Встреча
— Галка! Как же я рада тебя слышать, Галочка моя дорогая!
У Натальи дрожал голос и чуть тряслись руки. Хотя и звонка от подруги она ждала, и кто звонит догадалась, ещё до того, как взяла в руки телефон. А всё равно было волнительно. Галка, та вообще похоже плакала, потому что слышалось шмыганье носом. И её можно было понять, оказалась на долгие годы в чужой стране, а на старости лет вообще одна. Мужа потеряла, а единственный сын где-то за океаном.
— Так что с Соней? — спросила подруга, после того, как улеглись первые страсти. — Я из твоего сообщения вообще ничего не поняла!
— Это трудно объяснить. И уж точно не по телефону. Ты приезжай, Галка, слышишь?! Девчонку спасать надо!
Оказалось, подруга уже и билет взяла. И даже доверенность на продажу квартиры сделала на одного порядочного знакомого. Теперь осталось только её дождаться, а там уж и решать вместе, как быть. Наталья Павловна чуть успокоилась и в который раз принялась анализировать вчерашнюю встречу с Соней.
В этот раз результат беседы порадовал. Отмена препарата сказалась положительно, девушка осознавала, кто перед ней, осмысленно отвечала на вопросы, да и выглядела не такой потерянной, как несколько дней назад. Только вот эмоций на лице не наблюдалось, совершенно никаких, как будто душа находилась за толстой бетонной стеной и достучаться до нее было невозможно.
Галка прилетела сразу после длинных выходных, рано утром. Наталья Павловна встретила гостью в аэропорту, отвезла в свою квартиру и отправилась на работу.
— Сниму сегодня твою племянницу на камеру, посмотришь, — пообещала подруге.
Этим же вечером Галина просматривала видео и, раз за разом включая повтор, вглядывалась в лицо повзрослевшей Сони.
— Как думаешь, если я её заберу, на правах родственницы, хуже не будет? — она не успевала вытирать слезы и они капали на экран телефона, размывая изображение. — А можно будет у тебя пожить, пока я своё жильё не куплю?
— Ну что за вопрос, живите конечно, — Наталья присела рядом с подругой.— Хуже точно не будет. И находясь рядом постоянно, ты лучше поймёшь проблему. Может мы и сумеем вернуть её.
На оформление необходимых документов потребовалось больше недели. Галина снова и снова подолгу разглядывала видео, присланные подругой и уже имела кое-какое представление о состоянии племянницы.
— На вскидку вроде бы ничего серьезного, — сделала вывод через несколько дней.— Разве только депрессия. И в то же время что-то не так.
— Вот и я о том же, — согласилась Наталья. — Там как будто оболочка от человека, а внутри пусто.
Печать
— Тётя? — девушка смотрела на Галину ничего не выражающим, пустым взглядом. — Да, я помню, мама рассказывала. Я всё помню. Мама умерла, потом пришла Вита. Папа заболел и тоже умер. А Вита добрая, она жалела меня.
Уже вторую неделю Соня жила вне стен интерната, полностью социализировалась, вспомнила события своей жизни, только продолжала оставаться по-прежнему безэмоциональной и безучастной ко всему. За это время подруги так и не разобрались в причинах Сониного состояния и решили применить радикальные меры. Наталья пригласила домой знакомого гипнотерапевта, только и гипноз понимания не прибавил. Даже в трансе девушка оставалась бездушной и до причин её состояния докопаться не получилось. Галина почти впала в отчаяние.
На ещё один метод, который решила испробовать подруга, Наталья никаких надежд не возлагала. Ну свозит Галка девочку на могилу матери... Что это даст? Скорее всего ничего. Так и вышло.
— Ни слезинки, — рассказывала Галина после того, как Соня заснула, — ни вздоха. Пустые, равнодушные глаза.
— Чего и следовало ожидать, — подытожила Наталья.— Зря ты это затеяла. Я же говорила, толку не будет.
— Зря, да не зря, — Галка как-то странно посмотрела. — Бабулька там одна была... Мы когда мимо неё проходили, она в Соньку так и вперилась взглядом, побледнела вся, пятнами пошла. Потом в мой рукав вцепилась и стала ахинею нести. Про печать какую-то, про женщину "тёмную" с родинкой над губой, которая ту печать прячет. И если её схрон не найти и не сжечь, Соня никогда прежней не станет и даже наверняка погибнет. Я руку выдернула и мы ушли. Сначала решила, что старуха сумасшедшая, а теперь сомневаюсь. Ты не помнишь, у Виты этой родинка есть?
Наталья молчала. Она вспоминала лицо Сониной мачехи и то неприятное чувство, которое охватило, когда Вита взглянула на неё.
— Я понимаю, о чем ты думаешь, — не замолкала Галка. — Образованная женщина, врач, психиатр. И такую ересь несёт. Но у меня нет выхода. И предположений, что происходит с Соней, тоже нет. Я пойду к этой чёртовой бабе и найду это чёртову печать.
— Иди, — от неожиданности Галина замолчала и уставилась на подругу. — Иди, — повторила Наталья. Другого выхода она не видела тоже.
Вита
— Я сестра Нины, бывшей хозяйки квартиры, — Галина пыталась быть вежливой, но сдерживалась с трудом. — Мне и нужно то всего дня три. Ну или пять, в крайнем случае. Пока жильё не найду.
Взгляд Виты не обещал ничего хорошего и Галка была уверена, что вот сейчас дверь захлопнется перед самым её носом. Но тут из квартиры напротив вышла соседка и замерла, уставившись в их сторону.
— Проходите, — недружелюбно буркнула Вита и отошла в сторону. — Три дня. Только три.
Из квартиры хозяйка выходила редко и ненадолго, часа на два - три и времени, чтобы найти печать, у Галины было катастрофически мало. Ещё бы знать, как эта печать выглядит, а то ведь вообще непонятно, что искать.
На поиски оставался один, последний день, "операцию" ждал провал и тут Галке помогла та самая соседка. Оказалось, это была подруга Нины, жила в доме с самого детства и Галину она узнала сразу. Виту женщина терпеть не могла, как впрочем и подавляющее большинство соседей, а когда услышала краткое изложение причины Галкиного здесь пребывания, сразу согласилась принять участие.
Как Раиске удалось так надолго задержать хозяйку вне дома, Галка не знала и думать об этом времени у нее не было. Она искала. Она перерыла всю квартиру, но ничего, что хотя бы отдалённо напоминало печать, на глаза не попалось. Уходила Галина в состоянии полного и абсолютного отчаяния, прихватив лишь старый (ещё родительский) альбом с фотографиями, найденный в дальнем углу на антресолях.
Уже вечером, в квартире Натальи, рассматривая фото сестры и родителей, обнаружила среди пожелтевших страниц странный лист с текстом и печатью. Текст был на латыни. И хоть обе подруги были с языком отчасти знакомы и прочесть его им труда не составило, содержание и смысл так и остались непонятыми. А печать так вообще была странной, какие-то витиеватые символы и загогулины, не похожие ни на что, виденное прежде.
Без слов, не сговариваясь и не глядя друг на друга, подруги подошли к газовой плите. Наталья включила конфорку, Галка поднесла к огню листок. Дым был чёрным. И едким. Настолько едким, что обе женщины закашлялись.
Соня проспала сутки. За эти сутки Галка чуть с ума не сошла, и пульс проверяла, и температуру, и давление. Все показатели были в норме и оставалось одно, ждать.
Запах свежесваренного кофе Галка почувствовала ещё во сне. Так и подумала, что сон, потому что был рабочий день и подруга уже давно уехала. Но нет, аромат был реальный и щекотал ноздри.
— Доброе утро, тёть Галь.
Соня, улыбаясь, поставила на стол чашку с дымящимся напитком, обняла, прильнула, словно маленькая девочка. Потом отстранилась, вытерла слёзы с Галкиного лица.
— Всё хорошо, я вернулась.
Эпилог
— То есть как это? — взгляд Виты, казалось, вот-вот прожжёт дыру в груди у нотариуса. — По какой причине я не могу получить свидетельство о праве на наследство? Других наследников нет, я это точно знаю, — и добавила чуть тише. —По крайней мере, дееспособных.
— Ошибаешься, дорогая, — увидев вошедшую Соню, несостоявшаяся наследница опешила. — Дееспособность мне вернули, так что... Давай прощаться, милая мачеха.
Лицо Виты покрылось пятнами разного цвета, от багрового до зелёного и, не произнеся ни слова, она выскочила в дверь, чуть не сбив при этом Галину.
— Оказалось, что не всё в этой жизни можно объяснить с точки зрения науки, прагматики и здравомыслия, — рассуждала Галка вечером за столом подруги. — Это так хорошо, Наташа, что ты вовремя забила тревогу. Спасибо тебе большое. Если б я сама не столкнулась, ни за что бы не поверила. Просто невероятно, как много ещё нам неизвестно о человеческой душе.
• • •
Начало здесь:
И здесь: