начинаю, только когда попадаю в неприятности. Что я говорю?! Неприятности?! Неприятности – это каблук сломать. А я, я в полнейшей жопе!!! Пришьет меня прямо в этом шкафчике. Бах, и мозги наружу!
Стоп! Это не помогает! Нечего думать о смерти! Надо думать о том, как выбраться!»
Но несмотря на попытки мыслить логично, Анна всё продолжала и продолжала перебирать свои неудачи и с болезненным любопытством во всех подробностях представлять грозящей ей конец. Ей никак не удавалось отвлечь своё воспалённое сознание от ужасающей реальности того факта, что прямо сейчас за тонкой металлической стенкой женщина, без колебаний убившая двух человек, методично и хладнокровно заметает следы.
Внезапно в дверь чёрного хода активно застучали, а затем и закричали неуместно жизнерадостным тоном: «Цуруги! Мать твою! Открой, пока никого нет!»
Анна услышала, как коридорчик наполнился суетливыми голосами, грохотом и топотом.
«Ну всё! Её подельники!» – мысленно охнула она и почувствовала, что слёзы побежали по щекам – а ведь она держалась!
– Вы там что, масло продавали по дороге? Всю работу пришлось за вас делать! – вместо приветствия сразу же принялась отчитывать прибывших Цуруги.
– А ты тут с цепи сорвалась, я вижу! – нагло отозвался мужской голос.
Анна отняла ладони от лица и присмотрелась: в коридорчике помимо её давней знакомой стояли ещё двое, довольно занятные субъекты: один – широкий и коренастый парень в спортивном костюме, а другой – худой и высокий, до странности похожий на ящерку.
Кажется, реплика принадлежала спортивному типу. Худощавый лишь ухмыльнулся и протиснулся дальше в глубь помещения.
– Удо! Завали, а! – не смущаясь, огрызнулась Цуруги и продолжила читать нотации: – Поговори мне ещё! Я чуть не состарилась, пока вас ждала! Давай-ка принимайся за работу!
Подельник послушно взялся за ручку тележки, но его босс требовательно мотнула головой в направлении подсобки:
– Там ещё одно!
– Ну, Цуруги, ты и зверь! – не удержался от комментария качок.
Откуда-то издали донеслось ехидное хихиканье, и Цуруги, нервно дёрнув плечом, властно прикрикнула:
– Я не за болтовней вас вызвала! Рот закрой и грузи!
– Куда?
– В «Pixis». Вы, надеюсь, на такси приехали, а не на своей?
– Не нервничай, Цуруги! Тебе это не идёт! – с подковыркой проговорил парень и тоже просочился мимо тележки и подельницы в подсобное помещение.
Теперь Анне оставалось лишь прислушиваться.
– Цуруги сезон охоты открыла! – недовольно кряхтя, возмущался, судя по-голосу, Удо.
Похоже, он перемещал что-то тяжелое. Анна запретила себе вдумываться, что именно, а сосредоточила внимание на том, что говорили эти трое.
– Цуруги, так что произошло? – сухо и немного устало спросил другой мужчина.
Анна не могла вспомнить его имя и про себя назвала его Рептилоидом.
– Если ты взломаешь их систему видеонаблюдения, то мы сможем узнать. Пока я знаю только то, что документы пропали.
– Ха! Кто-то стырил у тебя товар?! – не упустил случая поиздеваться Удо; как видно, он совершенно не испытывал пиетета к своему боссу. – Баста! Расходимся! Я благотворительно не работаю!
– Хватит поясничать, Удо! Во-первых, деньги – это не твоя забота. Если я сказала, что вы получите свои доли, то вы их получите в любом случае. А во-вторых, у меня есть запасной план.
– Посмотреть, кто стащил доки и гоняться за ним по всей Японии? Он уже давно мог их продать! – продолжил пререкаться качок.
– Не мог. За дело, Удо! – отрезала Цуруги.
– Хорошая новость – доступ к данным можно получить локально. Плохая новость – защищено паролем, – вмешался флегматичный голос Рептилоида.
