-- К тетке Клаве наверное, -- ответил Сашка. А потом вдруг сорвался с места и выскочил за калитку.
Съев хлеб Микулиха поблагодарила Клавдию и поплевав трижды через левое плечо вышла.
-- Прощай Клавдия. Ты как была дурой, так дурой и помрешь, -- сказала Микулиха и вышла за калитку. Клава закрыв щеколду пошла в хату.
-- Будь ты проклята старуха, -- прошептала она. Войдя в комнату Клава не поверила своим глазам, на лавочке подле печки сидел чертенок. Он качал худыми ножками и крутил хвостишкой озорно щурясь на оторопевшую женщину.
-- Господи, -- прошептала бедная женщина и стала оседать на пол. Осенить себя крестом она уже не смогла, силы покинули ее руки и ноги. Безвольной куклой сидела Клава и смотрела на бесеныша.
-- А я к тебе пришел, -- он соскочил на пол громко цокнув копытками и щёлкнул хвостиком, подошёл к ней.
-- Мне Микулиха тебя отдала, за душой твоей я пришел. Отдашь? Он присел рядом с Клавой и накинул ей на шею хвост как петлю, спросил:
-- Сама отдашь душу свою черную? Уж очень она мне по вкусу, -- прошептал ей в ухо бесеныш и громко захохотал.
-- Пошел к черту, -- из последних сил прошептала женщина.
-- У черта своих до черта, а я и есть твой черт. Он захохотал и сдавил петлю хвостик. Женщина захрипела и стала биться пытаясь освободить шею и пропустить хоть каплю воздуха. Сашка заскочил в комнату и увидел Клавдию. Женщина лежала на полу схватившись за горло и сучила ногами от нехватки воздуха. Увидев Сашку она протянула к нему руки и прохрипела.
-- Помогии. Сашка попытался ей помочь, но у него ничего не получалось. Чертенок крепко сдавил хвостом шею женщины.
--Сашка, послушай, деда твоего я спалила....прости, -- прошептала она. Сашку будто кто в грудь саданул.
-- Тетка Клава, очнитесь! -- он пытался руками оживить женщину, но ничего не получалось. Она вдруг посинела и затихла. Только ветер прошелся по комнате сквозняком, да дробный стук копыт услышал мальчик. Дверь сама по себе открылась и закрылась. Сашка впервые в жизни столкнулся со смертью. Он сидел и плакал над мертвой Клавой. Там его и нашла бабка Оля.
-- Сашок, внучок, что тут произошло? Она наткнулась взглядом на мертвую Клаву и закричала.
-- Господи, да что же это деется! Бедные деточки, осиротели. Теперь ни отца ни матери. Клава, Клава, что же ты натворила? Причитала бедная старуха.
-- Бабунь, она деда Михайла спалила, -- прошептал Сашка. Старуха застыла от услышанного, а потом сказала.
-- Повинилась значит перед смертью? А я ведь давно внучок знала, что это Клава деда твоего на тот свет спровадила.
-- Откуда бабунь? Сами видели?
-- Да кабы ж я видела, дед твой живой сейчас бы был. Разве допустила бы я до этого? Это уж он опосля смерти ко мне пришел и все поведал. Вот тогда я его в последний раз и видела. Взял он с меня клятву не мстить. Сказал, если не образумится его убийца, то плохо закончит. Господь покарает ее. Вот он и покарал, -- прошептала старуха.
-- Давай Сашок поднимайся, людей покличем. Клаве уж ничем не поможем, детишек только жалко. Они бедные голубочки такого натерпелись за свою короткую жизнь. А теперь полностью осиротели. Как же я им бедным такое горе сообщу? Сокрушалась старушка.
Федор опустив голову шел с работы домой. Ему не хотелось ни с кем разговаривать.
-- Как же я мог так угробить свою жизнь? Ведь была семья, любимая жена, сын, когда, когда я все это прос.. ал? Спрашивал он себя и не находил ответа. Поравнявшись с двором своей бывшей зазнобы, он увидел людей во дворе.
-- Что у них опять произошло? Подумал он. Со двора выходила молодая фельдшерица.
-- Что там случилось Наталья Ивановна? Спросил он ее.
-- Горе, горе Федор Михайлович. Клава померла, -- сказала она и вытерла слезы.
-- Как померла? Не веря своим ушам прошептал он.
-- Вот так и померла, как люди помирают. Федор непроизвольно потянулся в нагрудный карман и выудил папиросу. Прикурил и ошарашенно уставился на двор Клавдии.
-- Что же там могло случиться? Не верил он услышанному.
Микулиха еле приковыляла домой. Достала из мешка свои потаенные травки и давай заваривать.
-- Чуть богу душу не отдала из-за этой дуры, -- прошептала она наливая в кружку горячий отвар. С каждым глотком обжигающей жидкости силы к ней возвращались. Вдруг она услышала как по крыше гулко застучали козлиные копытца. И из дымохода прямо в устье печки выпал черный комок. Быстро подскочив на ножки он спрыгнул на пол и затрусил шерстью как собака. С него во все стороны полетела сажа.
-- Фу окаянный, ты чего тут наделал? Все сажей испачкал, -- ругалась Микулиха. А чертишко с довольной свинячьей рожей улыбался, да сверкал красными глазками.
-- Чего такой довольный? Спросила старушка. Чертово отродье изловчился и вытащил откуда-то из-за спины небольшой ларчик.
-- Вот, -- похвалился он ведьме и с любовью прижал ларчик к себе.
-- Что это? Не поняла старуха.
-- Как что? Самое дорогое, что есть у людей. Душа, -- с придыханием ответил черт трепетно прижимая к себе дорогую вещь. .
-- Успел-таки забрать, -- прошелестела старая ведьма.
-- Померла значит Клава? Ну она сама виновата, -- сплюнула старуха.
Клаву хоронили в дождливый день. Знакомые и соседи медленно тащились за похоронным обозом. Детишки ее остались дома с Сашкой. Бабка Оля посоветовала им остаться не ходить на кладбище. Мамку уже не поднимешь, так пусть хоть в памяти живой останется. Смерть очень сильно обезобразила бедную женщину. Сашка вместе с девчонками остался дома. Старшая Наталья уже не могла плакать. Глаза ее покраснели и распухли.
-- Наташа, давай я тебе маленько облегчу боль сердечную, -- предложил Сашка. Девочка согласилась. Мальчишка набрал в таз воды и взяв кружку посадил Наташку рядом с тазиком. Он набирал в кружку воду и поднимал в верх выливая снова в таз при этом наговаривая слова…
... ты уйди боль лютая за высокие горы, за быстрые реки, возьми с собой тоску безысходную, освободи больное сердце и душу, -- читал заговор Сашка.
... лейся, лейся ключевая водица, забирай с собою боль да кручину, выплесни в быструю реку, река донеси в глубокое море и раствори там... Слово мое верное, да будет так… Закончил мальчишка. Девочка перестала плакать и зевнув прилегла на лавку. Через пять минут она уже спала глубоким сном.
Клавдию похоронили рядом с Николаем. Федор был как во сне. Кинув на гроб горсть земли он отошёл в сторонку и закурил.
-- Что, тяжко тебе? -- спросила баба Оля подошедшая к сыну.
-- Да как-то не легко, -- ответил он глубоко затягиваясь.
-- Вот что вы наворотили, как теперь быть то, а? Спросила старуха вытирая слезы.
-- С детьми, что делать? Осиротели полностью. Печалилась баба Оля.
-- Дядька у них есть, -- поморщившись ответил Федор.
-- Какой дядька, это Васька то алкоголик? Да разве он поднимет девчонок? Не отдам горемычных, дети и так настрадались. А ты натворил делов, так иди винись перед женой, да возвращай ее домой.
-- Не могу я мать туда идти, был я там, теща дальше порога не пустила.
-- А ты что хотел? Чтобы тебя с распростёртыми объятиями встретили. Заходи, мол, зятек, натаскался, нагулялся, вот тебе за это пироги да чай с самовара, так ты хотел? Уже громче ругалась бабка Оля.
-- Хватит мать, и так люди посматривают на нас.
-- Ладно, дома поговорим, -- махнула рукой старуха.
Иринка понемногу отходила от предательства мужа. Душа и сердце болели, но не так как в первые дни. Боль будто отошла, но не ушла совсем. Любовь к Федору поутихла. Раньше Иринка любила мужа со всей своей открытой душой. А теперь любовь будто спряталась. Она скучала за сыном и свекровью. Скучала за вечерами которые они проводили вместе.
-- Федя, Федя, что же ты с нами сделал? Не раз спрашивала она в пустоту. Мать видя маету дочери, посоветовала той забыть и простить измену мужа.
-- Мама, что вы такое говорите? Как забыть?
-- А вот так и забыть, вычеркнуть из памяти будто ничего и не было.
-- Не могу, уеду я мам.
-- Да уехать то можно дочка, велика ли беда, только вот от себя куда уехать? Так они и сидели мать и дочь, думали каждая о своем. Мать вспоминала свою молодость. Ведь она не сразу полюбила своего Ваню. Замуж за него пошла назло изменнику кавалеру. Тяжело по первой было. Ваня к ней, а она от него лицо воротит. Понимал он все, знал, что Катерина его не любит, верил, что однажды полюбит. И дождался.
Иринка родилась слабенькая, но крикливая. Так выматывала Катюшу по ночам. Так вот Иван, чтобы жене дать поспать сам поднимался к дочери, а потом бежал на работу. В перерыв все на обед идут, а Ваня домой к своим девчонкам. И открылись тогда у Катерины глаза, а ведь краше и лучше ее Ивана нет никого. Только Иван продолжает думать, что Катерина до сих пор его не полюбила. А у нее так и не случилось ему сказать, как она его любит. И лучше Вани нет мужа для нее на белом свете. Сидела Осиповна, вытирала вдруг набежавшие слезы.
-- Ты дочка не торопись все рвать. Жизнь, она знаешь, какая непредсказуемая. Сегодня хорошо, а завтра не очень. Бывают в жизни такие обстоятельства, что влияют на судьбы людей. Вот может и у вас с Федором. Пережить надо, отпустить.
-- Я подумаю мама, -- сказала дочь.
А на утро Екатерина Осиповна рано утром поднялась и оставив завтрак на столе отправилась к Бекетовым. Бабка Оля возилась у печки, когда услышала как собака на цепи кинулась на кого то за калиткой. Поставив чугун в печку она отставила рогачи в угол и вытирая руки об фартук пошла на двор. Пес лаял на кого то за двором. Бабка Оля открыла калитку и увидела мать Иринки.
-- Катя, либо что случилось?-- схватилась она за сердце.
-- Нет свашенька, все хорошо, -- постаралась она успокоить старушку.
-- Ну пойдем в хату, неча тут на улице стоять. Она прогнала собаку в будку, и повела сватью в дом.
-- Федор дома?
-- Нет, до зорьки на работу ушел, -- ответила старушка.
-- Ну тогда можно спокойно поговорить, без свидетелей, -- сказала Осиповна.
-- Да не совсем без свидетелей, -- потупилась старушка.
-- Как так, кто же у вас?
-- Ты наверное Катя еще не знаешь новости страшные?
-- А что случилась, -- схватилась за сердце Осиповна.
-- Беда Катя, соседка наша Клава померла. Детишки у нее остались.
-- Как померла? Это та с кем Федор...
-- Да, свашенька, да, -- тихо ответила бабка Оля украдкой кинув взгляд на двери ведущие в зал.
-- Детишки, две девочки остались круглыми сиротами. Есть конечно дядька, да он пропойца последний, куда ему детей отдавать. Живут пока у нас, жалко деток. А вот скоро заберут их в детский дом, а я ой как не хочу. Как они там будут? Заплакала бабка Оля. Они почитай у меня на руках и выросли. Клава царствие ей небесное часто оставляла на меня их. Жалко мне деток, так душа за них болит... Ну ладно о плохом, я и не спросила чего ты Катюша пришла, по нужде или просто проведать?
-- И то и другое дорогая сватья. Страдает Иринка моя, места себе не находит. Я первое время следила за ней, так и думала, что она руки на себя наложит. Но нет, переборола она свою боль. Вот я и решила, может еще не все потеряно? Может, сможем еще их соединить? А, как ты, свашенька, думаешь? Посмотрела на старушку Осиповна.
Микулиха затаилась у себя в избе. Боялась что пронюхают люди отчего померла Клава, спалят ее вместе с хатой. Да и Сашку она побаивалась. Надо что-то решать с этим змеëнышем Михайлы...
Спасибо, что дочитали до конца.
Кому понравилась история Ставьте лайк Пишите комментарии Подписывайтесь на канал чтобы не пропустить продолжение этой истории. Дорогие друзья прошу вас, пожалуйста сделайте репост. Огромное вам спасибо.