― Знакомься. Это мой брат, Егор.
Алена застыла на месте. Перед ней стоял мужчина, от которого она не могла отвести взгляд.
Что со мной? Что происходит? Почему я… Почему он…
Алена еще сама того не поняла… но уже влюбилась.
То ли это была химия, то ли знамение, но перед ней стоял человек, которого она полюбила с первого взгляда. Она не могла отвести взгляд от ярких голубых глаз, в которых уже практически утонула. Удивительно, но он смотрел на нее так же пристально. Может, он чувствовал то же самое?
Не молчи. Скажи что-нибудь.
― Очень приятно. ― пробубнила она себе под нос. ― Алена.
― Я знаю, ― улыбнулся он в ответ. ― Поздравляю.
Егор протянул ей букет.
― Ну да. Точно.
Она совершенно не знала, что сказать. Растерялась, как девочка-подросток на первом свидании.
― Егор еле вырвался к нам. Еще тот трудоголик, ― Кирилл обнял брата и похлопал по спине. Егор же продолжал смотреть на Алену, которая не могла отвести от него взгляд.
Что это? Что происходит? Почему он так на меня смотрит? И почему мое сердце так бешено бьется?
Она резко опустила глаза. Нужно взять себя в руки и собраться с мыслями.
― Давай я заберу цветы, ― к Алене подошла мама и взяла букет. Она одернула край ее фаты, чтобы не мешался. ― Поздравляю с днем свадьбы.
Егор продолжал смотреть на Алену, которая стояла в белом платье у цветочной арки. Сегодня был день ее свадьбы. Она вышла замуж за Кирилла. И почему судьбе было угодно, чтобы она влюбилась на своей собственной свадьбе, да еще и в брата жениха?
***
Бред… Полный бред… Алена, о чем ты только думаешь? О ком ты только думаешь? Ты с ума сошла?
Алена сидела за столом молодоженов и ковыряла вилкой в салате. Настало затишье между тостами и конкурсами. Наконец, все приступили к еде. Ее щеки уже болели от натянутых улыбок, а губы от постоянных поцелуев. День ее мечты превращался в кошмар. А тут еще и Егор, который не выходил у нее из головы.
Почему я вообще постоянно о нем думаю? Что за бред? Может, я любовных романов просто начиталась?
Алена посмотрела за стол гостей. Егор болтал с одной из ее подруг. Они над чем-то смеялись и пили шампанское из бокалов.
Что-то кольнуло в груди. Как будто зачатки ревности и зависти проскользнули в сердце. Она захотела оказаться рядом с ним. Он бы мог смешить в этот момент ее, а не другую девушку.
Алена резко отвела взгляд.
Боже… И о чем я только думаю? Неужели я ревную человека, которого знаю пару часов… Бред…
Она залпом выпила бокал шампанского.
― Все в порядке? Ты хорошо себя чувствуешь? ― заботливо спросил Кирилл, не понимая, куда пропало ее настроение.
― Устала. Не бери в голову.
Алена вновь посмотрела в сторону Егора и на этот раз встретилась с ним взглядом. Его соседка продолжала что-то весело ему рассказывать, но он пристально смотрел на Алену. Даже на расстоянии ста метров она почувствовала его напряжение и смятение.
Неужели он чувствует то же самое? Может, я не одна такая? Может, я не одна сошла с ума?
Алена встряхнула головой, отгоняя непрошенные мысли.
― Может, тебе на свежий воздух выйти?
Алена резко встала с места.
― Да. Ты прав. Нужно проветриться.
― Я провожу.
― Нет. Побудь здесь. Я ненадолго.
― Хорошо.
Кирилл не знал, как себя вести. Алена явно была не в себе.
***
Что делать? Что делать? Может, сказать, что плохо себя чувствую, и уехать домой? Нет… Не вариант… Еще даже гости трезвые… Они же не будут отмечать нашу свадьбу без нас…
Алена стояла на веранде и смотрела куда-то вдаль. Мысли путались, а голова уже начинала болеть. В груди щемило от тоски.
