Родной берег 155
— Мама, а про какую Настю ты говорила? — раздался голос Саши, но Таисья даже не обратила на него внимания. Она сидела, полностью погрузившись в свои тревоги.
Саша и Лиза долго пытались выведать у неё, что случилось, но безуспешно. Вскоре, устав, они прижались друг к другу и заснули прямо на кровати, в одежде. Таисья даже не заметила, как наступила ночь. Она всё сидела на том же месте, тишина кухни казалась ей тягостной и давящей. Лишь когда в комнате стало совсем темно, она очнулась, взглянула на часы и тихо подошла к детям. «Бедные мои...» — прошептала она, поправляя одеяло.
Уснуть сама не могла. Разум требовал действий.
Утром вместо того, чтобы идти на работу, ей непреодолимо захотелось сесть на поезд, найти эту Дусю и получить в руки это драгоценное письмо от своей девочки. Она даже попросила директрису дать ей три выходных.
Та стала допытываться, что случилось, почему такая спешка. Таисья ничего не могла сказать толком. Екатерина Васильевна, наконец, посмотрела на неё строгим взглядом и назидательно заявила, что наступит лето, Таисья Григорьевна получит отпуск и тогда сможет делать всё, что захочет.
На обратном пути вместе с детьми она медленно брела по городу. Весенний Ленинград встречал её солнечным светом, но в душе Таисьи была темнота.
Таисья не находила себе места. Мысли о Насте заполнили её разум и сердце, вытеснив всё остальное. Она пыталась сосредоточиться на уроках, на детях, но вместо этого всё время мысленно возвращалась к единственному предложению из письма Дуси: «Настя жива». Её дочь, о которой она молилась долгие годы, была жива. Но вместе с радостью пришли и терзания. Что теперь делать? Как быть? Как помочь Насте? Её душа разрывалась от бездействия и неизвестности. На уроках она машинально объясняла материал, отвечала на вопросы учеников, но была будто не с ними. То, что раньше приносило радость — их любопытные взгляды, вопросы, ответы — теперь казалось чем-то далёким и незначительным.
— Таисья Григорьевна, вы говорили, что у нас контрольная в пятницу. Она будет? — спросила одна из учениц.
— Пятница? Да... Наверное, — неопределенно ответила она. Дети переглянулись, заметив, что их обычно внимательная учительница стала рассеянной и совсем не похожа на себя.
Время шло, а учительница оставалась странной. Екатерина Васильевна вынуждена была составить с ней разговор. Она искренне и по-доброму говорила с Таисьей, пыталась узнать причину столь странного поведения и помочь.
- Вы ведёте уроки, будто сквозь сон. Дети говорят, что вы всё время задумчивы, а коллеги замечают, что вы отвечаете невпопад.
Таисья молчала, опустив глаза.
— У вас что-то случилось? Зачем скрывать? Коллектив может помочь.
— Нет-нет, спасибо. Всё хорошо, —торопливо ответила Таисья. – Извините меня, я исправлюсь.
Она ругала себя, что обратила на себя внимание. Оно совсем было не нужно. Теперь на работе она старалась держаться бодро и даже улыбаться. Дома тоже следила за собой, не позволяя себе проявлять слабость.
— Лиза говорит, что ты плачешь по ночам... — как-то сказал Саша, опустив глаза.
— Сынок, ей показалось, — уклонилась она от ответа, быстро отвернувшись к плите. Дети переглянулись. Лиза тихонько пожала плечами.
И всё же, у Таисьи не получалось быть прежней. И, как она ни старалась, это было заметно.
- Таисья Григорьевна, я вижу, что вам нужен отдых, — Екатерина Васильевна пригласила педагога в кабинет. — Я вам дам два дня за свой счёт. Прибавьте их к воскресенью и получите три выходных, которые вы просили.
- Но в среду, — строго добавила директор, — я жду вас на работе собранной и готовой к урокам.
— Правда? Вы разрешаете? — Таисьи не поверила своим ушам, голос ее дрогнул.
— Правда, — кивнула директор, наблюдая, как лицо преподавателя озарилось радостью. Она чуть не расплакалась прямо там, в кабинете.
— Спасибо вам, Екатерина Васильевна... Большое спасибо..., — шептала она, опустив глаза, и с трудом сдерживала слёзы.
Сашу и Лизу Таисья пристроила на несколько дней к своей коллеге, а сама вечером уже сидела в поезде. Она знала, что дорога будет долгой, но у неё было только одно желание — как можно быстрее добраться до Дуси, взять в руки письмо Насти и узнать всё до мельчайших подробностей.
Спешно уходя в училище, Витя оставил письмо от Дуси на столе. В тот момент ему было не до конверта. Благодаря этому Таисья знала адрес Дуси, и благодарила судьбу что всё складывается удачно.
Поезд мерно стучал колёсами, но для Таисьи этот звук не стал успокаивающим. Мысли путались. Перед глазами возникали картины прошлого. Она видела Настю, совсем ещё небольшую девочку в голубом платьице. Казалось, что наяву слышала её звонкий смех, видела тёплый взгляд. Они расстались в 41-м. Знать бы тогда, что всё так будет. «Зачем я её отпустила?» — стонало материнское сердце.
Добравшись до места, она быстро нашла нужный дом и постучала в дверь приземистого крылечка. Вскоре внутри послышалось медленное шарканье и на пороге появилась пожилая женщина.
- Здравствуйте, - с волнением в голосе произнесла Таисья.
- И вам не хворать, - отозвалась старушка.
- Я ищу Евдокию, скажите, я могу ее видеть?
- А ты кто такая будешь, и зачем тебе наша Дуська понадобилась?
Таисья смутилась от столь прямолинейного вопроса.
- Я Витина мама, - смущаясь произнесла Таисья.
Бабка Марфа не сразу поняла смысл услышанного. Кого она никак не ожидала увидеть, так городскую мать жениха своей внучки.