Павел Фёдорович сначала не поверил своим глазам, но вензель на колпачке золотого писчего пера был более чем однозначен – вещица принадлежала Её Императорскому Величеству Екатерине II, славной бабушке здравствующего царя Николая Павловича. И столь ценная вещица лежала, пылилась никому не нужная в обычной московской меняльной лавке.
- Это я удачно зашел, - наверное, подумал Павел Фёдорович Карабанов и начал торговаться с приказчиком на предмет покупки так неожиданно и счастливо обнаруженного раритета для своей коллекции. Торг окончился к взаимному удовольствию обеих сторон и 13 мая 1842 года господин Карабанов записал в своих бумагах для памяти:
«… К большому числу наследственного старинного серебра приобретены вещи царей: Василия Шуйского, Михаила, Алексия, Феодора, Иоанна, Софьи, в том числе стакан трудов Петра Великого; но всего замечательнее две вещи, принадлежавшие великой монархине. Первая: браслет с портретом Петра I, который она по восшествии на престол носила (впоследствии употребляла табакерку с его портретом). Вторая: золотое перо в оправе с ее вензелем, подаренное И. Ник. Корсаку, и куплено в меняльной лавке…»
Кто такой Корсак, за что и в связи с чем он получил в подарок этот драгоценный сувенир?
Это Иван Николаевич Римский-Корсаков – эффектный гвардейский офицер, который с подачи светлейшего князя Григория Потемкина на небольшой срок занял место около императрицы, то есть, называя вещи своими именами, стал ее фаворитом. Удивительно, но несмотря на долгую и вполне безбедную жизнь, нормальных портретов этого екатерининского фаворита не сохранилось. Видимо, не считал нужным, потому что хоть его придворная карьера была бурной, но недолгой, в Москве он жил на широкую ногу в большой и уютной усадьбе, которая пережила большевиков, но пала под градостроительным зудом Лужкова.
Чем прославился Иван Римский-Корсаков, кроме того, что провел около Екатерины II чуть больше года?
Говорят, хорошо играл на скрипке. Екатерина II почему-то называла его «Пирр, царь Эпирский». Знал ли сам Иван Николаевич, кто это такой – спорный вопрос, потому что став фаворитом, он решил соответствовать своей благодетельнице и решил устроить себе библиотеку, составить которую он попросил по следующему принципу:
«…Ну, знаете, большие тома внизу, а маленькие книжки вверху — как у Её Величества»
По поводу столь скорой отставки рассказывают, что Екатерина II отправила фаворита в Москву на вечное житье-бытье потому что застала его обнимающимся с подругой императрицы графиней Прасковьей Брюс. Но вот знаете, что-то этот вариант вызывает сомнения, так как Прасковья Брюс была ровесницей Екатерины и в то время, когда Римский-Корсаков стал фаворитом, им исполнилось по 50 лет. Думается, что у Ивана Николаевича имелось хоть какое-то подобие головы на плечах, чтобы не подставляться столь глупым образом. А вот то, что он начал нарываться на Потемкина и Екатерина II решила, что Светлейший ей гораздо нужнее, чем какой-то красивый мальчик и приняла сторону своего верного соратника, помощника и мужа.
Видимо, когда Римский-Корсаков получил отставку, Екатерина среди прочих подарков, оставила бывшему фавориту и писчее перо. Или подарила его ранее, когда он был в фаворе. Ну а потом, в Москве, видимо широкая жизнь потребовала оплаты и интересная вещица пошла в уплату какого-нибудь долга. Так и оказалась в меняльной лавке, где и попалась на глаза Карабанову.
Павел Фёдорович Карабанов, пожалуй, прожил жизнь поинтереснее и уж точно полезнее, чем фаворит императрицы. И деньги тратил с чувством и расстановкой – на собирание исторических древностей и раритетов. Из знатного рода и выгодно женатый на Варваре Ивановне Гагариной, он, начиная с 1792 года и на протяжении более полувека собирал древности и интересности: монеты, награды, картины, посуду, книги, все, что попадалось занятного и интересного. В результате, например, получилось:
«единственное собрание русских портретов, числом до 2700, какого нет нигде»
И вот такие раритеты вроде писчего пера, отысканного в меняльной лавке. А еще он записывал семейные предания, собирал старинные бумаги по местническим спорам, вел биографическо-генеалогические таблицы фрейлин русского двора XVIII и XIX века. Издатель журнала «Русская старина» потом были очень благодарен трудам Карабанова, а читающая и интересующаяся историей публика пришла в восторг, когда в 1849 году коллекционер издал каталог своего «Кабинета редкостей и разных древностей».
В надежде на то, что после его смерти коллекция останется в целости и сохранности без раздробления, Карабанов завещал ее Николаю I:
«… Посвятив всю многолетнюю жизнь свою на собрание Отечественных древностей, я нахожу в нем единственное утешение при старости. Если Его Императорскому Величеству благоугодно будет удостоить собрание мое Его Монаршим благоволением после моей смерти, то я счел бы за величайшую милость дозволение подвергнуть его к стопам Государя Императора. Это было бы для меня тем отраднее, что труд всей жизни моей сохранился бы от раздробления…»
Император благоугодно принял коллекцию на государственный счет после смерти владельца. И почти тут же поступил прямо противоположно тому, о чем просил Карабанов. Почти сразу после смерти коллекционера его коллекцию по приказу Николая I раздербанили между Оружейной палатой, Императорской публичной библиотекой и учреждениями, подчиненными Святейшему Синоду. Кое-что пропало, значительная часть так или иначе, в разных музеях сохранилась. Сейчас раритеты из коллекции Карабанова оказались раскиданы по еще большему количеству музеев и архивов. Конкретно это писчее перо Екатерины II хранится в музеях Московского Кремля.
Вот такая история с сувениром на память – дорогим канцелярским предметом, хранящемся в одном из самых авторитетных российских музеев.
-----------
Не ленитесь, ставьте лайки :) Они поднимают настроение и вместе с вашей подпиской помогают развитию канала. А еще на меня можно подписаться в Телеграме.