- Она жива.
Всего два слова. Ёмко, лаконично, внушительно. И тут же Демон почувствовал что-то странное. Какое-то ноющее ощущение в груди. Он посмотрел вверх на запертую крышку люка, но ни шорохов, ни голосов не услышал.
- Кто жив? Не понял. – Он переглянулся с подругой, но та лишь пожала плечами.
- Вчера, когда я вернулся домой… Я увидел её. Такой, какой она и была, словно ничего и не случилось. Словно не было убийства! Не было этих четырёх проклятых лет.
Дом, родители, всё изменилось. Я будто оказался в параллельной реальности. В нашем доме больше нет бога! - Вскрикнул парень с горящими от безумия глазами и схватился за крест. Только та самозванка... – продолжил он, - Он испытывает меня. Это испытание точно.
- Слушай друг, не думаю, что бог покинул ваш дом. Может тебе всё это привиделось?
«Ага, конечно. Те двое мне тоже привиделись что ли»?
- Может всё это из-за вчерашнего? Ты перенёс стресс, когда тот чувак лишил себя жизни. Мы все перенесли. Мы видели его тело. Его труп. Не удивительно, что…
- Ничего мне не привиделось! Я сначала тоже подумал, что у меня галлюцинации, а потом, когда мать сказала, что меня разыскивали двое в твидовых пиджаках, сбежал. Я даже не обнял её, понимаешь?! – В глазах парнишки заблестели слёзы, но он сдержал себя. - Случилось что-то странное, пока мы были на реке... Мои родители, они словно не замечают того, что произошло. Для них она не умирала, понимаешь?
- Всё, не нервничай. Я понял тебя. Ты видел её живой.
«Этот придурок тронулся умом. Предупреждал же, все эти религиозные штучки до добра не доведут».
- Да! - Прокричал мальчик, и, вскочив с подушки, принялся мерить шагами землянку. Три шага вправо, три шага влево.
- Она была одета так же, как в день смерти. Я знаю, потому что был там. Был с ней, когда она погибла. Не постарела, вообще никак не изменилась, словно и не было тех лет, и она говорила со мной. Рассказала о том, как потеряла сознание на берегу. – Он вдруг замолчал, просто не мог выжать из себя то, чего так долго и бережно хранил в своей душе.
- Расскажи, - тихо попросила Алина, - Расскажи, как она умерла.
Святоша зыркнул на неё так жалобно, что у девочки защемило сердце, но она выдержала его тяжёлый, полный скорби взгляд и, медленно кивнув головой, добавила, - Мы верим тебе. Особенно после того, что видели вчера. Облегчи душу. Расскажи о её смерти. Возможно, это позволит понять, что же все-таки происходит.
Антон вопросительно посмотрел на Диму, увидел, как тот кивнул, соглашаясь с подругой.
- Ладно. Я попытаюсь, хоть это и не легко мне. Это случилось 16 марта. Весна и всё такое. Лера тогда была поглощена своим новым проектом. Она намеревалась обложить входную дверь ракушками. Ну, типа, сразу видно, что дом рыбака. Она вообще была затейливая, то жуков заливала эпоксидной смолой, а потом долго шлифовала получившиеся стекляшки, то придумывала конструкцию для поливки огорода. Постоянно что-то придумывала. Говорила, что хочет стать инженером или архитектором. В итоге, никем не стала.
В тот день она направлялась на берег за ракушками и я... Я увязался за ней, потому что не хотел оказаться дома один. Между прочим, долго потом размышлял, было ли это предчувствием или чем-то еще. Я сказал, что не хотел оставаться один, но, вероятнее всего, я просто побоялся отпускать её одну. Она позволила мне сопровождать её.
Мы неспешно прогуливались по берегу реки. Зашли куда дальше, чем нужно было. Пару километров, наверное, преодолели по направлению от водонапорной башни, почти до завода дошли. Мы никогда так далеко не заходили. Просто не было смысла. Там же нет ничего, а вот ракушки были. Лера шла, то и дело нагибаясь, чтобы подобрать находку. Скидывала ракушки в тяжёлую плетёную корзину, которую тащил я, и трещала о чём-то, не умолкая. О своих будущих проектах, о подругах. О том, что планирует уехать отсюда, когда закончит школу и что, когда устроится и станет архитектором или инженером заберет меня с собой. Я просто шёл и слушал. Мне всегда нравилась слушать её. А потом, внезапно мы услышали чьи-то голоса. Мужские голоса, доносящиеся откуда-то из леса. Те мужчины кричали друг на друга и приближались к берегу. Я хотел попросить сестру развернуться и пойти в обратном направлении. Что-то сильно не понравилось мне в тех голосах. Точно, даже и не скажу, что именно. Может гневные нотки в голосах кричавших или слова, которые они произносили. Я не помню, о чём был их разговор. Много раз пытался вспомнить, но ни одно слово из той речи, которая могла бы пролить свет на то, кем же был её убийца, не возвращались в мою память. Будто чёрная стена. Абсолютный мрак, через который мне не пробиться. Порой мне даже, кажется, я сам придумал его, тот мрак. Не забывайте, ведь я был совсем маленьким. Может это была защитная реакция моего мозга на произошедшее. Просто взять и всё забыть. Не знаю. Спустя эти четыре года я уже не верю, что мне удастся пробиться в свою память и выудить из неё хоть что-то, но я пытаюсь. Я пытаюсь…
Она тоже слышала голоса и прислушалась к ним. Потом сказала что-то, и я посмотрел на неё, как раз тогда, когда прогремел выстрел. Половину её головы снесло в воду вместе с тем выстрелом за мгновенье. Пару секунд она ещё стояла и смотрела на меня своим теперь единственным глазом. Она не поняла, что случилось, ведь во взгляде том не было ничего, ни боли, ни страха, только удивлённый немой вопрос вроде: «Ты слышал, как сгрохотало? Вот это да». Вот что я прочёл тогда на её лице, а потом тело её покосилось, и она упала на камни. Почти в воду. Сзади нас затрещали кусты, но я не обратил на это внимания. Склонился над Лерой, рассыпая по гальке собранные ею ракушки. Я смотрел, как из головы её хлещет кровь. Целый фонтан крови. Похоже, она уже не видела меня, когда вдруг сказала: «Ружьё», а потом взгляд её помутнел, стал стеклянным и безжизненным. Я не плакал и не кричал. Не попытался ей помочь. Да и как бы я мог ей помочь? Мне было девять. Просто смотрел, как из неё вытекает кровь и как ту кровь смывает вода.
Последнее что помню, это как за спиной моей кто-то сказал, совсем близко: «Он не видел нас. Выруби его». А затем кто-то сильно ударил меня по голове. Понятия не имею, сколько часов прошло, пока я был в отключке, но, когда я очнулся, уже темнело. Тело Леры исчезло и лишь бурые следы высохшей на камнях крови свидетельствовали о том, что всё это мне вовсе не приснилось.
Совершенно не помню, как я добрался до дома, но, когда рассказал всё следователю мне сказали, что скорее всего сестру перенесли куда-то и похоронили. Так они сказали. Но никто её не хоронил! Даже тогда, своим детским недоразвитым умом я понимал это! Над ней надругались! Выбросили куда-то словно мусор. Может даже сожгли.
- Мне жаль твою сестру, правда. Не думал... - Попытался посочувствовать Дима, когда друг, наконец прервал рассказ.
- Но она жива!!! - Взорвался Святоша. - Я видел её собственными глазами.
- Да понял я, понял. Чё ты орёшь то болван?!
- Вы не верите мне?! – Он с силой сжал в руках крест и принялся теребить его, потирая, будто это могло чем-то помочь.
- Конечно, верим, - заверил его друг, - ведь я только что удирал от тех двоих в пиджаках. Потому я и задержался. У меня чуть сердце не выпрыгнуло из груди, когда я понял, что они меня заметили, – признался Дима, - Прости, что не сказал сразу. Откровенно говоря, вообще не думал, что и говорить то придётся. Я думал блин у меня глюки! Но раз уж тут такое, тогда слушайте. - Сказал он друзьям и, не дожидаясь от Алины возможных гневных выпадов, поведал друзьям историю о Буффало произошедшую утром и о том, как он добрался до убежища.
- Так ты привел их сюда?! – В ужасе воскликнул Святоша и рванулся к выходу.
- Не дергайся. Я запер дверь на замок. Не думаю, что они видели куда я... Хотя, если честно не знаю. У меня до сих пор ощущение, что за мной гонятся.
- То есть ты не уверен? – Святоша снова заметался по убежищу, но уже по другой причине. Он был похож на белку, загнанную в западню.
- А куда мне было ещё идти? К себе домой? Если они знают о том, где живёшь ты, неужели ты думаешь они не знают где живу я? - Откровенно говоря, Дима тогда еще не знал о том, что пиджакам известно где живёт Святоша, но, когда он убегал, убежище показалось ему самым надежным местом. К тому же он понимал, что им просто необходимо собраться всем вместе.
- Слушай, я здесь уже 20 минут, и никто к нам не ломится. Так ведь?
- Может они просто выжидают? Слушают, пытаясь выяснить, что нам известно. Думают, что с нами сделать. – Не унимался Антон.
- Вижу, у тебя есть желание пойти и проверить так ли это? – Предложил Дима со злости, хоть и понимал, что виноват. Ему действительно не следовало вот так бездумно подвергать своих друзей опасности. Но что теперь делать? Уже поздно что-то менять.
«Вот я придурок! – Укорил себя Демон и тут же попытался оправдать себя. – Хотя он тоже хорош. Знал, что его искали и не предупредил нас об опасности. Тот ещё самаритянин! В жопу его».
- Нет. Желания нет. - Угрюмо ответил мальчик и так сильно сжал деревянный крест, что у него побелели костяшки.
- Давайте не будем сходить с ума и решать проблемы по мере их поступления. Судя по твоему рассказу, у твоей сестры не осталось воспоминаний о своей смерти. Для неё этих четырёх лет не существовало и все остальные тоже не знают об этом. Всё так?
- Так.
- Как такое возможно?
- Не знаю, - промямлил перепуганный Святоша, - но может, всё это как-то связано с появлением мужиков в твидовых пиджаках? Как думаете? – Предположил Антон, не сводя глаз с крышки люка.
- Вы оба не поняли главного, - заметила Алина, глядя на растерянные лица друзей. Приятели с любопытством посмотрели на неё. - Твоя сестра погибла на берегу. Не исключено, что именно в реке её и похоронили. Её тело ведь так и не нашли, правда? - Спросила она Святошу. Тот согласно кивнул.
- Они искали её и в воде, и в лесу, около недели, но поиски не принесли результатов.
— Это вовсе не значит, что она не там. Течение в нашей реке быстрое, бурное, стремительное. Те убийцы, могли перенести её тело, пока ты был без сознания. А могли выкинуть её там же, в реку, а течение сделало своё дело - унесло её далек
о.
Святоше ничего не оставалось, как признать, что такое развитие событий вполне могло быть. К тому же и все остальные думали также. Единственным вопросом оставалось, почему же её тело до сих пор не всплыло?
- Мы трое видели, как река исчезла, а потом появилась вновь. Почему это произошло, мы не знаем. Но я знаю точно, что никто кроме нас её отсутствие так и не заметил. Ты был в городе, и никто об этом феномене не обмолвился ни словом, правда же? Ни жители города, ни даже наши родные.
— Это правда, - подтвердил Демон, морщась от боли в оцарапанной руке, которую он так же попытался протереть тряпкой.
- Я вчера прогулялась уже вечером, хоть мне это и не свойственно…
«Опять соврала. Зачем? Пытаюсь защитить их от правды? Не поможет ведь, но…»
…но любопытство возобладало надо мной. Я слушала и приглядывалась к людям. Наблюдала, но ничего интересного так и не услышала.
(Куда ты уходила? Я видел, как ты уходила. Думала, я не заметил?)
Вернувшись домой я проверила в интернете и не нашла никаких упоминаний об исчезнувшей реке. И о других исчезнувших реках. Нет там никаких упоминаний. Никто никогда не упоминал об этом и не заявлял о свершившемся чуде. Я проверила и ту женщину и также ничего о ней не нашла. Вообще ничего, понимаете? Словно её не существует в природе. Я несколько раз перечитала письмо и тоже не обнаружила ничего необычного. Письмо, как письмо. Никаких шифров, тайных посланий или ещё чего-то.
Я вот что пытаюсь сказать, чудо это или проклятье, но река по какой-то причине вернула тебе сестру. Мы выясним это. Ты слышишь? - Она с упорством посмотрела на Антона, которому кажется, полегчало от её слов и от того настроя, с которым она их произнесла. - Дима слышал, как Буффало рассказывал о мужчине в твидовом пиджаке. Ангеле, который явился ему и попросил спугнуть детей с берега реки. Вы не понимаете, что ли? – Парни снова переглянулись и отрицательно закрутили головами. - Тот мужчина, судя по всему, наш самоубийца. Лично я в этом не сомневаюсь. Ангел он или нет, этого мы знать не можем, но он пытается уберечь нас от беды. Вполне возможно, что пробудь мы на берегу чуть дольше, нас бы заметили те самые сущности - эти ваши пиджаки.
«Блин, у меня от всего этого холод по коже» - подумал Дима, но конечно говорить об этом не стал.
- Он ведет нас, оберегает нас, и мы узнаем, в чем тут дело, чего бы нам это ни стоило. Так что, давай, рассказывай, что тебе известно об этой женщине. Надеюсь, ты всё уже проверил? - обратилась она к другу.
- Да, проверил. Это действительно она. Та самая женщина. Я признаться сомневался немного, но, я нашёл ту газету, в которой о ней упоминалось.
- Где же газета? – Насупилась девочка.
- Что? Нет. Я её не взял. Да она и не нужна. Еле отрыл её среди кучи газет, которые мамка когда-то складировала под окном. Хобби у неё такое было. Всё знать. Прям как у тебя. Иногда ты даже напоминаешь мне её. Только у тебя нет тех жутких мешков под глазами от непрекращающихся запоев. И пахнет от тебя намного лучше. Да хрен с ней. Не о моей мамаше речь. В той газете в маленькой заметке сообщалось о библиотекарше, которая получила какую-то там награду за какую-то хрень. Я не вдавался в детали…
- Мы заметили, - усмехнулась Алина.
Продолжение здесь