Лёва неодобрительно посмотрел на оставшихся и проворчал:
– Девушка, идёмте в Ваш номер, иначе они нас советами замучают! – в номере он велел поприседать, снять майку опять осмотрел меня с ног до головы. Вздыхая, осмотрел моё бельё, после чего показал на душ.
– С чего бы это?
– Как Вас зовут? – Лёва улыбнулся мне.
– Костя.
– Так вот, Костя. И не спорьте даже! Я должен увидеть вашу мокрую кожу и волосы. Кстати, переходим на "ты".
Я вышла из душа уже спокойной, решив, что уж если назвалась груздем, то надо сидеть и не чирикать.
В моём номере я застала интересную картину. Лёва раскладывал на столе предметы парикмахерского искусства, в воздухе мерцало зеркало (и это после того, как Наомхан сказал, что ничего эдакого применять нельзя!).
Лёва выпятил нижнюю губу.
– Прекрати быть занудой! Кому плохо, оттого что я захватил нано-зеркало. Полагаешь таскать большое зеркало лучше? Лучше не возникай, думай о прекрасном и не шевелись.
Он пихнул меня на стул, натянул какой-то мешок с дыркой для головы и принялся рассматривать волосы с помощью какого-то прибора. Я, вытаращив глаза, рассматривала прибор, который попискивал, Лёва, фыркал, и опять водил прибором по моим волосам.
– Ну вот! Я решил, что с тобой делать. У тебя длинные волосы, к которым все привыкли, так мы их укоротим. Сделаем средней длины! Я понял по твоей косе, что ты не любишь какие-то всякие прически, поэтому стрижка будет каскадной, тем более что у тебя так ярко выражены скулы. Волосы легко будет укладывать, и я предлагаю изменить им цвет.
– Только не блондинка! – перепугалась я.
– Нет-нет, я сделаю карамельный шоколад. А теперь, закрывай глаза и не мешай мне, – Лёва защелкал ножницами, но продолжал болтать. – Я всё думал, как тебя изменить, и придумал. Я добавлю вишнёвый оттенок на корни волос, ну и конечно создам колорирование, то есть плавный переход от корней к концам по типу «омре».
От его слов я впала в состояние близкое к сомнамбулизму. Лева журчал, про трудности жизни стилиста, про то, как женщины запускают себя, чем-то мазал мне голову, потом опять щёлкал ножницами, опять мазал, потом сунул мою голову в туалете под кран. Умыл меня. Потом велел идти в душ. Из душа я вылезла ошалевшая, и он повернул меня к зеркалу.
Охохонюшки! В отражении была не я. Кто-то очень похожий, но не я.
Лёва, встряхивая руками мои волосы, журчал:
– Вот, смотри и слушай! Помыла головку, потом расчеши, вот так и так. Следишь? Потом вот тут встряхни их снизу и всё. Да-а! Красоту ничем не испортить. Могла бы поблагодарить! Хотя, что ждать от вас! Ваш Отдел вообще нос задирает перед всеми, а ведь привыкли дедовскими методами действовать. Э-хе-хе!
Дверь в номер открылась, и в неё всунули чемодан. Лёва, без разговоров, вытянул оттуда белье, обработал паром, оказывается, у него с собой был парогенератор.
– Ай, какие молодцы! Ну, молодцы! Костя, посмотри! Какие они лифы принесли! Твоя роскошная грудь будет почти обнажена. Однако есть косточки, а на спине широкая застёжка, она почти полностью корсетная. Мышцы у тебя есть, да и грудь молодая, поэтому застёжка примет её вес на себя. Так, натягивай всё и не спорь!
Я слушала, боясь вздохнуть, потому что такого никогда не носила. Лёву я не стеснялась. Он был, как врач, только врачевал мой имидж.
Лёва мимоходом погладил меня по голове и стал рассматривать принесённые наряды. Выбрал для меня широкие брюки цвета бордо, объёмную тунику цвета пыльная роза, широкий ремень из вишневой кожи, прошитый узором в цвет туники. Достал груду бус, багрового цвета и такого темного, что они казались чёрными и пару заколок.
– Вот это всё тебе. И не бурчи! Все хорошо подобрано. Заколку положил из жалости к тебе, потому что привычка носить косу заставляет женщин заправлять волосы за уши, – пропыхтел он, и красивая из серебра с чернью заколка примостилась у меня за правым ухом. – Ну, вроде бы неплохо получилось.
– Э-э… Я привыкла, чтобы левый глаз был больше открыт. Лёва, я же работаю с микроскоп и часто даже не с одним, вот я и… – попробовала я возразить.
– Знаю-знаю! – отмахнулся он. – Я поэтому и сделал наоборот. И пожалуйста, не спорь! Теперь туфли. Не кричи, они будут крутые, на прозрачной платформе. Парни высокие, и ты не будешь возвышаться над ними.
