Я взялся читать нечитабельный роман (а читал я у какой-то знаменитости, что все великие произведения нечитабельны). Ну и нет сил читать подолгу. А есть Гутов. С ним у меня связано последнее микрооткрытие (если оно не ошибка), что современное изобразительное искусство отличается двумя признаками: оно создано в порядке осуществления замысла сознания, и оно с большим умением прячет этот замысел. – Вот я и принялся в перерывах от чтения нудоты пробовать растолковать первую попавшуюся мне картину Гутова.
Миниатюра. Смотрите, как флажок на центральной башне выделан. Изображено что-то вроде миража: в небе видно невидное с Кремлёвской набережной здание Московского университета на Воробьёвых горах, чудовищно увеличенное и зачем-то слегка деформированное в пропорциях. И оранжевость изображает ночной мрак, а белизна – электрический свет фонарей и окон университета. Фонари – никогда не существовавшей на этой набережной упрощённой формы. И с никогда не существовавшей буйной чащей деревьев перед кремлёвской стеной. – Сон какой-то. Мечта. О низведении из почитания Кремлёвской набережной, Власти, в пользу почитания Образования.
Причём оба архитектурных ансамбля действительно находятся на одной линии зрения.
Мизерность размера картины, наверно, означает несбыточность мечты о таком заявленном перераспределении приоритетов в России, хоть оно и логично, как нахождение объектов на одной линии зрения. Когда-нибудь, может, так и будет – этакое осуществление розовой мечты. А вероятнее – никогда, о чём шепчет оранжевость мечтаемой розовости. И – не надо ничего хотеть.
19 января 2025 г.