Тихо падал снег на приунывшие деревья, пустые улицы и будто уснувшие дома. Какая-то одинокая фигура маячила возле огромной украшенной елки, стоявшей посреди городской площади.
Зина, которая вышла прогуляться с маленькой дочерью, подумала про себя, что утром первого января всегда пустынно на улицах города и жизнь в этот день словно замирает. Будто время останавливается, давая прошлому году возможность передать все свои дела наступившему. “Хорошо бы старый год забыл про плохие дела и передал только хорошие” – мелькнула в голове мысль.
Звонкий голос дочери отвлек от размышлений.
- Мама, смотри какая красивая снежинка! – девочка разглядывала упавшую на рукавичку снежинку со всех сторон, но та от горячего дыхания растаяла сразу же.
- Не расстраивайся, Машутка, - Зина успокаивала дочь, уже капризно надувшую пухлые губки. – Лучше давай поиграем во что-нибудь.
- Давай! А во что? – оживилась девчушка.
– В догонялки, вокруг ёлки! Сначала я тебя догоняю, а потом ты меня.
Девочка радостно запрыгала на месте и захлопала в маленькие ладошки.
Мать с дочерью настолько увлеклись игрой, что не сразу заметили подошедшего к ним мальчика.
- А можно мне с вами поиграть? – скромно, еле слышно спросил он.
- Нет, нельзя, - тут же завредничала Маша.
- Дочка, пусть присоединится, нам веселее будет.
- Не хочу! У него грязные руки и нос, - показала она язык.
- Фу, как некрасиво ты себя ведешь. Мне было бы стыдно на твоем месте, - Зина покачала головой и уже обратилась к мальчику. – Привет, как тебя зовут, где твои родители?
Он спрятал замерзшие, красные руки в карманы потрепанной курточки и опустил глаза, шмыгнув носом.
- Меня Марк зовут… Я один гуляю.
- Он что, бездомный, мам? – Маша задергала Зину за руку.
- А сколько тебе лет? – проигнорировав вопрос дочери, с тревогой спросила женщина, оглядываясь по сторонам.
- Мне семь, я уже давно гуляю один.
- Не холодно тебе?
- Мам, прогони его, я не хочу с ним играть, - начала плакать девочка, усиленно дергая мать за руки и за пальто.
На улицах было пустынно, только ветер поднимал снова вверх упавшие снежинки, закручивая их в маленькие вихри. Где-то в другом конце площади возникла фигура женщины с коляской, и у Зины заколотилось в надежде сердце. Но, когда та прошла в другую сторону, противоположную той, где были Зина с дочерью и мальчиком, то надежда испарилась.
- Это не твоя мама с коляской? – все равно поинтересовалась Зина.
- Нет, моя мама дома. Она уже много лет никуда не ходит. Не может.
- Болеет?
- Да.
- А мне Дед Мороз столько подарков принес вчера! – решила похвастаться Маша, чтобы хоть как-то привлечь внимание к себе.
- Дочка, - одернула ее мать. – Нехорошо как.
- Ко мне никто не приходил. Даже бабушка.
Зине стало очень жаль мальчика, который не получил даже подарка в Новый год. Она вспомнила, что у нее в рюкзаке остались конфеты, и быстро открыла карман и достала лакомство. Маша тут же радостно заскакала на месте, думая, что это ей. Но получив в ответ только осуждающий взгляд, насупилась и отвернулась.
- Держи, мне Дед Мороз кое-что передал для тебя, так и сказал: «Вручить Марку лично в руки».
Мальчик при виде конфет просиял так, что казалось, будто это гирлянда на елке загорелась и осветила все вокруг своими огнями. Стало как-то теплее даже вокруг и на душе тоже. Марк прижал конфеты к груди и поднял на Зину восхищенные голубые глаза, в которых была неподдельная искренняя благодарность, вера и возрожденная надежда на чудо.
- Спасибо, тетенька! А можно я свой подарок поделю и отдам бабушке и маме?
- Это уже как твое благородное сердце решит, - ответила Зина, еле сдерживала слезы.
- Можно вас немного проводить? – спросил мальчик.
- Хорошо, проводи, - Зина взяла недовольную дочь за руку и медленно зашагала. – Знаешь, Марк, ты замечательный мальчик, все у тебя будет хорошо, пусть и мама твоя выздоравливает. Надеюсь, что мы еще встретимся.
Он кивнул и побежал домой, все также прижимая к груди конфеты замерзшими ладошками.
Дома, вернувшихся с прогулки Зину и Машу встретил Игорь, глава семейства.
- Почему моя бусинка такая грустная? – обратился он к насупившейся дочери. Та сразу же начала жаловаться на маму.
- Она с мальчиком была такая добрая, все конфеты ему отдала, а мне ни одной не дала… - хныкала Маша.
- Ай-ай-ай, какая мама. Пойдем, я тебе дам еще больше конфет, - мужчина весело подхватил малышку на руки и понес на кухню.
- Игорь, никаких конфет и подарков по пустякам больше не будет, - серьезным тоном произнесла она. Маша и сама должна прекрасно понимать это. Я думаю, ей следует уже объяснить некоторые вещи. Например, то, что вокруг нас уйма людей, которые нуждаются в помощи. Им холодно и плохо. И они не виноваты в том, что мама болеет, а бабушка старенькая. Она у нас девочка умная и добрая. Ведь так, дочка?
Малышка, хотела было возразить, но что-то ее остановило. Вспомнился мальчик, его красные, замерзшие ручки и слова: “можно я разделю подарок.” Почему-то стало стыдно.
И Маша опустив голову ответила:
- Хорошо, мамочка. Давай, мы завтра ещё кому-нибудь конфеты подарим. А тому мальчику надо рукавички отнести, у него ручки совсем замерзли…