Вечерние тени медленно заползали в неприбранную квартиру Андрея. На кухонном столе остывала чашка крепкого чая, оставляя темные разводы на блюдце. Он только вчера вернулся с вахты, и каждая мелочь в квартире кричала о чужом присутствии: незнакомый мужской одеколон, въевшийся в занавески, небрежно брошенная на подоконник сигаретная пачка – Марина никогда не курила.
Старые обои в цветочек, которые они клеили вместе пять лет назад, теперь казались насмешкой над их семейной жизнью. Из подъезда доносился привычный скрип дверей, а во дворе надрывно лаяла соседская собака – такая же беспокойная, как мысли в его голове.
— Что-то не так, — пробормотал Андрей, вертя в руках любимую кружку жены. Глубокая трещина змеилась по ободку, словно предвещая беду. — Всё не так.
Резкий звонок в дверь заставил его вздрогнуть.
— Андрей! Открывай, нам нужно поговорить! — голос соседа сверху звучал требовательно.
— Минуту, — он медленно поднялся, чувствуя, как внутри нарастает глухое раздражение.
На пороге стоял Игорь – тридцатилетний сосед в вызывающе дорогом спортивном костюме. От него разило парфюмом – тем самым запахом, который Андрей уловил в квартире.
— Какими судьбами? — процедил Андрей, намеренно не приглашая войти.
— Слушай, разговор есть, — Игорь нервно теребил в руках связку ключей. На брелоке качалось серебряное сердечко – точная копия того, что Андрей дарил жене на прошлый Новый год.
— Что за разговор? — Андрей впился взглядом в брелок. — И откуда у тебя эта вещь?
— Можно войти? Не в коридоре же...
— Нет, — отрезал Андрей, загораживая проход. — Говори здесь. И начни с того, почему от тебя пахнет тем же одеколоном, что и в моей квартире.
Игорь побледнел, но тут же вскинул подбородок: — Ладно, хочешь начистоту? Давай начистоту. Только не пожалей потом.
— О чём мне жалеть? — Андрей почувствовал, как немеют кончики пальцев.
— Понимаешь... — Игорь переступил порог, нервно оглядывая кухню. Его взгляд на секунду задержался на семейной фотографии на холодильнике. — У нас с твоей женой любовь. Мы встречаемся уже 5 месяцев, пока ты на вахте. Как будем решать?
Звон разбившейся кружки разрезал тишину. Осколки разлетелись по полу, а чай темной лужей растекся по линолеуму. Андрей смотрел на свои руки, не узнавая их — они дрожали впервые с тех пор, как он десять лет назад спускался в первую шахту.
— Повтори, — его голос был хриплым, как будто горло забило угольной пылью.
— Я сказал — у нас любовь, — Игорь попытался выпрямиться, но его выдавали бегающие глаза. — Настоящая. Не то что у вас.
В памяти всплыл последний разговор с Мариной по видеосвязи. Её странная отстранённость, новый свитер, который он не помнил, нервный смех, когда он спросил про странный мужской голос на заднем плане.
— Любовь? — Андрей медленно шагнул к Игорю. — И что ты знаешь о любви, щенок?
— Больше тебя! — огрызнулся Игорь, отступая к стене. — Я с ней рядом каждый день, а не где-то там в шахте!
— Каждый день? — Андрей схватил со стола фотографию в рамке. — А это видел? Знаешь, где я был, когда её мать умирала от рака? В забое. Чтобы заработать на операцию.
— Прошлое не имеет значения, — Игорь дернул плечом. — Сейчас...
— Заткнись! — рявкнул Андрей, с силой впечатывая кулак в стену рядом с головой соседа. — Значение имеет всё. И то, что я пять лет горбатился на две ставки, чтобы купить эту квартиру. И то, что выплачивал кредит за её учебу. И то, что каждый месяц спускался в забой, чтобы у неё была нормальная жизнь.
— А она задыхается в этой твоей нормальной жизни! — Игорь попытался оттолкнуть Андрея, но тот даже не шелохнулся. — Ей нужен мужчина рядом, а не призрак на видеосвязи!
— Мужчина? — Андрей презрительно усмехнулся. — И на какие шиши ты содержишь свою любовь? Всё ещё на мамину пенсию?
Игорь вспыхнул: — Я временно без работы! Зато я могу...
— Можешь что? — перебил его Андрей. — Водить её в кафе на мамины деньги? Покупать ей подарки в кредит? Или просто греть мою постель, пока я зарабатываю вам на красивую жизнь?
— Ты не понимаешь! — Игорь сжал кулаки. — Мы любим друг друга! И я найду работу, я...
Андрей вдруг рассмеялся — хрипло, страшно: — Знаешь, что самое паршивое? Даже не то, что ты живёшь на мамины деньги. А то, что ты припёрся ко мне решать. Как будто имеешь право что-то решать в моей семье. Ты даже за себя решить ничего не можешь, сынок.
