— Мам, а ты купила тёте Ларисе подарок? — спросил Егор, вытаскивая из шкафа свои ботинки.
Полина, поправляя куртку младшей дочери, бросила взгляд на сына и устало ответила:
— Конечно. Коробку конфет и чай. Я же знаю, что ей надо угодить.
— Мам, а зачем ей угождать? Она что, королева? — удивился Егор.
— Да не королева она, просто так принято, — вздохнула Полина, заправляя косички Маше.
Сергей стоял у двери с ключами в руках, терпеливо ждал, пока Полина закончит сборы детей.
— Полин, давай быстрее, а то опоздаем, — спокойно напомнил он.
— Иду, иду, — буркнула она, натягивая ботинки на Машу.
Полина знала, что визит к свекрови никогда не обходится без сюрпризов, и почти всегда это сюрпризы, связанные с Ларисой. Её нарядная, всегда идеально выглядящая золовка умудрялась в каждом разговоре вставить что-нибудь вроде: «Вот мои дети такие молодцы!» или «А у нас всё расписано по часам, как в Швейцарии».
«Ну и зачем она опять начнёт сегодня? Может, про танцы Олеси, а может, про то, как Игорь олимпиаду выиграл», — раздражённо подумала Полина, усаживаясь в машину.
Когда они приехали, свекровь радушно встретила их у порога. В гостиной уже было шумно: Лариса с мужем сидели на диване, а дети возились у ёлки, соревнуясь, кто быстрее найдёт спрятанный подарок.
— О, приехали! — громко воскликнула Лариса, заметив их. — А мы уж думали, вы застряли в пробке!
— Привет, Лариса, — натянуто улыбнулась Полина, снимая пальто.
— Полина, привет! А как твои? — тут же поинтересовалась Лариса, кивнув на детей. — Егор-то уже в школу ходит?
— Да, ходит, — ответила Полина, стараясь говорить спокойно.
— У нас Игорь в этом году олимпиаду выиграл по математике, — сказала Лариса таким тоном, будто это было главным событием месяца. — Представляешь, среди двадцати школ первый!
Полина сжала зубы, чтобы не выдать раздражения, но всё-таки нашлась:
— Ну молодец Игорь, поздравляю.
— А Маша-то в садик ходит? — продолжила Лариса, не замечая её настроения.
— Ходит, конечно, — ответила Полина.
— Олеся в четыре года уже в танцевальный кружок пошла. А сейчас у неё золото на областном конкурсе, — как бы невзначай добавила Лариса.
Полина почувствовала, как внутри всё закипает. Её голос звучал ровно, но мысли бурлили. «Ну, конечно. Как всегда: мои дети то, мои дети это. Неужели нельзя просто поболтать о чём-то другом?»
После того как все уселись за стол, обстановка ненадолго разрядилась. Полина старалась сосредоточиться на ужине, перебрасываясь нейтральными фразами с свекровью. Но она знала, что это затишье долго не продлится. Лариса всегда умела выбрать момент, чтобы вставить своё мнение.
— Полина, а вы с Егором делаете какие-нибудь дополнительные задания? — вдруг спросила Лариса, отрываясь от своей тарелки.
Полина почувствовала, как Сергей настороженно замер, но быстро ответила:
— Конечно, делаем. Читать любит, примеры решает. Всё как положено.
— Это хорошо, — кивнула Лариса, но в её голосе прозвучала нотка сомнения. — Знаешь, я просто подумала, что сейчас такие конкурсы интересные для детей. Вот Игорь, например, на прошлой неделе участвовал в турнире по шахматам. Такие задания дают, что даже взрослые за голову берутся.
Полина сделала глоток компота, чтобы скрыть раздражение.
— Шахматы — это здорово, конечно, но не всем это нужно. Егор больше по творчеству. Рисует, вырезает. Ему нравится, — сказала она, стараясь говорить спокойно.
— Это замечательно, — согласилась Лариса. — Хотя, знаешь, творчество — это хорошо как дополнение. А главное — дисциплина. Мы вот с Игорем каждый вечер час занимаемся по расписанию. Я считаю, что это основа успеха.
Полина почувствовала, как напрягаются плечи. Она прекрасно понимала, что Лариса снова нашла способ показать своё превосходство.
— Ну, каждому своё, Ларис. Я, честно говоря, не хочу загружать Егора по вечерам. Пусть побудет ребёнком. У него ещё вся жизнь впереди, чтобы стать дисциплинированным, — ответила Полина.
— Тоже верно, — сказала Лариса, но её взгляд ясно говорил: «Как же можно быть такой беспечной?»