И вот на мне потрясающие босоножки вишнёвого цвета на прозрачной платформе. Ремни босоножек высоко поднимаются на щиколотку и отделаны бежевым кантом, как и замочки. У меня таких никогда не было. Радовало, что они очень устойчивые.
– И тяжёлые, – добавил, как будто прочитав мои мысли, Лёва. – Учти! Если такими туфельками пнуть в некоторое место, то… Хм… Прощай любовь! Это – оружие! Ну, как-то так. Там ещё шляпки, шарфики и прочие аксессуары. Не позорь меня, наряжайся! Если будешь сомневаться, звони. Я тебе на мобильник скинул номер, под моим именем.
Я, дрожа от опять появившегося озноба, прошептала:
– Спасибо, Лёва! Вы, ой, то есть ты, просто волшебник. Я даже представить не могла такого!
– Приятно, – усмехнулся Лёва и завопил. – Эй, критики! Заходите!
Вошли не четверо, как я ожидала, а пятеро, придирчиво, как не живую осмотрели меня.
Вихрастый парень подал мне руку и сообщил:
– Я Боб. Значит так, мы думаем, что ты журналистка из…– он замялся, – Ты какой язык знаешь?
– Английский, свободно.
– М-да… Расколют! Кем же тебя сделать? Придумал! Мы журналисты из журнала « Architectural Review». Это – самое уважаемое обозрение современной архитектуры во всем мире. Ездим по городам России, составляем обзор о старинном градостроительстве провинциальных городов.
– Боб, я ничего не знаю об архитектуре, – я от волнений стала заикаться.
Парень отмахнулся.
– Да никто не знает! Однако! Это позволит нам свободно передвигаться, наблюдать, фотографировать и расспрашивать. Много расспрашивать. Мы приехали из Швеции. Значит так! Ты по-русски не говоришь, только по-английски. Я ваш переводчик. Парни, нужны ещё какие-то должности.
Кирилл ухмыльнулся.
– Я этнограф. Вася – наш водитель, Кон – фотограф, а Саша…
– Я эксперт-криминалист, – холодно возразил Александр. – Не вижу смысла менять профессию!
– Да, пожалуйста! А почему мы остановились в таком дешёвом отеле? – я решила показать свой характер.
– Каприз и желание узнать, как живёт Российская глубинка. Мы уже были во всех городах Золотого кольца, и нам захотелось экзотики! – Александр опять посмотрел на мою грудь.
Хотела я ему сказать, что думаю о таких обозревателях, но потом кое-что вспомнила.
– Э! Стоп-стоп! Я не была в городах Золотого Кольца.
– Значит, ты будешь молчать, а говорить будем мы! – отрезал Александр и добавил. – Не разочаровывай меня. Тупость – худшее из зол!
Меня эта резкость позабавила. Этот тип просто не знает, как меня катали на защите, а уж как со мной разговаривали, когда я искала работу… Охохонюшки! Да он просто цыплёнок по сравнению этими грифами. Цыплёнок!!!
Все парни вдруг заржали, а Александр просто нахамил мне:
– Детка, знаешь, сколько я за свою жизнь видел молоденьких нахалок? Сотни! Но! Ни одна из них не смела, говорить мне, что я цыплёнок!
– Ах ты, нeгoд.яй! Ты подслушал мои мысли? Ты даже не цыплёнок, ты co.п.ляк, подглядывающий в школе в женской раздевалке за девочками. Что, у тебя проблемы с женщинами? Ну, так тренируйся! Есть специальные фильмы и пособия!
– Ах ты, гадю… – Александр поперхнулся и вылетел с такой скоростью из комнаты, что меня, чуть не сдуло со стула.
Я встала во весь свой рост и, стараясь не волноваться, процедила:
– Вот что… От того, что куча… Кхм… Накачанных подростков умеет что-то больше меня… Э-э… Это не значит, что я не научусь этому же… Кхм-кхм… Передайте вашему язве-криминалисту, что я его вызываю на дуэль… Да, дуэль! Криминалистическую. У меня есть руки и мозги! Я берусь определить, как убили и чем, современными методами без всякой магии! И пусть пораскинет мозгами, как попасть в судмедэкспертизу архитекторам, а то там у всех глаза на лоб вылезут!
Боб вдруг весело закричал:
– Ой, как это мне что-то напоминает! Встречное предложение. Трое против троих.
Что-то у них было в прошлом необычное, потому что лицо Конрада вдруг осветилось улыбкой, и он пророкотал:
– Старики, против coпл.якoв! Идёт! Принимаем, и никаких неразрешённых методов, – он усмехнулся. – Тем более, что их нам не разрешили… Пока! Что касается судмедэкспертизы, то здесь несколько лет назад сгорело здание ГУВД Самары, построенное в 1936 году в стиле нового конструктивизма. Это интересное направление в архитектуре, и мы это используем, но сначала посмотрим на новое здание судмедэкспертизы.
Продолжение следует...
Предыдущая часть:
Подборка всех глав: