Мне было всего тринадцать, когда мы с младшей сестрой остались сиротами. Сначала ушёл отец, через полгода – мама. Нас было трое детей, но старшая сестра уже жила своей жизнью с мужем. А нас с Алисой забрали к себе бабушка с дедушкой в свой старенький, но уютный дом.
На моё шестнадцатилетие дедушка ушёл вслед за родителями, и бабушка осталась с нами одна. Жила она на скромную пенсию и подрабатывала ночным сторожем, чтобы нас прокормить и собрать в школу.
Каждое лето я старалась найти любую работу, чтобы хоть как-то помочь. Все заработанные деньги я отдавала бабушке, но по сравнению с её расходами это были копейки. Жили непросто. Сажали картошку, собирали овощи в своём огороде, закатывали банки на зиму, держали кур и козу – так и выживали.
Но бабушка никогда не жаловалась. Наоборот, всегда находила возможность сделать нам приятное. Если наш класс собирался на экскурсию или в театр, она выделяла деньги, чтобы я не чувствовала себя лишней. Потом, конечно, мы неделю ели картошку с солеными огурцами, запивая козьим молоком, но бабушка говорила:
— Впечатления важнее, Катенька, запомни.
Когда пришло время выпускного, бабушка исполнила мою мечту. Мы долго выбирали платье, и я боялась даже смотреть на то самое – тёмно-синее, с открытыми плечами, облегающее и элегантное.
— Ну-ка, примерь! — сказала бабушка, решительно взяв платье с вешалки.
Оно село идеально. Я смотрела в зеркало, не веря, что могу выглядеть так красиво.
— Ба, оно же стоит как несколько твоих пенсий! — прошептала я.
— Пенсии ещё будут, а выпускного больше не будет. Прорвёмся, картошки с огурцами у нас полно, — усмехнулась она и пошла к кассе.
Я была самой счастливой выпускницей в школе, пусть даже в душе знала, какой ценой дался этот наряд.
После учёбы я пошла работать, и жизнь стала легче. Алиса тоже закончила школу, и ей бабушка подарила на выпускной самое красивое платье — но здесь уже оплатила я.
Потом я вышла замуж. Муж сразу нашёл общий язык с бабушкой, и по выходным они часто сидели вместе за самоваром, болтали, пели песни, а иногда – пропускали стопочку бабушкиной наливки. Она души в нём не чаяла и называла своим «любимым зятем».
Когда родился наш сын, бабушка возилась с ним, как с родным. Однажды Ваня, едва научившись ходить, улизнул из двора через дырку в заборе и спрятался за сараем. Бабушка обегала весь переулок, разыскивая его, а он, смеясь, наблюдал за ней.
Когда малышу исполнилось два, мы переехали в Санкт-Петербург. Муж продал свои квартиры в нашем городе и купил маленькую, но уютную однушку. Бабушке предлагали переехать с нами – ведь Алиса уже тоже вышла замуж и уехала в другой город. Но бабушка отказалась:
— Нет, детки, я здесь с дедом жизнь прожила. Здесь мой дом, тут всё родное.
Мы старались ездить к ней как можно чаще, но с маленьким ребёнком было непросто. А когда я забеременела вторым, совсем редко выбирались. Бабушке сказала первой, ещё до мужа.
— Дочка будет, — уверенно заявила она. — У нас уже вон сколько мальчишек, теперь правнучка нужна. Анной назовёте – счастливая будет, увидишь.
Это был наш последний разговор... Через несколько месяцев у бабушки случился инсульт. Соседка, зашедшая её проведать, вызвала скорую, но спасти её не удалось.
Прошел год. Сегодня мы с сёстрами собрались на поминки. На столе — бабушкины любимые вареники с брусникой и кувшин с молоком. Вокруг бегают четверо её правнуков, а на руках у мужа сидит наша полугодовалая дочь Анна, которой бабушка так и не успела увидеть, но дала имя.
Вечером, когда соседи разошлись, мы всей семьёй пели бабушкины песни. Плакали, смеялись, вспоминали её рассказы и доброту.
Я смотрю на своих детей, на сестру, на мужа и понимаю: любовь и забота бабушки будут с нами всегда. Она оставила нам не только воспоминания, но и частичку своей души.
Я люблю тебя, бабуля, и никогда не забуду. И где бы ты ни была сейчас — я надеюсь, что ты слышишь меня.