Неужели она действительно влюбилась? Разве такое может быть? Почему она перестала здраво мыслить?
Алена сделала глубокий вздох, пытаясь прийти в себя.
― Ты в порядке?
Неожиданный вопрос вернул ее в реальность. Она обернулась и увидела Егора. Он зачем-то вышел следом.
Достал из кармана сигареты, закурил. Алена молча смотрела на него, не зная, как себя вести. Он протянул ей сигарету, и она почему-то взяла. Последний раз Алена курила в школе, да и не особо любила это дело. Но почему-то Егору не смогла отказать.
― Переживаешь?
Алена вздрогнула. Неужели он все понял? Может, он ее мысли прочел или язык тела считал?
― О чем?
― Ну как? Твоя свадьба. Самый важный день в жизни и все такое.
― А-а-а… Нет. Все нормально. День как день. Ничего особенного.
Егор усмехнулся. Алена несла бред, и сама это понимала. Какая девушка назовет день свадьбы обычным и повседневным?
― Жаль. Очень жаль, ― задумчиво ответил он, продолжая сверлить ее взглядом.
― Чего жаль?
― Жаль, что не встретил тебя раньше. Тогда сегодня была бы наша свадьба.
Он улыбнулся, но слова не были шуткой. Он был серьезен как никогда.
Алена не заметила, как пепел упал на пышный белый низ ее платья, оставив несколько темных следов. Она продолжала смотреть на Егора, заворожённая его улыбкой и глазами.
Он что, серьезно? Неужели он правда так думает? Боже… Что вообще происходит? Мы оба с ума сошли?
Егор забрал из ее рук сигарету, пока она окончательно не сожгла платье. На мгновение их пальцы соприкоснулись, и она почувствовала тепло. Вот только не на коже, а в душе.
И почему жизнь так несправедлива? Почему их встреча должна была состояться именно сегодня и именно таким образом?
― Ну вы где застряли? Алена, тебя уже все ищут.
К ним подошел Кирилл. Он был весел и не догадывался, что происходило в этот момент между его женой и братом.
― Скажи, что я украл невесту, ― усмехнулся Егор. Он бы с радостью это сделал, вот только возвращать не стал бы.
― Воровства невесты нет в программе. ― рассмеялся Кирилл. Он по-дружески приобнял брата за плечи и потянул обратно. ― Дорогая, мы тебя ждем.
Алена проводила их взглядом, не в силах пошевелиться. Сердце билось все чаще, но тело как будто оцепенело.
Алена, приди в себя. Не дури. Не поддавайся. Так нельзя. Это неправильно.
Она пыталась мысленно вразумить себя, однако чувства были сильнее разума и не сдавали позиции.
Алена, здесь все твои друзья, твои родственники, родители, в конце концов. Ты не можешь их всех подвести. Как ты потом в глаза им смотреть будешь?
Разум говорил дельные вещи, вот только тело не слушалась. Она сама не заметила, как спустилась по ступенькам и пошла через сад к выходу. Шаг становился все быстрее. Адреналин рос, а в голове нарастал шум от бешеного стука собственного сердца.
Что она творит? Неужели и правда убегает с собственной свадьбы?
Алена перешла на бег. К ее счастью и несчастью всех остальных, она была в обуви без каблуков, поэтому могла бежать, не опасаясь подвернуть ногу. Она схватила подъюбники пышного белого платья и побежала что есть мочи, пока ее никто не заметил и не остановил.
Уже через несколько минут Алена выбежала на дорогу и остановила машину. Водитель растерялся от вида потрепанной задыхающейся невесты.
― Девушка, что с вами?
― Подвезите, пожалуйста. Только побыстрее.
Алена забралась на заднее сиденье и захлопнула дверь, даже не заметив, что защемила часть юбки.
― Вы чего? Убегаете от кого-то?
― Да. От роковой ошибки.
Водитель нажал на газ, и они уехали прочь.
***
Алена шла по набережной и смотрела на воду. Был уже поздний вечер, и вокруг горели огоньки фонарей и гирлянд. Еще днем она фотографировалась здесь со своим женихом, а теперь плетется одна.
И как так получилось? Как я до этого дошла? Что я вообще наделала? Мама, наверное, в шоке. А папа вовсе от меня откажется.
Несмотря на то, что Алена пошла на такие решительные меры, последствия которых она будет разгребать еще не один месяц, сейчас ей дышалось легче. В голове стало тише, а сердце билось ровнее.
Может, я просто не готова была выйти замуж? Может, дело вовсе не в Егоре, а в моих собственных страхах?
Алена с Кириллом встречались меньше года, и когда он сделал предложение, она не почувствовала себя на седьмом небе от счастья. Но и отказаться не смогла. Кирилл решил сделать этот красивый шаг на свадьбе их друзей, на глазах у сотни человек. Вот как можно сказать «нет» в таких условиях? Наверное, следовало отказаться позже, но она не смогла найти подходящий момент.
Дура. Какая же я дура. Всех подвела. Всех расстроила. И Кирилл тоже ничем такого не заслужил. Вот как мне теперь ему в глаза смотреть?
Телефон Алена забыла в ресторане, поэтому ей сейчас никто не звонил. Все ее друзья и родственники тоже там, поэтому и пойти было не к кому. Даже ключи от собственной квартиры, которую они снимали вместе с Кириллом, остались у него.
И что делать? Куда податься? Ни денег, ни телефона, ни ключей…
― А ты решительная. Я, конечно, в приятном шоке.
Алена обернулась. Перед ней стоял Егор и улыбался.
― Ты откуда здесь?
Егор видел, как Алена побежала в сад, вот только не стал останавливать. Он поймал такси и поехал следом. Последние же полчаса он просто шел за ней и любовался ее силуэтом в полумраке.
― А что? Не рада?
Он был явно уверен в себе, чем в очередной раз сбил Алену с толку.
― А чего мне радоваться? Стал свидетелем моего позора и теперь усмехаешься.
Она отвернулась и не спеша продолжила идти. Однако уголки ее губ чуть приподнялись. Она едва сдерживала улыбку. Она даже не надеялась увидеть его вновь, да еще и так скоро. Он пошел рядом с ней.
― Ну, это зависит от того, как посмотреть на произошедшее.
― А как тут еще можно посмотреть?
― Ну, ты видишь в этом позор, а я вижу смелость. Было бы хуже прожить еще несколько лет с человеком, а потом все равно развестись. Лучше так, чем тратить время друг друга.
В его словах была доля здравого смысла.
― Лучше было бы не доводить все до этого. Надо было отказаться от свадьбы раньше.
― Ну, тогда ты бы не встретила меня, ― Егор остановился. ― Разве это того не стоило?
Алена вновь посмотрела на него. Неужели он и правда способен читать мысли?
― А ты самоуверен. С чего ты вообще взял…
Егор притянул ее к себе и поцеловал. К чему лишние слова, когда и так все понятно?
Они еще долго стояли на набережной и целовались. Потом он взял ее руку, и они продолжили гулять вместе, сами не зная, куда и зачем идут. Не было ни лишних слов, ни напряжения. Они вообще ни о чем не думали, потому что их чувства уже решили все за них.
На следующий день Алена встретилась с Кириллом и попыталась все объяснить. Он еще долго не мог понять ее и простить, однако на развод подал сам в тот же день.
Егор сделал предложение Алене уже через месяц. Он не видел смысла оттягивать неизбежное. Вот только в этот раз свадьбы не было. Они втайне расписались и уехали в свадебное путешествие за границу. Их родственники еще долго не знали об этом союзе, однако их мнение не волновало новобрачных. Стоит ли думать о других, когда на кону собственное счастье?