– Это я уже поняла. Я уже порылась в их сети. Похоже, у рядовых сотрудников доступа к записям нет.
– Или ты не смогла его найти, – вставил Удо. – Хоть часы работы выяснила?
– Филиал работает с 6 утра до 12 ночи. Последний раз касса снимается до четверти первого. Сейф в заднем помещении. Охранная сигнализация включается автоматически в час ночи. Последняя смена сегодня у Като. Уже должна была начаться, – монотонным речитативом пробубнил Рептилоид.
– Спасибо, Кода! Это я уже знаю! Как там с видеонаблюдением?
– Можно попробовать подобрать пароль. Есть у меня одна утилита. Но это не сразу. Пару часов, как минимум, если повезёт.
– Так приступай!
– Уже... Но правда, зачем?
– Чтобы достать и наподдать! Наша бой-баба никому не позволит себе дорогу переходить! – проорал Удо, пытаясь перекричать гулкую тележку, которую, видимо, загрузив, покатил к выходу.
– Мы только время потеряем. И какой?..
– Не рассуждай, а делай! Если всё сложится, как я запланировала, то через полчаса сюда приедет Омори.
– Мы можем в твоей тачке подождать, пока вы пошпилитесь! – послышалось от двери.
– Удо! Помой свой поганый рот!
В ответ донёсся лишь мерзкий хохоток, и дверь, скрипнув, хлопнула.
Анну тоже покоробила похабная шутка, но почему-то она к своему собственному удивлению ничуть не была поражена тем, что в конце концов в разговоре подельников всплыло имя Рёты. Она как будто подсознательно даже ждала, когда участие её любовника в этих явно незаконных делишках станет очевидным.
«Теперь всё логично складывается: это Рёта помог им украсть документы, а для заметания следов запустил в систему вирус. Как она его окрутила, эта Цуруги! Или это всё было из-за денег?» – подумав так, она вдруг ощутила, что тёплое чувство, которое до сих пор наполняло её при мыслях о Рёте, испарилось почти бесследно.
Это неожиданное открытие принесло ей и облегчение, и горькое разочарование: вот кого она любила – жалкого продажного типа, готового даже в уголовщину ввязаться ради быстрого обогащения!
За этими самоосуждающими размышлениями Анна едва не пропустила важный момент разговора между Цуруги и Рептилоидом.
– У Омори есть второй экземпляр? – поинтересовался Рептилоид.
– Нет. Думаю, нет. Я ему запретила. Хотя, конечно, сейчас нам было бы на руку, если бы он ослушался.
– Так зачем он нам?
– Его пароли всё ещё при нём. Если мы войдем в систему дистанционно...
– Не уверен, что это сработает...
– Мне повторить, или...
– Да-да, не рассуждать...
– Кода, я взяла тебя в команду только потому, что лучше тебя специалиста не было и нет. И ты говоришь, что не справишься?
– Ладно. Если они всё ещё не разобрались с нашим вирусом, то, пожалуй, может и получиться. И он так просто выложит нам пароли?
– Не выложит, конечно. Поэтому надевай форму. Я сяду здесь, как будто связанная. Ну а ты с Удо изобразишь, что вы готовы меня пытать, если он не расскажет вам всего, что надо.
– А давай для достоверности мы тебя по-настоящему свяжем. А то он не поверит! – радостно воскликнул вернувшийся качок.
– Без самодеятельности!
В подсобке началась шумная возня, сопровождавшаяся постоянным зубоскальством Удо и грозными окриками Цуруги.
А у Анны в голове воцарился хаос противоречивых мыслей и чувств. Её изъедала мучительная тревога, и в тоже время не оставляла отчаянная надежда, что ей удастся выпутаться, что это какое-то кошмарное наваждение, которое она сможет стряхнуть, если только как следует соберётся.
– Может, приложить тебя пару раз? Я аккуратно. Зато будет натурально. И перед полицией можно будет жертву разыграть, если что! – вдруг отвлёк её от путанных размышлений бравурный голос Удо.
