8 января. Представить его 90-летним мудрым старцем невозможно. В моей до сих пор влюбленной в него душе он даже не толстый сорокалетний, а вечно юный и стройный. Впрочем, внешность его для меня вторична. Я влюбилась в бархат голоса. Хотела найти менее избитую метафору, но зачем пытаться кого-то поразить? Мягкий черный бархат, укутывающий теплом и ласкающий кожу до мурашек.
Из моего средне плохого кассетника доносилось Love me tender и я послушно таяла. Просто какой-то «Ален Делон говорит по-французски», тот же эффект, описанный юным Наутилусом. И даже без «она смотрит в его глаза». У меня фото Элвиса не было очень долго. А уж когда появилось… Не фото даже. Полиэтиленовый пакет с его лицом и датами жизни. На обратной стороне вроде Мэрилин Монро была. Естественно, пакет прожил очень долгую жизнь девственно-нетронутым, приклеенными к двери в моей комнате в Че. А потом рядом появился нарисованный неизвестным талантом на оранжевом куске ватмана черной тушью еще один Элвис, сидящий, с гитарой. Талант был средний, догадаться, что это Пресли могла только такая повернутая на нем, как я.
История того, как я этот плакат заполучила,
достойна упоминания. Я была куратором первокурсников. И должна была проверить жилищные условия в общежитии на Горького, около вокзала. Девочек о своем визите предупредила заранее. Что я, монстр совсем?! Только что сама вылупилась с Горькой доли-109, внезапные визиты с проверками могут найти что-нибудь, что трудно объяснить, невозможно забыть и сложно написать в отчете.
Итак, я посидела у девочек в комнате, поспрашивала, где и как делают домашние задания и проч, а у самой глаза как приклеились к оранжевому плакату, так и не отрывались. «Кто тут Пресли любит?» - спрашиваю. Они смотрят, как будто я их на языке Шекспира допрашиваю. Среднеанглийский язык Вильяма нашего отличен от современного, а девочки в тот момент и на современном-то английском «Do he?» говорили. Просветила я их, кто там на плакате, да и пошла домой.
А на следующий день девчонки принесли мне этот плакат в универ и подарили.
Пресли вообще заставлял меня идти на нарушения всяких неписаных законов.
Ну вот как можно было отобрать у первокурсниц, живущих в общежитии, ценную вещь?! Или принять в подарок ту кассету с его песнями?! Я брала ее «послушать», а Оля Р. мне ее подарила. Наверное, поняла, что я так и так ее заслушаю в ноль. За всю мою долгую жизнь не было у меня подарка дороже. Потому что если бы эта кассета была у меня, фиг бы я ее кому подарила.
Кассета эта помимо всего отлично скрашивала мне генеральную уборку дома: одна сторона - вытерта пыль и вымыты полы в комнатах. Вторая сторона - кухня и коридор. Дважды прокрученная с обеих сторон - вымыты окна, а двор ознакомлен с лучшими композициями Элвиса.
Ну и визит наш в Грейсленд
- тоже моё надругательство над политкорректностью. Уже рассказывала я, как из мотеля в Миссисипи мы могли поехать либо в Сельму, где стреляли в МЛК, либо в Грейсленд, где в богатстве и роскоши жил-был Элвис. И я возвысила голос свой и перекрыла робкие увещевания и намеки остальной группы «Галопом по США». Семь часов в микроавтобусе - два часа экскурсии - часа четыре на прогулку по Биль-стрит и обед в ресторане - семь часов обратно до мотеля. Зато в памяти навсегда розовые Кадиллаки, коллекция оружия, комнаты, облепленные платиновыми дисками, комната, где крутят фильмы с его участием, комната с концертными костюмами… и много еще всего по мелочи.
Любите ли вы Пресли, как люблю его я? Ну или какую другую знаменитость?