— Но Марина...
— Марина моя жена. И решать буду я с ней. А ты — иди к маме, она там, наверное, беспокоится, куда её мальчик пропал.
Игорь вскочил, опрокинув стул: — Ты не понимаешь! Она задыхается с тобой! Ей нужен кто-то, кто будет рядом!
— А ты, значит, надышался уже? На мои деньги? — Андрей говорил тихо, но каждое слово било, как хлыст.
— Я люблю её!
— Любишь? — Андрей встал, возвышаясь над щуплой фигурой соседа. — А работать ради неё пойдёшь? Или мама новый айфон подарит?
В этот момент в замке повернулся ключ. На пороге стояла Марина, застывшая при виде этой сцены. Её рыжие волосы растрепались от ветра, а в руках был зажат тот самый брелок-сердечко.
— Что происходит? — её голос дрожал.
— Происходит то, — Андрей повернулся к жене, — что твой парень пришёл делить территорию. Как настоящий мужчина — пока я дома.
Марина побледнела: — Игорь, зачем ты...
— Затем, что он трус, — перебил Андрей. — Думал, я испугаюсь и отступлю? Или решил, что я тебя отпущу к маменькиному сынку?
— Не смей его оскорблять! — вскрикнула Марина. — Он хотя бы рядом, когда нужен!
— Рядом? — Андрей горько усмехнулся. — А кто платил за лечение твоей матери? Его мама?
В комнате повисла тяжёлая тишина, нарушаемая только тиканьем старых часов — свадебного подарка родителей. Каждый удар маятника отдавался в висках Андрея, словно отсчитывая секунды их рушащейся жизни.
— Уходи, — тихо сказал он, глядя на Игоря. В этой тишине его голос прозвучал как треснувшее стекло. — И больше не приходи.
— Но мы должны всё обсудить! Марина, скажи ему! — Игорь попытался поймать её взгляд.
— Уходи! — рявкнул Андрей так, что зазвенела посуда в серванте. Старая фотография их свадьбы качнулась и упала лицом вниз.
Когда дверь захлопнулась, Марина опустилась на стул, всё ещё сжимая в руках брелок. Её пальцы нервно поглаживали металлическое сердечко, будто ища в нём опору.
— Давно ты начала его любить? — спросил Андрей, не оборачиваясь.
— Я не... — она запнулась. — Я не знаю. Просто однажды стало так одиноко.
— Одиноко? — он резко развернулся. — А мне, думаешь, не одиноко там, в забое? Думаешь, я от хорошей жизни в эту шахту полез?
— Ты всегда можешь найти работу здесь! — её голос дрогнул. — Мы бы справились...
— Справились? — Андрей горько усмехнулся. — На какие шиши? На зарплату охранника? Или может, как твой новый — на мамину пенсию сидеть будем?
— Не смей его оскорблять! — Марина вскочила. — Он хотя бы здесь! Хотя бы слушает меня, разговаривает со мной! А не шлёт деньги, как будто этого достаточно!
— Достаточно? — Андрей подошёл к окну. Во дворе сгущались сумерки, а на детской площадке одиноко скрипели качели. — А помнишь, как мы мечтали о детях? Как ты говорила, что хочешь им всё самое лучшее?
Марина всхлипнула: — Какие дети, Андрей? Мы даже не видимся месяцами...
— Теперь ты решаешь, — он провёл рукой по запотевшему стеклу. — Я через неделю снова на вахту. Вернусь через три месяца. У тебя будет время подумать, чего ты хочешь на самом деле — стабильное будущее или красивую сказку.
— А если я уже решила? — её голос звучал почти вызывающе.
Он медленно повернулся к жене: — Тогда вспомни, кто платил за операцию твоей матери. Кто взял кредит на твоё обучение. Кто каждый месяц спускается в забой не потому, что не хочет быть рядом, а потому что кто-то должен быть мужчиной в семье. А потом подумай — сможет ли твой Игорёк также? Или только красиво говорить умеет?
Марина вздрогнула и наконец подняла глаза. В них стояли слёзы, но было что-то ещё — может быть, стыд, а может, понимание.
— Я не знаю... — прошептала она, роняя брелок на пол. — Я просто не знаю больше ничего.
Андрей молча смотрел, как металлическое сердечко катится под стол, где уже лежали осколки разбитой кружки. За окном продолжала лаять соседская собака, а в квартире сверху было непривычно тихо — только шаги Игоря метались из угла в угол, как загнанный зверь в клетке.
Где-то в глубине дома часы пробили девять. Каждый удар отдавался в сердце, словно последние гвозди в крышку гроба их брака.
Обязательно прочитай продолжение 👇👇👇👇👇
Дорогой читатель!
Я молодой начинающий писатель, мне будет интересно узнать Ваше мнение и Ваше впечатление о рассказе.
Благодарю!