После ужина Лариса продолжила рассказывать о победах своих детей. Полина вежливо кивала, но внутри у неё всё кипело.
— А у нас Олеся уже готовится к следующему турниру, — улыбаясь, сказала Лариса. — Ей тренер сказал, что у неё все шансы выйти на областной уровень.
— Молодцы, — коротко ответила Полина, сжимая руки под столом.
— Ты тоже могла бы отдать Машу на танцы, — невзначай добавила Лариса. — У неё ведь такие милые черты лица. Я уверена, у неё получится.
— Ларис, у Маши в садике есть кружок лепки, ей там нравится, — ответила Полина, уже с трудом сдерживая себя.
— Лепка — это, конечно, хорошо, но… — Лариса сделала паузу, будто подыскивая слова. — Просто танцы развивают не только тело, но и дух. Это же основа для девочки.
Полина посмотрела на Сергея, надеясь, что он вмешается, но он, как всегда, уткнулся в телефон, притворяясь, что ничего не слышит.
Внутри Полины всё бурлило. Она чувствовала, как обида и раздражение переполняют её. «Почему она не может просто оставить меня в покое? — думала она. — Почему обязательно надо вставить своё мнение, будто я не справляюсь? Словно моих детей надо постоянно улучшать, чтобы они хоть немного дотягивали до её идеала».
Полина вспомнила своё детство, когда её мать вечно сравнивала её с соседскими детьми: «Вот у Кати пятёрки по всем предметам. Почему ты не можешь так же?» Эти слова резали её до сих пор.
Когда Лариса в очередной раз заговорила о танцах, Полина уже не выдержала:
— Лариса, спасибо за совет, но я думаю, мы сами разберёмся, что подходит нашим детям.
В комнате повисло напряжённое молчание. Лариса удивлённо посмотрела на неё, а свекровь, притворяясь, что не слышит, быстро переключила внимание на детей.
— Конечно, — ответила Лариса с наигранной улыбкой. — Я просто хотела помочь.
Полина стиснула зубы, чтобы не сказать лишнего.
Когда ужин наконец закончился, Полина облегчённо выдохнула. Лариса всё ещё рассказывала свекрови о спортивных достижениях Игоря, но Полина решила больше не втягиваться в разговор.
— Серёж, пойдём собираться, — тихо сказала она мужу, вставая из-за стола.
— Уже? — удивился Сергей. — Мам, у нас тут форс-мажор, пора ехать.
Полина молча забрала детей из игровой, одела их и быстро вышла на улицу. Пронизывающий мороз заставил её ощутить резкий контраст: внутри всё кипело от злости, а снаружи морозное спокойствие.
Сергей подошёл позже, укладывая вещи в багажник.
— Полин, ты чего такая? — осторожно спросил он, садясь за руль.
— Я «чего такая»? — огрызнулась она, пристёгивая Машу. — Серёж, ты вообще слышал, как она со мной разговаривает?
— Кто? Лариса? — Сергей выглядел так, будто только что очнулся.
— Ну да, кто же ещё! — Полина скрестила руки на груди, повернувшись к окну. — У неё же всегда всё лучше. Дети гениальные, успехи грандиозные, а мы так, средненько, на задворках.
— Полин, ты преувеличиваешь, — спокойно ответил Сергей, включая поворотник.
— Преувеличиваю? — Полина резко повернулась к нему. — Ты серьёзно? Она прямо говорит, что моим детям не хватает дисциплины, что я плохо воспитываю Машу, что лепка — это ерунда!
— Полин, она просто говорит, что думает. Это же её стиль, — вздохнул он.
— А ты не думал, что мне больно это слушать? — её голос задрожал.
Сергей задумчиво посмотрел на дорогу.
— Полин, я понимаю, но Лариса ведь такая не со зла. Она гордится своими детьми, вот и всё.
— А я горжусь своими! — воскликнула Полина. — Только вот мне не нужно каждый раз кричать об этом на каждом углу, чтобы кто-то чувствовал себя хуже.
Полина уставилась в окно, глядя на проносящиеся мимо снежные поля. Она чувствовала, как внутри всё переворачивается. Почему каждый раз всё сводится к этим сравнениям? Почему нельзя просто наслаждаться детьми, не выставляя их достижения как мерило успеха?
Её мысли вернулись к детству, когда её мать вечно говорила: «Вот у Лены из соседнего подъезда пятёрки, а ты?» Это чувство собственной «недостаточности» преследовало её даже сейчас, когда она сама стала матерью.
Дома, когда дети уснули, Полина сидела на кухне с чашкой чая. Сергей присоединился к ней, сел напротив и посмотрел на неё с лёгкой улыбкой.
— Полин, я правда не хотел, чтобы ты так переживала.
— А мне всё равно приходится, — грустно сказала она, уткнувшись в кружку. — Лариса делает это каждый раз, и каждый раз я чувствую себя хуже.
— Ты же знаешь, какая она, — сказал Сергей. — Лариса — это Лариса. Её не изменишь.
— А почему я должна подстраиваться? — вспыхнула Полина. — Почему я должна слушать это и молчать?
Сергей помолчал, задумавшись, а потом сказал:
— Знаешь, Полин, если это так важно для тебя, поговори с ней. Скажи прямо, что тебя задевает.
Полина усмехнулась.
— Думаешь, это что-то изменит?
— Может, и нет, — ответил он, пожав плечами. — Но хотя бы тебе станет легче.
Следующая встреча с Ларисой произошла спустя неделю. Они собрались у свекрови на чай после прогулки с детьми. Сергей ушёл с братом на задний двор чинить машину, а дети, как всегда, бегали по дому, весело перекрикиваясь.
Полина, налив себе чай, глубоко вдохнула, готовясь к разговору. Она больше не могла молчать.
— Лариса, можно с тобой поговорить? — обратилась она, стараясь, чтобы голос звучал спокойно.
— Конечно, — ответила Лариса, немного удивлённо, но с улыбкой.
Полина жестом пригласила её пройти на кухню, подальше от остальных. Там, среди запаха пирогов и шороха снега за окном, Полина наконец нашла силы сказать:
— Лариса, знаешь, я давно хотела с тобой поговорить.
— Что-то случилось? — с лёгким беспокойством спросила Лариса, поправляя локон.
— Нет, ничего особенного. Просто… я чувствую, что наши разговоры про детей стали для меня болезненными, — честно призналась Полина.
— В каком смысле? — Лариса нахмурилась.
Полина взяла кружку в руки, пытаясь найти правильные слова.
— Ты часто говоришь о своих детях, о том, какие они замечательные. И это здорово, правда. Но иногда мне кажется, что ты ставишь их в пример, чтобы показать, что мои дети чем-то хуже, — сказала она, глядя на Ларису.
Лариса открыла рот, явно собираясь возразить, но Полина жестом остановила её:
— Я знаю, что ты гордишься Игорем и Олесей, и ты имеешь на это полное право. Но когда ты говоришь, что им помогли дисциплина или правильный подход, звучит так, будто ты намекаешь, что у нас этого нет. А я каждый раз чувствую себя плохой матерью.
На несколько секунд воцарилась тишина. Лариса, кажется, не ожидала такого разговора. Она смотрела на Полину с задумчивым выражением лица.
— Полин, я… мне жаль, если ты так себя чувствуешь, — наконец произнесла она. — Я правда не хотела тебя обидеть.
— Я знаю, — ответила Полина, чуть расслабившись. — Но иногда твои слова звучат как упрёк. Просто пойми: у нас с тобой разные подходы. Я хочу, чтобы мои дети росли счастливыми, чтобы у них было время на игры, на глупости. А дисциплина… Она придёт, когда им это будет нужно.
Лариса посмотрела в окно, затем снова на Полину.
— Ты знаешь, я, наверное, просто привыкла так говорить, — призналась она. — У меня это как-то само собой. Наверное, я хотела, чтобы нас воспринимали как идеальную семью, а при этом не замечала, что это может ранить других.
— Я не прошу тебя не гордиться своими детьми, — сказала Полина. — Просто иногда… будь чуть осторожнее.
— Хорошо, — кивнула Лариса. — Спасибо, что сказала. Я постараюсь это учесть.
Когда они вернулись к остальным, Полина чувствовала облегчение. Может, это был всего лишь маленький шаг, но он всё равно был важен.
* * *
Позже, когда они с Сергеем и детьми возвращались домой, Сергей спросил:
— Ну, как прошёл ваш разговор?
— Неплохо, — ответила Полина, смотря на снегопад за окном. — Она вроде поняла, что меня задевает.
— Думаешь, это что-то изменит? — с лёгкой усмешкой спросил он.
— Не знаю, — ответила она, пожав плечами. — Может, да, а может, и нет. Но мне уже легче.
Она задумалась, глядя на задремавших детей. «Может, не так уж и важно, что скажет Лариса. Главное, что я научилась говорить о своих чувствах и больше не боюсь их защищать», — подумала она.
Полина улыбнулась, впервые за долгое время чувствуя себя сильнее.