Есть портреты, которые, даже несмотря на сложность или невозможность установления личностей изображенных на них персонажей, являют собой явную редкость и представляют несомненный интерес. Вот, например, в коллекции Бородинской панорамы хранится литографированный «портрет неизвестного» работы неизвестного автора и датируемый первой половиной XIX в.
Главная деталь на портрете, моментально приковывающая к себе внимание, это, конечно, награда, носимая портретируемым на шейной ленте. Эту награду крайне неожиданно видеть на фоне статского, а точнее – партикулярного платья персонажа – фрака, жилета, сорочки с выпущенными «по-модному» поверх галстука краями воротника. Дело в том, что это награда, предназначенная исключительно для священнослужителей - Наперсный крест для священнослужителей за Отечественную войну 1812 года. Он был учрежден в 1814 г., в соответствующем Всемилостивейшем манифесте говорилось: «Священнѣйшее Духовенство НАШЕ, призывавшее предъ Олтаремъ Всевышняго теплыми молитвами своими благословеніе Божіе на Всероссійское оружіе и воинство, и примѣрами благочестія ободрявшее народъ къ единодушію и твердости, въ знакъ благоговѣнія къ вѣрѣ и любви къ Отечеству, да носитъ на персяхъ своихъ, начиная отъ верховнаго Пастыря включительно до Священника, нарочно учреждаемый для сего крестъ съ подписью 1812 года». В перекрестии бронзового креста были помещены те же изображения, что и на «всеобщей» медали «В память отечественной войны 1812 года». Носился крест на ленте ордена Св. Владимира.
Наперсный крест за Отечественную войну 1812 года запечатлен на целом ряде портретов, но в подавляющем большинстве случаев он украшает рясы православных священнослужителей.
В нашем же случае, как мы уже отметили в начале, наперсный крест носится при совершенно обычном мирском одеянии. Объяснение этому факту кроется, видимо, в последовавшем в 1816 г. позволении награждать наперсным крестом и протестантское духовенство. Вот, видимо, пастором одной из протестантских церквей, возможно, в Санкт-Петербурге или остзейских провинциях и является наш персонаж. При этом, судя по наличию у него также 3-ей степени ордена Св. Станислава, уже инкорпорированного в российскую наградную систему, можно предполагать, что портрет создан не ранее 1831 г. А учитывая его еще не старый возраст, можно заключить, что в 1812 г. он состоял действующим священнослужителем, будучи еще совсем юным.
И какая своеобразная получается ситуация – протестантский пастор, пожалованный наперсным крестом, изначально созданным для награждения православного духовенства, а также орденом, изначально учрежденным в католическом государстве (Польше) в честь католического святого!
Увы, продвинуться дальше этого я не могу, личность персонажа портрета остается мне неизвестной.
Но вернемся к проблеме редкости таких портретов. Всего было отчеканено и выдано награжденным 40 тыс. наперсных крестов за Отечественную войну 1812 года, совершенно очевидно, что подавляющее их большинство досталось православным священникам. Однако, в соответствии с решением 1816 г, какая-то часть должна была перепасть и протестантским пасторам. Тем не менее, помимо рассматриваемой нами литографии из Бородинской панорамы, мне удалось найти лишь еще один портрет протестантского священника с такой наградой – рисунок В.И. Гау из собрания Ярославского художественного музея
Как видим, в данном случае пастор носит наградной наперсный крест (верхний) поверх стихаря (так, кажется, называется это одеяние, если я не ошибаюсь).
На оборотной стороне портрета имеется надпись, сделанная собирателем В.В. Ашиком: «пасторъ - Олевисте Mayer? Майер?». Олевисте – это церковь Св. Олафа в Ревеле (Таллине), где служил изображенный на рисунке священник, если, конечно, высказанная Ашиком версия относительно его личности верна.
Более портретов протестантских пасторов, награжденных наперсным крестом за Отечественную войну 1812 года, мне найти не удалось. Но по идее, возможно, таковые существуют.
Все использованные в материале изображения взяты из открытых источников и по первому требованию правообладателей могут быть удалены.