Нина Аркадьевна сидела на краешке кровати, сжимая телефон в побелевших пальцах. Сердце колотилось, мысли путались.
“Это просто сон. Глупый, дурной сон. Сейчас проснусь, и всё будет по-прежнему.”
Она глубоко вдохнула и медленно выдохнула, но за дверью всё так же слышались шаги, голоса и скрип мебели.
Это был не сон.
Нина решительно вскочила и, распахнув дверь, шагнула в коридор.
В её квартире теперь официально хозяйничал этот… Константин Викторович. Мужчина в дорогих джинсах и светлой рубашке, выглядевший слишком спокойным для человека, который только что ворвался в чужую жизнь.
Он стоял у окна, спокойно наблюдая за работой грузчиков. Увидев Нину, весело улыбнулся.
— Ну что, успокоились?
— Успокоилась?! — её голос дрожал от гнева. — Кто вы такой?! И что делаете в МОЕЙ квартире?!
Константин склонил голову набок, как будто она спросила что-то невероятно забавное.
— Как я уже говорил — я ваш новый сосед. Купил половину квартиры. Теперь живём вместе.
— Это… это нелепость! — она судорожно взмахнула руками. — Вы не могли ничего купить! Это ошибка!
— Нет, не ошибка. Хотите взглянуть на документы?
Он вытащил из кармана сложенный вдвое лист и протянул ей.
Нина выхватила бумагу, пробежалась глазами по строкам и почувствовала, как всё в ней обрывается.
Подпись. Чёртову подпись она узнала бы среди сотен.
Анатолий Аркадьевич Самойлов.
Её сын. Её кровинушка. Продал.
Настоящая сделка. Заверено нотариусом. Доля в квартире теперь принадлежит этому… этому самоуверенному незнакомцу.
— Господи… — шёпотом выдохнула Нина, прижимая документы к груди.
Константин вздохнул и скрестил руки.
— Похоже, вы не знали, что ваш сын решил продать долю.
Она медленно подняла на него взгляд.
— Конечно, не знала! Думаете, я бы согласилась?!
Он слегка пожал плечами.
— Ну, раз уж так сложилось… Давайте жить дружно.
Эти слова окончательно вывели её из себя.
— Дружно?! — взорвалась она. — Вы вселились в мой дом, как будто это нормально! Да у вас вообще совесть есть?!
— Совесть есть. А ещё есть закон. И, согласно ему, я имею полное право здесь находиться.
Нина сжала кулаки.
— Я этого так не оставлю.
— Дело ваше, — спокойно ответил он. — Но факт остаётся фактом.
Один из грузчиков, закончив таскать мебель, подошёл к Константину и кивнул.
— Всё готово, начальник. Ещё что-то нужно?
Тот бросил взгляд на свою новую комнату.
— Нет, спасибо.
Парни развернулись и вышли, оставив их наедине.
Нина чувствовала, что её сейчас разорвёт от злости.
— Я поговорю с сыном.
— Поговорите, — кивнул Константин. — Но мне кажется, он уже принял решение.
Она больше не могла его слушать. Развернулась, зашла в свою комнату и захлопнула дверь.
Заперлась, села на кровать и, наконец, позволила себе заплакать.
Как он мог?!
Как её сын, ради которого она жила, могла вот так легко от неё избавиться?
Ещё пару месяцев назад он уговаривал её продать квартиру, чтобы у него с женой было своё жильё. Она отказалась. Он разозлился, но ушёл, пообещав больше не поднимать этот разговор.
А теперь…
Теперь он просто избавился от неё самым подлым способом.
И вон тот человек за стеной, спокойно расставляющий свою мебель в её доме, был этому доказательством.
Но ничего. Она не собиралась сдаваться. Сын предал её.
Но этот самодовольный тип ещё пожалеет, что связался с ней.
Играть в соседей? Хорошо.
Только пусть не думает, что это будет так просто.
Война началась
Следующее утро началось с того, что Нина Аркадьевна решила объявить негласную войну.
Проснувшись пораньше, она натянула халат и, специально гремя чайником, пошла варить кофе. Пусть этот нахал знает: его тут никто не ждал и ждать не собирается.
Из своей комнаты он не выходил.
“Может, передумал жить в моей квартире?” – мелькнула надежда.
Но нет. Стоило ей только сесть за стол, как дверь в соседнюю комнату открылась.
Константин Викторович, свежий, выбритый, в рубашке и тёмных джинсах, с улыбкой вышел в кухню, будто был тут хозяином.
— Доброе утро, соседка!
Нина нарочно отодвинула чашку подальше, показывая, что делиться с ним не собирается.
— Ничего доброго.
— А настроение у вас сегодня боевое, — отметил он, не теряя своей невозмутимости.
Женщина демонстративно отвернулась.
— Оно было бы лучше, если бы в моей квартире не поселился посторонний мужчина.
— Мы живём в современном мире, Нина Аркадьевна, — философски заметил он, доставая из шкафчика кружку. — Соседство мужчины и женщины уже не скандал, а бытовая необходимость.
— Бред какой, — пробормотала она, сжимая ложку так, что костяшки побелели.
Константин, тем временем, без стеснения достал из холодильника масло, сыр и пару яиц.
— Что вы делаете? — подозрительно спросила Нина.
— Завтракаю, — пожал плечами он.
— Вы не подумали, что я могу быть против?
Константин обернулся, посмотрел на неё оценивающе и усмехнулся:
— Ну… если вам так принципиально, я могу с завтрашнего дня завтракать в кафе.
— Завтракайте, где хотите! — вспылила Нина. — Только не у меня!
— Но это и мой дом тоже, не забывайте, — напомнил он.
Женщина сверкнула глазами, но промолчала.
Он был прав. И это бесило её больше всего.
Она резко встала, схватила свою чашку и пошла в комнату.
— Будете что-то готовить, не трогайте мою сковородку! — бросила через плечо.
— Не вопрос.
— И полотенца тоже!
— Конечно.
— И вообще, не заходите в ванную, пока я там!
— Даже не думал.
Его спокойствие злило. Она ожидала, что он начнёт огрызаться, требовать уважения или, что ещё лучше, соберёт вещи и уйдёт.
Но этот человек был непробиваем.
Когда Нина захлопнула за собой дверь, Константин невольно усмехнулся.
— Ну, будет весело.
Границы дозволенного
Следующие несколько дней были похожи на мини-сражения.
Нина Аркадьевна демонстративно включала громко телевизор, если слышала, что Константин говорит по телефону.
Константин в ответ на её саботаж приносил домой продукты и готовил ужины, наполняя квартиру ароматами мяса и специй.
Нина Аркадьевна специально занимала ванную на сорок минут, когда слышала, что он идёт туда.
Константин в ответ купил новую стиральную машину и сам её подключил, как ни в чём не бывало.
Она перестирала все его полотенца в кипятке с уксусом.
Он заменил её старые кухонные ножи на дорогие и удобные.
Она, сжав зубы, ими пользовалась.
Но пик войны наступил, когда однажды вечером Нина пришла домой и увидела Константина с её котом.
— Вы что делаете?!
Мартин, упитанный серый кот, уютно развалился на коленях у Константина, лениво посматривая на хозяйку.
— Мы с Мартином договорились о дружбе, — ухмыльнулся мужчина, почесывая кота за ухом.
— Он не дружит с посторонними! — возмутилась Нина.
— Судя по всему, это не так, — Константин ткнул пальцем в кота. — Он мне доверяет.
Нина скрестила руки на груди.
— Продажный предатель! — выплюнула она в адрес животного.
Кот зевнул и довольно потянулся, даже не думая вставать с колен нового соседа.
Нина поджала губы.
— Держите его у себя.
— Спасибо, но мне хватит вас одной, — усмехнулся Константин.
Женщина резко развернулась и хлопнула дверью своей комнаты.
Но в тот момент она поняла одну неприятную вещь.
Её война, похоже, начинала трещать по швам.
Константин не просто терпел её выходки.
Он находил способ отразить удар, и сделать так, чтобы она сама не замечала, как привыкает к его присутствию.
А это было ещё страшнее, чем потеря квартиры.
Кто кого перевоспитает
Прошла неделя.
Нина Аркадьевна по-прежнему делала вид, что Константина Викторовича не существует.
А он по-прежнему вёл себя так, будто они давние друзья.
Он первым начинал разговоры за завтраком, обсуждал погоду, мировые новости, свежий ремонт в подъезде.
Она отвечала односложно. Или не отвечала вообще.
Он приносил домой продукты.
Она демонстративно ставила на упаковки наклейки с надписью “МОЁ”.
Он ухаживал за её котом.
Кот с удовольствием предал хозяйку и теперь без зазрения совести тёрся об ноги нового “соседа”.
Каждый день был маленьким сражением.
Но самым жестоким ударом для Нины стал случай с её любимыми тапочками.
Это были мягкие, потрёпанные тапки, которые прожили с ней не один год.
И вот однажды она проснулась, сунула ноги под кровать… и не нашла их.
— Где мои тапки?! — раздался яростный крик из спальни.
Константин, мирно читавший газету на кухне, спокойно оторвал взгляд от страниц.
— Вы о тех старых, развалюшках?
— Где. Они?!
Он поставил газету, отхлебнул кофе.
— Я их выбросил.
На несколько секунд в квартире воцарилась гробовая тишина.
— Что ты сделал?! — прошипела Нина, вбегая в кухню.
— Выбросил, — повторил он. — Они были в таком состоянии, что кот уже начал их опасаться.
— Это были МОИ тапки!
— Именно поэтому я купил вам новые.
Он кивнул в сторону двери. Там стояла коробка.
Нина, вся кипя от негодования, схватила её и резко открыла.
Внутри лежали роскошные меховые тапочки.
Мягкие, удобные.
Гадина… КАК ОН ПОСМЕЛ?!
— Я не собираюсь носить то, что ты мне купил! — выплюнула она, зажимая коробку в руках.
— Ну, ваше право, — легко согласился он. — Просто подумал, что вам будет удобнее.
Нина развернулась и ушла.
Но через час, когда Константин зашёл в коридор, он заметил её босые ноги, уютно утонувшие в тех самых тапках.
Он усмехнулся, но ничего не сказал.
Победа осталась за ним.
Однажды вечером
В тот вечер, когда на улице бушевал ливень, а гром раскатывался по небу, Нина застряла на кухне с книгой.
Она не хотела проводить вечер с соседом.
Но что-то её не отпускало.
Константин в это время готовил ужин.
Запах жареного мяса и пряностей расползался по всей квартире.
Нина не выдержала.
— Что это? — пробормотала она, наблюдая, как он переворачивает мясо на сковороде.
— Бифштекс по-стейкхаусному, — с довольным видом ответил он. — Хотите?
— Нет.
Он спокойно перевернул кусок мяса.
— Ну, как скажете.
Нина постояла минуту, потом села за стол.
— Пахнет хорошо.
— Знаю.
— И откуда такие навыки?
Константин повернулся, облокотившись на столешницу.
— Готовить меня научила жена.
Нина вздрогнула.
— Ты женат?
Он усмехнулся.
— Был.
— Развелись?
— Можно и так сказать.
Нина прищурилась.
— Что значит “можно и так сказать”?
Константин посмотрел в окно, где капли дождя стекали по стеклу, а потом устало выдохнул:
— Она ушла.
В кухне повисла тишина.
Нина не знала, что сказать.
Она ожидала, что этот самоуверенный наглец окажется наглым во всём. А у него, оказывается, была история.
Она сама хотела его спросить — почему он вообще купил эту долю?
Но в тот момент ей не хотелось ссориться.
Она просто молча села за стол.
Константин поставил перед ней тарелку с мясом и картофелем.
— Просто попробуйте, — сказал он.
Нина не сопротивлялась.
И, впервые за всё это время, они поужинали вместе.
Самая главная встреча
Утром Нина решилась.
Она набрала номер сына.
Но в последний момент стерла его и заблокировала. Она ещё не была готова прощать.
Но случай решил всё за неё.
На следующий день, в офисе, где работал её сын, она увидела… Константина.
Она замерла.
— Ты… что ты здесь делаешь?
Мужчина спокойно обернулся.
— Работаю.
А рядом с ним стоял Анатолий.
Её сын.
— Мама… — пробормотал он смущённо.
Нина ничего не понимала.
Её сосед.
Её сын.
Какого чёрта?!
Константин, видя её замешательство, усмехнулся.
— Сюрприз.
Анатолий подошёл к матери и обнял её за плечи.
— Прости меня, — тихо сказал он.
Нина почувствовала, как в груди что-то защемило.
Но пока она не могла понять — это обида или облегчение.
Развязка игры
Нина Аркадьевна стояла, как вкопанная. Перед ней — сын, который её предал. Рядом с ним — сосед, который оказался не таким уж и простым.
Её мозг просто отказывался понимать, как эти двое связаны.
— Объяснитесь! — выдохнула она, оглядывая их обоих с подозрением.
Анатолий виновато потёр шею.
— Мам, ну… мы с Константином работаем вместе.
— РАБОТАЕМ?! — Нина почти задохнулась.
— Он мой начальник, — тихо добавил сын.
Теперь её мир вообще перестал иметь смысл.
Она резко повернулась к Константину.
— Ты… ты с самого начала знал, кто я?!
Тот спокойно встретил её взгляд.
— Разумеется.
— И что, просто сидел и ждал, когда я сама всё узнаю?!
Он пожал плечами.
— Хотел дать вам время осознать ситуацию.
Осознать ситуацию?!
Нина почувствовала, как её злость выходит из-под контроля.
— Ты устроил этот спектакль с покупкой доли, чтобы меня проучить?!