Автор: Александра Федотова
***
Оля вьёт гнездо
Оля боялась маму. Ей казалось, что родители больше любят старшую сестренку Настю, фото которой стояло на телевизоре. С карточки смотрела черноглазая девочка в платье с кружевным воротничком. Около портрета лежали дефицитные шоколадные конфеты, пупсики, и еще куча самых лучших на свете мелочей. Брать их строго воспрещалось. Однажды Оля свистнула пару конфет и поиграла с удивительными, мягкими пупсиками. Она никогда не ела таких замечательных конфет и никогда не играла с такими пупсами. Для Оли тоже покупали конфеты, но те были с белой начинкой, хоть и шоколадные сверху, а Олины пупсы – пластмассовые и некрасивые.
Если бы Оля спрятала фантики куда подальше – ничего бы не случилось. Настя, девочка с фотографии, не наябедничала. Но фантики мама сразу заметила.
- Ты воруешь у Насти конфеты? Как тебе не стыдно, гадина ты такая! – кричала и кричала мама.
Она хлестала Олю по щекам, лупила ремнем, и глаза ее под линзами очков казались ужасно большими. В этих глазах не было ни злости, ни ярости, однако руки мамы и слова ее были злыми, каменными, тяжелыми.
Потом Олю не выпускали из комнату неделю. Пожаловаться некому – ни бабушки, ни дедушки у Оли не было. Даже папа не хотел ее защитить. Папа вел себя так, будто Оля стеклянная – просто не замечал. За всю жизнь он с ней перебросился, наверное, только парой фраз. Оля искренне считала, что это нормально: все папы заняты важными делами. Детей воспитывают мамы. И не обижалась. Пока не пошла в первый класс, где увидела, как много девочек из ее класса пришли на день знаний не только с мамами и бабушками, но и с папами.
Папы держали девочек и мальчиков за руку, и нежно с ними беседовали. Оле это показалось странным и даже ненормальным – разве так бывает? Может быть, Олю просто не любят? Ведь Олин папа не был глухонемым – он нежно разговаривал с черноглазой Настей с портрета, дарил ей сладости и фрукты, и не позволял приближаться к телевизору даже на метр.
Девочка Настя не сразу стала жить в портрете, три года назад она была вполне живой девочкой, и тоже пошла в первый класс. Однажды, по дороге из школы, она переходила дорогу, не посмотрела по сторонам и была сбита грузовиком. Потому и переселилась в этот проклятый портрет. Оля ее не помнит. Наверное, маленькая была.
Она вообще плохо помнила то время. Иногда ей снились странные, пугающие сны. Будто Олю обнимает и целует мама, но НЕ ЭТА. Другая. Но почему-то Оля была уверена, что ЭТА – ее настоящая мама. С ней спокойно. Хотя Оля не видела лица настоящей матери, но знала – она красивая, красивее всех.
Снилось, как они стояли на крыше. Небо возвышалось над ними фиолетовым куполом с багровыми ободками вечерней зари. Мамины волосы развевал легкий ветер. Она ничего не говорила, крепко сжимая Олину ладошку в своей руке. Мир вокруг был сказочно прекрасен, и видно было, как где-то вдалеке, за городом, зеркальной ленточкой поблескивала река, а солнце, красное и раскаленное, как спиральки домашнего электрического обогревателя, погружалось за край огромной земли…
Странные сны, странные. После них Оля горько плакала. Но спросить у мамы, что это такое, Оля не могла решиться.
То, что она – чужая девочка, Оля узнала совершенно случайно. На Новый Год родители подарили ей пальто. Ужасное пальто, в серую клетку, тяжелое и неудобное. В то время обсуждать подарки было не принято: совпал родительский подарок с детской мечтой – хорошо. Не совпал – постарайся сделать довольный вид, а сопли оставь при себе. Оля мечтала о яркой красной курточке, она видела такую на однокласснице Светке. И вот мечта не сбылась. Оля сказала спасибо и села за праздничный стол есть салат оливье.
Портрет Насти с телевизора перекочевал на белую скатерть. Родители поздравили Настю с Наступающим, и глаза их были влажными. Оля ела мандарин.
- Тебе понравился подарок? – спросила мама.