Глава 3.
Медленно прогуливаясь по поселку, они зашли в небольшой магазин, где купили пельмени, чтобы не тратить время на готовку, и направились к гостевому домику. Аню все еще знобило, а Семен был очень бледен, и его слегка покачивало из стороны в сторону. Заметив это, Аня обняла мальчика за плечи.
— Я вижу, тебе совсем плохо, — сказала она, нежно прижимая его к себе.
— Все в порядке, — ответил он. Его лицо выглядело измученным, а под глазами появились синяки.
— Мне совсем не нравится, что с тобой происходит. Может, я могу чем-то помочь? — спросила она с тревогой.
— Можно подумать, ты полна сил, — усмехнулся он. — Ты бы на себя со стороны взглянула. Да и сила тебе ночью пригодится.
— А что должно произойти ночью? – спросила она, останавливаясь и внимательно посмотрев на Семена, но тот потянул ее за собой.
— Если честно, я и сам не знаю, — ответил он. – Мне сообщили только то, что я должен тебе передать. Как ты понимаешь, мне не все рассказывают.
— Семен, с кем ты говорил?
— Не знаю, — ответил он, нахмурившись. – Ко мне подошел мужчина и сказал, что я должен тебе передать и что мы должны сделать, а потом он исчез, как и те женщины. Я даже не могу сказать, как он выглядел. Как будто все, что произошло, я выдумал и этого не было на самом деле.
— Словно стерли воспоминания? – спросила Аня, задумавшись. – Ты хочешь сказать, что те женщины тоже были не настоящими, но как такое возможно? Одна из них прикасалась ко мне, и я ее ощущала, и ковш с водой она принесла.
— Я, как и ты, не очень хорошо разбираюсь в этом и не все понимаю. Ты, наверное, уже поняла, что я с детства обладаю даром, но никто не мог меня научить им пользоваться.
Я всегда удивлялся, почему после моих рассказов о друзьях мама смотрела на меня с испугом. Для меня все было в порядке вещей, а она ничего не замечала и даже пыталась вылечить меня, думая, что у меня какие-то психические отклонения. Мне на самом деле помогла сила этих мест, — он обвел рукой пространство вокруг. — Я стал замечать разницу между обычными людьми и теми, кто отличается от них. Конечно, пока это трудно принять, но у меня появился пусть небольшой, но шанс выглядеть нормальным среди других, а не как человек с психическими проблемами или фантазер.
Сказав это, Семен замолчал, заметив, что к ним подходит Катя.
Аня, взглянув на подругу, вздохнула, сожалея, что их с Семеном отвлекли от разговора.
— Я так понимаю, что никто не хочет продолжать осмотр достопримечательностей, – сказала Катя, подхватив Аню под локоть.
— Мне кажется, на сегодня впечатлений достаточно. Все устали, – улыбнулась Аня.
— Не то слово, ноги гудят с непривычки. Хочется есть и спать, – ответила Катя, открывая дверь во двор гостевого домика.
Поднявшись на второй этаж, Аня и Катя достали из пакета продукты и, поставив воду для пельменей, отправились в номер, чтобы принять душ и переодеться. Приведя себя в порядок, они сели за стол ужинать. Все сидели молча, сил ни у кого не было на разговоры. Допив чай, Катя посмотрела на спутников.
— Я так понимаю, все сейчас разойдутся по номерам? — произнесла она с грустью.
— Катя, пока ты спала в машине с Семеном, мы с Аней не сомкнули глаз. Аня была за рулем, а я сидел рядом, готовый подменить ее. Ты думаешь только о себе.
Твоя подруга преодолела полторы тысячи километров, чтобы добраться до нас с моря. Ночь она провела дома, но днем, родные не дали ей отдохнуть: все соскучились. А вечером ты позвонила и напомнила о ее обещании. Ты не дала ей отдохнуть еще день, решив, что мы должны доехать за ночь, чтобы успеть на утреннюю службу.
Нам весь день пришлось много ходить. Да, мы поступили глупо, решив дойти до купели пешком, но что сделано, то сделано. Естественно, мы устали и у нас нет сил развлекать тебя разговорами, — сказал он, вставая и направляясь в номер. Семен последовал за отцом — он был измотан и ему нужно было время, чтобы прийти в себя.
— Прости, я действительно не подумала, — произнесла Катя, поджав губы, но Аня не почувствовала искреннего сожаления в ее словах. Было очевидно, что она считает, что поступила правильно. Конечно, Аня могла бы отложить поездку, но ей не хотелось слушать жалобы подруги, и она решила, что справится, но немного переоценила свои силы.
— Давай уберем со стола, и я пойду спать, — сказала Аня, ставя посуду в раковину.
— Иди отдыхай, — сухо и с легким раздражением произнесла Катя. – Я сама здесь справлюсь.
Аня, бросив быстрый взгляд на подругу, молча кивнула и отправилась в номер. Она понимала, что Катя обижена на слова бывшего мужа и на то, что она не стала ее защищать. Однако Аня была согласна с тем, что сказал Андрей, и ей действительно нужен был отдых.
Как только она легла, ей приснился необычный сон. Казалось, что она не спит, а лишь лежит с закрытыми глазами, словно в полудреме.