— Чтобы проучить вас обоих, — спокойно ответил он, скрестив руки на груди.
Она снова перевела взгляд на сына.
— Ты был в сговоре с ним?!
— Мам, я правда собирался продать долю, — виновато признался Анатолий. — Но Константин остановил меня.
Нина выдохнула, заставляя себя успокоиться.
— Значит, ты не продавал квартиру?
— Нет.
— И он не мой сосед?
— Ну… формально да, — усмехнулся Константин.
— Ты был в моей квартире по договорённости с сыном?!
— Почти, — поправил он. — Скорее, я просто помог ему не наделать глупостей.
Нина резко развернулась к сыну, сузила глаза.
— И ты так спокойно мне об этом говоришь?
Анатолий сглотнул.
— Мам, я не знал, как иначе тебе объяснить, что ты сама не оставляешь мне выбора.
Она замерла.
— Что?..
— Ты никогда не давала мне самому принимать решения. Всегда всё решала за меня, даже когда мне было двадцать пять. Я пытался убедить тебя… но ты даже не слушала.
Его голос дрожал.
— Когда я предложил продать квартиру, я просто хотел, чтобы у меня была своя семья, своё пространство. А ты подумала, что я тебя предаю.
Нина медленно выдохнула.
Где-то глубоко внутри она понимала, что он прав.
— Ты меня всегда слишком опекала, — мягко добавил сын. — Мне казалось, что если я не уйду сейчас, то не уйду никогда.
Она сжала кулаки.
— Я просто… хотела тебе добра.
— Знаю, мам, — улыбнулся Анатолий. — И люблю тебя за это. Но ты должна понимать: я больше не маленький.
Он сделал шаг ближе, осторожно взял её за руки.
— Прости меня.
Она столько дней жила в обиде, в злобе, в одиночестве.
Но ведь это её сын.
Он всё ещё её мальчик.
Она всхлипнула и обняла его.
— Дурак, — тихо сказала она. — Мой любимый, ты такой дурак.
Анатолий засмеялся и крепко обнял её в ответ.
Константин, наблюдая за этим, лишь довольно кивнул.
Миссия выполнена.
Что дальше?
Позже, когда они уже сидели в кафе, разговаривая без напряжения, Нина вдруг перевела взгляд на Константина.
— Ты ведь мог мне сразу всё рассказать.
— Мог, — кивнул он. — Но ты бы не поверила.
— И что, решил устроить мне психологический эксперимент?
Он улыбнулся.
— Скорее, решил дать вам шанс всё осознать.
— Думаешь, я глупая?
— Думаю, что ты слишком упрямая, — честно ответил он.
Нина покачала головой.
— Ты вообще кто? Как ты умудряешься так спокойно управлять людьми?
Константин ухмыльнулся.
— У меня два сына. Если научился справляться с ними, то смогу справиться с кем угодно.
— Два?! — Нина чуть не подавилась кофе.
— Два.
Она удивлённо уставилась на него.
— То есть ты… отец?
— Как видишь.
Она хмыкнула.
— Тогда понятно, почему ты так быстро с нами разобрался.
— Воспитатель по призванию, — пошутил он.
— Ну, в следующий раз воспитывай кого-нибудь другого, — буркнула Нина, но уже без злости.
Константин хмыкнул.
— Если хочешь, могу попробовать воспитать тебя.
Она сверкнула глазами.
— Попробуй, и я тебя убью.
Он засмеялся.
И вдруг Нина поймала себя на мысли, что впервые за долгое время ей стало легко и спокойно, и тот человек, которого она ещё недавно ненавидела, вдруг стал… совсем не чужим.
Но что с этим делать — она пока не знала.
Новая история
Прошёл месяц.
Нина примирилась с сыном.
Анатолий и Таня нашли квартиру получше. Теперь они часто звали её в гости, а она, к своему удивлению, не отказывалась.
Однажды, выходя из нового дома сына, она столкнулась с Константином.
Он ждал её у машины, как будто знал, что она здесь.
— Подвезти? — спросил он.
Она закатила глаза.
— Думаешь, я не могу дойти сама?
— Конечно, можешь, — улыбнулся он. — Но мне будет скучно ехать одному.
Она вздохнула и села в машину.
Когда он завёл двигатель, она вдруг сказала:
— Ты так и не съехал.
— Ага.
— Почему?
Он хитро взглянул на неё.
— Потому что мне нравится жить с тобой.
Она фыркнула.
— Ты невыносимый человек.
— Привыкай.
Она покачала головой, но почему-то улыбалась.
Но, похоже, он доказал ей обратное.
Благодарю вас за подписку и лайки - это помогает нашему каналу развиваться!
Читайте так же на нашем канале: