Маленькое эссе по поводу выставки в галерее фонда Андрея Чеглакова «В негасимом свете Москвы»
Текст: Галина Мумрикова
По-моему, всегда интересно увидеть давно знакомое и до боли родное со стороны – непременно узнаешь что-то новенькое. Это уж как пить дать. Вот так, со стороны, я взглянула на фотографии итальянского художника Джампьеро Ассуммы, представленных на выставке в галерее.
Фотограф приехал в Москву пять лет назад, а до российской столицы жил в разных городах Европы, придумывал проекты и воплощал свои идеи в жизнь. Все из них по сути были «долгоиграющими», занявшими немало времени, начиная с первого, когда в начале 1990-х начинающий фотограф заинтересовался историей заброшенной промышленной площадки в Баньоли, что вблизи его родного Неаполя. Потом были другие серии и циклы, в которых художника больше всего интересовали возможности человека, точнее, предел этих возможностей. Особенно сильное впечатление производит его продолжавшийся почти 14 лет проект «Нижний мир», в котором он погрузился в повседневную жизнь подопечных итальянских судебных психиатрических больниц, пока их в 2015 году не закрыли окончательно. В Будапеште Ассумма снимал бездомных. Представляю, как это было не просто трудно – почти невозможно, почти на разрыв. Недаром он получил в Венгрии за этот цикл первую премию на конкурсе в категории «Социальная документалистика». Впрочем, настоящий мастер, как правило, может и умеет всё: портреты, документальный жанр, уличная фотография.
Уличной фотографией сейчас занимаются все, и у некоторых любителей порой получаются весьма неплохие снимки. Но Джампьеро – не любитель, он – профи, а потому его уличная фотография – это никогда случайный тривиальный или постановочный кадр. В его, на первый взгляд, картинках нет ничего особенного. Просто улицы, просто люди. Они идут под дождем, переходят дорогу, прогуливаются. Они живут здесь и сейчас. Живут в Москве и дышат ее воздухом. Так вот фотографии Джампьеро словно бы дышащие одним с Москвой воздухом. В них много чувства, которое до конца понять может только тот, кто в столице действительно живет давно…
Однажды Джампьеро сказал, что ему «очень нравятся московская энергетика, богатая история и уникальная культура города, нравится открывать для себя новые кварталы, новые достопримечательности и скрытые «жемчужины».
Наш итальянский фотограф не знал, какой была Москва даже двадцать-тридцать лет назад – та, канувшая в Лету, по которой многие ностальгически вздыхают, ругая новых застройщиков, вспоминая, видимо, как же было здорово жить в коммуналках и стоять в очередях. Впрочем, давайте без ностальгии и без политики. С позитивом.
Чем мне понравились работы Джамьеро Ассуммы? Вот этим самым позитивом. Без парадного фанатизма. Да просто без фанатизма. Глядя на некоторые из них, мне вспоминаются наши лучшие советские фотографы и фотокорреспонденты, которые работали по-разному, в разных изданиях, начиная с легендарного Александра Родченко, Владимира Лагранжа, Бориса Игнатовича, Дмитрия Бальтерманца, и которые тоже снимали и Москву и москвичей. Они тоже фиксировали и документировали.
Москва Джампьеро – порой просто контурная, где-то там, далеко, за высокими фасадами. А он угадывает, что там, за фасадами, своя жизнь, которую мы не видим, но слышим, чувствуем. Порой это фабричный индустриальный снимок, напоминающий тяжелыми трубами «Титаник» только «московского розлива». Москва даже обшарпанная, морозная и дождливая, веселая и грустная. Наполненная людьми, которые чаще спешат нежели расслабляются. Фотографии огромных густонаселенных домов не оставляют зрителю никакой альтернативы: мы все там, за стенами, иногда даже не в состоянии открыть окно, как в старые добрые времена. К этой новой Москве надо еще привыкнуть. Хотя можно и не привыкать, потому что в ней все рядом – старое, низенькое, но просторное и высокое и новое – пока еще непонятное и которое надо всем нам «переварить».
А Джамьеро Ассумма продолжает ходить по городу с фотоаппаратом. В одном из интервью он сказал: «Я определенно почувствовал особый ритм Москвы, какого нет ни в одном другом городе, где я жил раньше. Здесь всегда кипит жизнь, всегда что-то происходит. Я постигал культурные корни Москвы и образ жизни москвичей и постепенно начал ценить уникальный характер столицы. Москва – многолика, но ощущается как единое целое. И… это не просто город – это судьба тех, кто называет ее своим «домом».
Теперь Москва – и его дом: у него здесь родился сын.
Фото автора и Алисы Макаровой
# искусство#выставки#фонд Андрея Чеглакова#В негасимом свете Москвы#Джамьпьеро Ассумма#