Вчера ко мне на репетиторство пришёл новенький — мальчишка из четвёртого класса, Лёша. Сидит, ёрзает на стуле, исподлобья поглядывает. По всему видно — математику терпеть не может.
"Ну что, давай знакомиться, — говорю. — Что у нас там с математикой?"
А у самой перед глазами уже с десяток таких же ребят — только за этот год. И у каждого одно и то же: "не понимаю", "не получается", "не хочу". А ведь сама пятнадцать лет в школе преподаю, казалось бы, должна привыкнуть. Но как привыкнешь, когда каждый год что-то новое придумывают? То базовое высшее образование вместо бакалавриата, то с ЕГЭ непонятно что, а теперь вот и до началки добрались — у нас в четвёртом классе такие задачи, что родители в ужас приходят.
Лёша достал измятую тетрадку, и я сразу поняла — дело плохо. Не потому, что почерк корявый или задачи не решены. А потому что вижу — способный парнишка, глаза умные, живые. Только забитые какие-то. Стала расспрашивать — и понеслось...
"А у нас учительница говорит, сейчас программа новая, современная! — передразнивает он. — А я вот не понимаю, почему нельзя просто примеры решать, зачем нам эти... как их... метапредметные связи?"
Я чуть чаем не поперхнулась. Господи, да откуда десятилетка такие слова знает? А он продолжает, и с каждым словом всё больше оживляется:
"Мама говорит, раньше всё проще было. А сейчас... Вот смотрите!"
Открывает учебник, а там... Нет, вы не подумайте, я сама за развитие образования всеми руками "за". Но когда в четвёртом классе дают задачи, где нужно и графики читать, и таблицы сравнивать, и какие-то выводы делать... У меня иногда ощущение, что мы растим не детей, а маленьких аналитиков.
А ведь я ещё помню, как сама в школе училась. Как радовалась, когда задачка решалась, как гордилась пятёрками в дневнике. Сейчас смотрю на своих учеников — и сердце кровью обливается. Они уже в началке с репетиторами занимаются, словно к ЕГЭ готовятся...
Разговор с мамой
На следующее занятие Лёшина мама пришла сама — раньше времени, вся взволнованная. Села напротив меня, мнёт в руках какие-то бумажки.
— Марина Александровна, вы же в школе работаете... Скажите, это нормально? — и протягивает мне распечатки с какого-то родительского форума. — Мы не одни такие. Вот, смотрите, что пишут: "Мой в четвёртом классе, занимаемся с тремя репетиторами, еле тянем!", "А мы уже к пятому классу готовимся, боимся не потянуть программу..."
Я читаю эти сообщения, и внутри всё переворачивается. Вспоминаю свой разговор с завучем на прошлой неделе. Она размахивала какими-то методичками, говорила про инновационные подходы, про то, что мы наконец-то отходим от "устаревшей системы образования". А я смотрела на неё и думала: вы хоть понимаете, что творите с детьми?
— Знаете, — говорю осторожно, подбирая слова, — когда я начинала работать в школе, у нас в началке репетиторы были редкостью. Их брали только для отстающих или для особо одарённых. А сейчас... — я делаю паузу, вспоминая свой класс, где веду математику. — В моём пятом из двадцати восьми человек пятнадцать точно с репетиторами занимаются. И это считается нормой!
Педсовет
На педсовете я не выдержала. Когда завуч начала в сотый раз про новые стандарты и про то, что теперь надо перестраивать программу под отмену ЕГЭ, я встала. Руки дрожали, но молчать больше не могла.
— Лидия Петровна, — говорю, стараясь говорить спокойно, — вы хоть понимаете, что мы уже который год как подопытные кролики? То базовое высшее образование вместо бакалавриата вводят, и мы должны как-то по-новому детей готовить, то ЕГЭ отменяют... А вы знаете, сколько у меня сейчас детей с репетиторами занимается? Не потому что они не могут учиться, а потому что программа такая, что родители без высшего образования уже с домашкой помочь не могут!
В кабинете повисла тишина. Коллеги сидят, опустив глаза, каждый о своём думает. Только Наталья Ивановна, математичка из параллели, тихонько кивает.
— А помните, — продолжаю уже тише, — как раньше было? Мы же с детьми разговаривали, на экскурсии ходили, проекты делали... А сейчас? Отчёты, таблицы, графики. У меня Светлана Сергеевна, молоденькая учительница начальных классов, вчера в слезах из школы уходила. "Я не понимаю, — говорит, — чему и как теперь учить. Каждый месяц новые требования, новые стандарты...".
В учительской
После совещания мы собрались в учительской — я, Наталья Ивановна и Светлана Сергеевна. Наташа достала из шкафчика припрятанную пачку печенья:
— Давайте-ка чайку попьём. После таких совещаний без сладкого никак.
Светлана всё ещё вытирает глаза, но уже улыбается:
— А знаете, я вчера с родителями разговаривала. Они в такой же растерянности, как и мы. Спрашивают: "Как готовиться к средней школе, если уже сейчас такая нагрузка? Что будет, когда ЕГЭ отменят?"
— У меня внук в третьем классе, — вздыхает Наталья Ивановна, помешивая чай. — Вчера с ним математику делали. Вы представляете, они уже проходят то, что мы раньше в шестом давали! Я сама иногда путаюсь в этих новых требованиях.
Я молча киваю, вспоминая своего Лёшу. На прошлом занятии мы с ним геометрию проходили. Отложила все эти новомодные учебники, достала обычные спички, начали фигуры складывать. И знаете что? У мальчишки глаза загорелись! Сам начал придумывать, как можно квадрат в треугольники превратить, как площадь посчитать.
— А может, — говорю, — в этом и есть решение? Может, нам не нужно слепо гнаться за всеми этими реформами? Давайте просто учить детей думать, понимать, пробовать. Без страха ошибиться, без гонки за баллами.
Светлана задумчиво вертит в руках чашку:
— Вы знаете, а ведь правда. Я когда с детьми просто разговариваю, без всех этих "метапредметных связей" и "компетенций" — они такие умницы! Такие идеи предлагают! А как только начинаем по новым стандартам работать — будто стенка между нами вырастает.
Возвращение к Лёше
Прошёл месяц. Лёша сидит за моим столом, сосредоточенно решает задачу. Уже не дёргается, не ёрзает на стуле. А главное — не боится ошибиться.
— Марина Александровна, — говорит вдруг, подняв голову от тетради, — а давайте сегодня опять со спичками? У меня идея появилась, как можно объём параллелепипеда показать.
Я улыбаюсь, достаю коробок. Кто бы мог подумать — обычные спички, а сколько всего можно с их помощью объяснить. За этот месяц мы с ним не только геометрию подтянули. Главное — он снова поверил в себя.
На прошлой неделе его мама позвонила:
— Представляете, — голос взволнованный, радостный, — он вчера сам сел за уроки! Первый раз за год. И знаете, что сказал? "Мам, а математика — это ведь не просто формулы, это как конструктор. Главное — понять принцип."
После этого разговора я долго сидела в пустом классе. Думала о наших бесконечных реформах, о новых стандартах, о базовом высшем образовании вместо бакалавриата. И знаете, что поняла? Дело ведь не в программах и не в экзаменах. Дело в том, как мы учим.
Вот говорят — отменят ЕГЭ, всё изменится. Но разве суть в форме проверки знаний? Может, пора перестать гнаться за какими-то абстрактными стандартами и просто помочь детям полюбить учиться?
На следующий день я принесла свои мысли на педсовет. Не как критику — как предложение. Рассказала про спички, про то, как у детей глаза загораются, когда они сами до чего-то доходят. И знаете что? Меня услышали.
Теперь у нас в школе появился проект "Живая математика". Раз в неделю мы с детьми просто играем — в спички, в конструктор, в головоломки. Без оценок, без давления. И вы знаете... Они стали лучше понимать даже те самые "сложные" темы из новой программы.
А вчера ко мне подошла Светлана Сергеевна:
— А можно и мне на ваши занятия? Хочу посмотреть, как вы это делаете. У меня ведь тоже есть такие Лёши...
И я подумала: может, в этом и есть настоящая реформа образования? Не в бумажках и отчётах, а в умении видеть в каждом ребёнке личность. В способности не просто учить, а помогать понимать. И тогда неважно, какой будет система — базовое высшее образование или бакалавриат, ЕГЭ или что-то новое. Важно, чтобы дети не боялись учиться.
На следующее занятие Лёшина мама пришла сама — раньше времени, вся взволнованная. Села напротив меня, мнёт в руках какие-то бумажки.
— Марина Александровна, вы же в школе работаете... Скажите, это нормально? — и протягивает мне распечатки с какого-то родительского форума. — Мы не одни такие. Вот, смотрите, что пишут: "Мой в четвёртом классе, занимаемся с тремя репетиторами, еле тянем!", "А мы уже к пятому классу готовимся, боимся не потянуть программу..."
Я читаю эти сообщения, и внутри всё переворачивается. Вспоминаю свой разговор с завучем на прошлой неделе. Она размахивала какими-то методичками, говорила про инновационные подходы, про то, что мы наконец-то отходим от "устаревшей системы образования". А я смотрела на неё и думала: вы хоть понимаете, что творите с детьми?
— Знаете, — говорю осторожно, подбирая слова, — когда я начинала работать в школе, у нас в началке репетиторы были редкостью. Их брали только для отстающих или для особо одарённых. А сейчас... — я делаю паузу, вспоминая свой класс, где веду математику. — В моём пятом из двадцати восьми человек пятнадцать точно с репетиторами занимаются. И это считается нормой!
Лёшина мама кивает, и я вижу, как у неё глаза на мокром месте:
— А что делать? Мы уже и так... Лёша раньше в футбол ходил, рисовать любил. А теперь какое там! Уроки делаем до ночи, а всё равно не успеваем. И ведь вроде неглупый мальчик...
— Неглупый, — соглашаюсь я. — Более того, очень способный. Просто...
И тут я задумываюсь. Как объяснить матери, что её сын стал заложником системы, которая пытается впихнуть в десятилетних детей программу чуть ли не средней школы? Как рассказать про то, что мы, учителя, сами задыхаемся от этих бесконечных реформ, новых требований, отчётности?