– О полиции даже не заикайся! – рявкнула Цуруги.
– Плохая примета?
– Мы не должны привлечь внимание полиции.
– А это вообще возможно? С двумя трупами на руках?
– Возможно, если действовать с головой. Пока этих двоих никто не ищет. Если всё здесь хорошо уберем, то никто не свяжет их исчезновение с магазином. Главное никаких свидетелей и никаких улик, тем более видео. Как там дела, Кода?
– Терпение, – неторопливо отозвался Рептилоид и уныло пошмыгал.
«Полиция... полиция, – задумалась Анна. – Вообще-то я сама изначально наломала дров, но сейчас-то тут творится кое-что покруче. Хорошо, допустим, я сумею вызвать полицию – интересно, это можно как-то сделать текстовым сообщением? – и она прикатит сюда. А дальше? Эти просто сбегут? Или едва заметив полицию, сразу заподозрят, что тут кто-то за ними наблюдает и их выдал? Может, полицейские не успеют и из машины выйти, как меня найдут и прихлопнут. Плохой расклад...»
Но хуже всего было другое, и в этом Анна даже мысленно не хотела себе признаваться.
Если вмешать в дело полицию, то с неизбежностью всё её грязное бельё будет тщательно перетрясено и предъявлено на суд общественности. Ей вспомнились слова Рёты: «Наши жизни будут разрушены». И не только их. Такаси, Ри, Кай – они тоже хлебнут, и с лихвой. Скандал и мерзость! Такаси будет раздавлен. А её родители? Её мать, которая так верила в свою старшую сильную дочь? «Бесстрашная!» – говорила она ей. Но вот она – Анна – не только сидит и дрожит от страха в тесном шкафчике, но и одним телефонным звонком собирается сломать столько судеб! Подло и трусливо! Это стыдно. И главный стыд даже не в том, что она впуталась в криминальную историю, а в её предательстве. Она всех-всех подведёт!
«Уже подвела! – ехидно подсказал зловредный голосок. – Поэтому выпутывайся сама! И семью не беспокой! Подумай о них хоть сейчас, раз не думала, пока развлекалась со своим красавчиком!»
И тут её осенило: «Как я раньше не догадалась! Надо связаться с Рётой! Пусть он предатель и мошенник, но эти ребята – совершенные отморозки. Ничем хорошим для него эта встреча не кончится. А он, возможно, придумает, как мне выпутаться!»
Она осторожно включила телефон. В мессенджере висели оповещения от Такаси, но сейчас была дорога каждая секунда. И Анна сосредоточилась на обстоятельном сообщении для Рёты. Нажав «отправление», она облегчённо выдохнула и принялась воображать возможные варианты спасения. Но вдруг в её мысли ворвалось гневное восклицание:
– Отвали, Удо! Ах! – злобно выпалил женский голос.
– Красота! – радостно возопил в ответ качок. – И кровь выступила даже!
Анна прислушалась.
– Я ещё тебе это припомню! – громко возмутилась Цуруги.
– Выглядит натурально, – совершенно не смущенный гневом босса, гордо прокомментировал Удо.
– Сволочь!
– Цуруги, правда, – вставил Рептилоид.
Но тут их разборки прервал донёсшийся из торгового зала музыкальный проигрыш.
– Кода! – коротко скомандовала Цуруги.
И тот, судя по шуму, метнулся к кассе.
А мимо шкафчика к чёрному ходу зачем-то пробежал Удо.
Какое-то время до Анны долетал лишь отдаленный неразборчивый бубнёж, но вот мужчины, похоже, снова направились к подсобке: звуки шагов и отрывочные фразы стали громче.
– Мари! – послышалось восклицание, и Анна неожиданно почувствовала прежнее волнение.
Продолжение следует.
Читайте часть III здесь.
Примечания.
[1] «Микроавтобус "Pixis"» (англ. «пи́ксис» – букв. «маленькая коробка»/ яп. ピクシス «пи́кусису») – речь идёт об одном из автомобилей из семейства малолитражек Toyota Pixis (всего 6 моделей), выпуск которых был начат японской компанией Тойота Мотор в 2011 году. К микроавтобусам в этой серии можно отнести Тойота «Pixis Space» (в продаже с 2011 года), Тойота «Pixis Van» (в продаже с 2011 года) и Тойота «Pixis Mega» (в продаже с 2015 по 2022 годы).
[2] «Хонда "Grace"» (англ. «грэйс» – букв. «грация»/ яп. グレイス «гурэ́ису» ) – гибридный автомобиль японской компании Хонда Мотор, выпускаемый в Японии с 2014 года. Это элегантный четырёхдверный седан известный своей компактностью, экономичностью и изящным дизайном.
[3] «Stepwgn» (от англ. Step Wagon «стэп вэ́гон» – букв. «шагающий вагон»/ яп. ステップワゴン«сутэ́пу ва́гон») – речь идёт о минивэне Хонда «Stepwgn», выпускающемся японской компанией Хонда Мотор с 1996 года. Автомобиль имеет высокий профиль кузова и вмещает в себя восемь человек. С 2022 года в продажу поступило уже шестое поколение данной модели.
[4] «Ко́бе» (яп. 神戸市 «ко́бэ-си») – город в Японии, расположенный на острове Хонсю, административный центр префектуры Хиого. Является одним из главных портов страны и центром международной торговли. Площадь города составляет 552,26 км², население – 1,492,282 человек (на 1 октября 2024 года).
[5] «Комби́ни» (яп. コンビニ) – общераспространенное в Японии название для магазинов шаговой доступности, происходит от английского convenience store («удобный магазин»). Магазины этого типа предлагают небольшой выбор товаров, в основном бакалеи, мясо-молочной продукции, овощей, фруктов, алкогольных напитков и других пищевых продуктов, а также базовых хозтоваров, то есть основные товары потребительской корзины, пользующиеся повседневным спросом. В японских комбини также обычно имеются туалеты, банкоматы, копировальные автоматы, принтеры, факсы и фотобудки. Часы работы комбини более долгие, чем у супермаркетов. Некоторые комбини работают круглосуточно.
[6] «Факс» или факси́мильная связь (англ. fax, сокр. от facsimile (новолат. faximile) – от лат. fac simile – «сделай подобным образом», «сделай подобное») – технология отправки и получения неподвижных изображений (сканированных фотографий и текста) по телефонной линии.
[7] «Сумка "Би́ркин"» (англ. Birkin bag) – модель дамской сумки торговой марки французского дома моды Hermès. Названа в честь англо-французской певицы и актрисы театра и кино Джейн Биркин. С годами сумка «Биркин» стала символом стиля, её цена варьируется от 10 000 до 150 000 долларов США.
[8] «Номер кошелька» – речь идёт о номере так называемого электронного кошелька (цифровой кошелёк или мобильный кошелёк), который позволяет проводить электронные транзакции: такие, как покупка товаров или перевод средств. Электронные кошельки могут быть привязаны к банковскому счёту и использоваться через онлайн-сервисы или мобильные приложения.
[9] «Фа́йлообме́нник» или фа́йлхо́стинг или фа́йловый хо́стинг – интернет-сервис, позволяющий пользователям хранить свои файлы на удалённом сервере и делиться ими с другими людьми через интернет. На специальной странице файлообменника (чаще всего на главной) пользователь загружает файл на сервер файлообменника, а файлообменник отдает пользователю постоянную ссылку на него, которой можно делиться с другими пользователями.
[10] «Архив» – в данном случае речь идет об особом типе файла-контейнера, позволяющем объединять и сжимать другие файлы и папки для удобства хранения и передачи. Может быть защищен паролем.
[11] «Из торгового зала раздался характерный музыкальный звук» – речь идёт о повсеместно принятом в японских сетевых магазинах-комбини способе оповещения персонала об открытии входной двери, то есть при открытии проигрывается определенная мелодия (у каждой сети своя).