Аня оказалась на заснеженной равнине, высоко в горах. Был сильный мороз, мела метель. На ней были лишь шорты и майка, на плечах — тонкий плед, а на ногах — домашние тапочки.
Аня негромко выругалась, по колено утопая в снегу и плотнее кутаясь в плед.
«Меня что, решили убить?» — подумала она, подпрыгивая на месте и чувствуя, как холод охватывает все тело.
Никогда прежде она не переживала настолько реалистичный сон, когда все ощущалось так, будто происходит наяву.
— Я не понимаю, что происходит, — прошептала она. — Мне бы сейчас потеплее одеться или чтобы вокруг меня появилась невидимая сфера, которая защитила бы от холода и ветра.
Не успела она договорить, как почувствовала вокруг себя невидимую защиту. Она стояла с открытым ртом и смотрела, как снег, подгоняемый ветром, врезается в эту преграду, не причиняя ей ни малейшего неудобства.
— Вот и замечательно! – произнесла она, смеясь и стряхивая снег с тапочек. – Я, конечно, уже успела сильно замерзнуть, но ничего страшного. Может быть, теперь кто-нибудь объяснит мне, зачем я здесь и чего от меня хотят? – продолжала она, оглядываясь по сторонам.
Видимость была ужасной, сильная пурга мешала ей разглядеть, что происходит вокруг. И вдруг она услышала с порывом ветра чей-то жалобный скулеж. Несколько секунд она стояла неподвижно, а затем побежала вперед, периодически останавливаясь и вслушиваясь в окружающие звуки. Ноги проваливались в снег, но она не чувствовала дискомфорта, словно надела невидимые сапоги.
Добежав до середины равнины, она остановилась и, кружась на месте, стала искать источник звука. У небольшого снежного холма она заметила какое-то движение. Аня побежала в перед, не раздумывая. Идти было тяжело, дыхание сбивалось, но внутри нее возникло ощущение, что ей нужно спешить.
Добежав до холма, она остановилась, чтобы отдышаться, и заметила большую волчицу, лежащую на боку. Рядом с ней были три волчонка. Один маленький белый волчонок, поскуливая, тыкался носом в лицо раненой волчицы.
Присев на корточки, она поспешила на помощь волчице. Скинув с нее снег, она осмотрела ее. На боку волчицы виднелась большая кровавая рана. Приложив руки к ране, она попыталась вылечить ее.
— Это всего лишь сон, — шептала Аня, не в силах сдержать слезы. — Здесь я все могу. Нужно лишь направить свою энергию в нее...
После долгих усилий у Ани начало что-то получаться. Волчица приоткрыла глаза и недовольно зарычала. Аня, испугавшись, отпрянула, стараясь не делать резких движений. Но волчица, вновь взглянув на Аню, приподняла голову и, рыкнув на белого волчонка, подтолкнула его носом к девушке.
Взяв дрожащего волчонка на руки, Аня снова осторожно приблизилась к волчице и дотронулась до нее, но та уже не реагировала — она была мертва. Подойдя к другим волчатам, Аня дотронулась до них, и ей сразу стало ясно, что они замерзли. Слезы потекли по щекам.
«Кто же так жестоко обошелся с этой волчицей? Я понимаю, что она хищник, но у нее же маленькие волчата», — думала Аня, прижимая к себе маленькое тельце волчонка и укутывая его в плед, чтобы он согрелся.
Немного поскулив и пригревшись, малыш уснул, а Аня пошла в обратном направлении по своим следам, которые уже были занесены снегом и с трудом различимы.
Дойдя до того места, где она впервые оказалась, Аня огляделась, прижимая малыша к груди и не понимая, что делать дальше. В этот момент она словно вынырнула из сна и поежилась от холода.
Аню бил озноб, руки покалывало, как после обморожения, а ступни она почти не чувствовала. Создавалось ощущение, будто она действительно стояла по колено в снегу в метель. То, что она испытывала после купели, казалось легкой забавой по сравнению с тем, что она чувствовала сейчас.
Растерев ледяные ступни пледом, а затем и руками, она медленно пошла в душевую кабинку, так как чувствительность к ногам еще не полностью вернулась. Включив сначала холодную воду, она направила душ на ноги, и их словно обожгло. Затем, растирая их руками, она включила чуть теплый душ, направляя его на ноги, которые закололо иголками, и она поморщилась.
Через некоторое время она включила горячий душ и встала под струи воды, согреваясь и постепенно приходя в себя. Вернувшись в комнату, она легла в кровать со страхом вновь оказаться в странных снах и быстро провалилась в глубокий сон. Сказывалась усталость предыдущих дней.
Утром Аня проснулась отдохнувшая и полная сил. Она встала с кровати и пошла умываться, но в этот момент раздался стук в дверь. В следующую секунду она открылась, и на пороге появился Семен.
— Привет, ты уже встала? — спросил он, входя в номер и осматриваясь вокруг. — Ух ты, какой красавец! — воскликнул он, подходя к ее кровати.
Аня остановилась у двери в ванную и вопросительно посмотрела на мальчика, не понимая, что происходит и о чем он говорит.
Продолжение:
Предыдущая: