Аля считала денечки, которые отделяли ее от отпуска. Скоро, совсем скоро придет август и она пойдет в долгожданный отпуск. Но пока дел полно, надо везде успеть.
Дом, в котором девушки должны были получить комнаты, достраивался. А чтоб это происходило еще быстрее, будущие жильцы ходили после работы на эту стройку. Мало ли работ они там могут сделать. Убирали мусор из помещений. расчищали территорию возле дома. Еще никто не знал, кому какая квартира достанется. Поэтому работали везде, где была необходимость.
Лариса с Алей побывали во всех квартирах. Они знали, что будет это трехкомнатная. Заглядывали в каждую и гадали, в которой они будут жить.
А еще строительство телевизионной вышки объявили комсомольской стройкой. Правда от этого названия мало, что изменилось. Но зато теперь каждую субботу там проводили комсомольские субботники. Приходили в эти дни не только комсомольцы. Люди постарше, заждавшиеся, когда же телевидение придет в район, тоже не отставали. Каждый считал, что пусть хоть немного, хоть на денек их работа приблизит долгожданный день.
С этим строительством Аля и не заметила, как пришел август, а вместе с ним и отпуск, который она так ждала. Уже давно были куплены подарки в деревню. Диковинные кедровые шишки, которых там никто и не видел, и просто мешочек с орешками, чтоб всех хватило угостить. Знакомый рыбак обещал принести стерляди. Только придется засолить ее покрпче, все таки лето еще, как бы не испортилась.
Перед Алькиным отъездом девушки устроили прощальный ужин. Юля прощалась с Алей. Ведь когда она вернется из отпуска, Юли уже здесь не будет. Они сидели втроем за столом, на котором стояла бутылка красного вина. Неожиданно раздался звонок. В квартиру зашел Игорь.
- Это что за торжество у вас? - спросил он.
- Это мы с Юлей прощаемся. Я в отпуск уезжаю, а приеду, Юля отсюда уже уедет. - ответила Аля на вопрос.
Игорь хлопнул себя по лбу.
- Так ведь и со мной тебе, Аля, надо прощаться. Я же тоже уезжаю отсюда.
- Вот как, значит сбегаете оба, - грустно улыбнулась Аля.
- Ничего, посмотрим как ты через два уже года отсюда сбегать будешь, поддержала коллегу Юля.
- Где же твой верный Санчо Пансо, ты что без него. Даже как то скучно. - поинтересовалась Лариса.
- Сегодня дежурит в больнице. Так что я без ординарца, - улыбнулся Игорь.
Прощальный ужин продолжился. Сергей в тот вечер так и не пришел. Хотя и знал, что Аля завтра улетает в отпуск. О нем постарались вообще ничего не говорить, чтоб Альку не расстраивать. Лариса с Юлей совершенно случайно узнали от знакомой, что Сергея несколько раз видели в компании Насти. Видимо снова он начал с ней встречаться. Справедливая Юля даже хотела встретиться с ним и высказать, что нельзя так. Зачем девчонке голову тогда морочить, если другая есть. Да Лариса отговорила. Зачем лишние скандалы. Насильно мил не будешь. Она уже хорошо осознала это. Алька уедет, а через месяц кто знает что будет.
В Омске, когда уже был куплен билет на поезд и Аля сидела в зале ожидания, она вдруг подумала, вот бы сейчас встретиться с Иваном. Вспомнилось, как он уезжал, как ждала она от него необычные слова, да не получилось. Хоть и гнала она от себя мысли о нем, но все же иногда вдруг ни с того ни с сего, начинала вспоминать те две ночи в лесу, задушевные разговоры.
Странно, но Аля сегодня не думала о Сергее. Вроде с ним у нее были более тесные отношения. Даже целовались. А с Иваном ничего. Он даже не прикоснулся к ней ни разу. Это сейчас она не думала. Но вчера, за ужином, она весь вечер ждала, что Сергей придет. Когда раздался звонок, у нее сердце забилось чаще и в голове пронеслось “пришел”. Но это оказался Игорь, а не Сергей. И как то пусто стало внутри.
Объявили посадку на поезд. Аля поспешно подхватила чемодан, сумку, вышла на платформу, где царила предпосадочная суматоха. Вроде бы чего спешить. Поезд здесь только формируется. Стоять будет долго и мест всем хватит. Но так уж видно устроен человек, пока не усядется на свое место, не успокоится.
Аля не давала телеграмму, чтоб ее встречали. Не впервой добираться. От станции автобус ходит, а багаж у нее не больно большой. Приедет сюрпризом. Хотя в письмах она писала, что в августе отпуск у нее. Так что большого сюрприза не получится. И опять вспомнился Иван, его предложение сделать путевки на море. Да какое море. Дом, родная деревне, вот куда она стремилась всей душой.
У Татьяны словно сердце чувствовало, что дочка сегодня приедет. Целый день из рук все валилось. Она даже с работы немного пораньше ушла, чтоб к вечернему автобусу на остановку успеть. Там уже толпились люди. Кто то уезжал, кто то пришел встречать, а кто то просто так, от нечего делать толкался, новости деревенские собирал, чтоб потом разнести их дальше да семечки лузгал.
Вездесущая ребятня путались под ногами взрослых, устроив игру в догонялки. И не угомонить их. Показался автобус, старенький дребезжащий пазик. Водитель, совсем еще молодой парень, лихо развернулся и затормозил, подняв облако пыли.
- Вот поганец, не мог по хорошему подъехать, - заворчали женщины. - Обязательно надо выпендриться перед людьми.
Аля еще не выбралась из автобуса, а Татьяна уже увидела в окне головку своей любимицы ненаглядной.
- Аленька, доченька моя, - закричала она что есть мочи, словно боялась, что если дочка не услышит ее крик, то уедет дальше.
И вот они, мать и дочь, обнимаются и не могут оторваться друг от друга.
- Аленька, я ведь чуяла, что сегодня ты приедешь. Весь день про тебя думала, - целовала Татьяна дочку. Целый год не виделись. Это надо подумать. А девка то как изменилась, взрослее стала. Она подхватила Алькин чемодан, и направилась к дому, гордо оглядываясь вокруг. Смотрите бабоньки. Дочка в отпуск приехала.
Подходя к дому, Аля увидела бабушку. Она сидела на скамеечке у ворот и подслеповато выглядывала, кто это там с ношей тащится. Глаза уже совсем плохо видеть стали, особенно вдали. Она приложила руку ко лбу словно козырек, но все равно видела только очертания людей.
Аля подбежала к Марье, обняла ее, зацеловала.
- Бабушка, ты что, не узнала меня!
- Алька, дитятко. Не вижу ничего. Теперь то узнала. Приехала, слава Богу! Думала уж не дождусь.
- Бабушка, да что ты говоришь то такое. Ты же у нас еще не старая совсем. Глаза вот тебя только подводят. Но говорят, что скоро научатся глаза лечить. Сделают операцию, и будешь все видеть, как молоденькая.
У старушки покатились слезы из глаз. Все боялась, что не дождется внучку, да вот дождалась. Хорошо бы так было. Сделали операцию и глаза снова светлые стали. Да только она, наверное, не дождется уже.
Все трое вошли в дом. Алька остановилась на пороге и вдохнула в себя запах родного дома. Пахло хлебом и топленым молоком и еще чем то необъяснимым. Так пахло только дома.
- Ты, чай, есть хочешь. Сейчас я ужин сгонотошу. Отец уж скоро придет с работы. Ты пока вот молочка топленого горяченького с хлебушком выпей.
Татьяна поставила перед дочкой кружку молока с пенкой и со звездочками жира, от которой вверх поднимался ароматный парок. Потом отрезала ломоть хлеба от домашнего каравая, поставила сахарницу. Она знала, что дочка любит такое молоко подсластить.
- Пей доченька, пей.
Татьяна уселась напротив и все не могла налюбоваться на доченьку любимую. Впервые она не видела ее так долго. Уж так соскучилась, не высказать.
Словно вихрь влетела Валюшка. Бросилась на шею сестре, обняла ее.
- Алька, а мы тебя заждались. Пей давай скорее, да пойдем в чулан. Я тебе сейчас чего расскажу.
- Погоди оглашенная. Дай хоть девка с дороги передохнет. Успеешь еще ей все свои секреты высказать, - одернула Валю мать. - Иди лучше огурцов набери, да помидору на кустах посмотри, может покраснела. Салат к ужину сделаем. А если на кусту красной нет, так на печи в валенках возьми. Там красной то много. Только с куста то слаще она.
Аля сидела такая счастливая. Только дома могут так радоваться ее приезду. А сейчас еще папка придет, Толик. Вот радости у них будет А у нее ее сколько, и не передать.