Сергей не поверил своим глазам и буквально остолбенел. Ему казалось, что это сон, галлюцинация. Такого не может быть. Он выскочил из комнаты, захлопнул дверь, сбежал по лестнице, вылетел на крыльцо и жадно начал хватать морозный воздух. Что за чертовщина? Такого быть не может! На улице было темно и морозно. Спустя какое-то время он, наконец, вернулся в дом. Всю ночь не спал, прислушивался. В кабинете было тихо.
Утром выпил кофе, собрался с мыслями и снова зашел туда. На столе так же лежала открытая тетрадь. Он взял ее дрожащими руками, пролистал — все страницы пустые.
Задумался. А потом взял ручку и написал:
«Хочу, чтобы Оля мне позвонила».
Оля была его давней, пока единственной любовью. Они долго встречались, а потом расстались из-за того, что отношения зашли в тупик. Она хотела кольцо и замуж, а он был не готов. Она ушла, он продолжал ее любить, следил за ее жизнью и знал из соцсетей, что она готовится к свадьбе с другим мужчиной.
Из омута грустных воспоминаний его выдернул звонок мобильника с первого этажа. Сергей сбежал вниз и посмотрел на экран. Да, спустя два года тишины звонила Оля.
— Привет. Узнал?
— Привет. Конечно.
— Ты как будто ждал моего звонка и совсем не удивлен.
— Нет, нет, удивлен. Как ты?
Когда Сергей закончил разговор, он еще долго сидел на диване и смотрел в одну точку. Неужели совпадение? Или все-таки тетрадь?! Получается, тетрадь исполнила его желание. А значит, а значит… Все, чего он захочет, может исполниться?
***
И у него началась другая жизнь — счастливая, в которой исполнялись все желания. Сначала он проверял свою тетрадь в мелочах. Он избегал неприятных встреч, он находил деньги на улице или в почтовом ящике, когда они ему были очень нужны, он отыскивал дешевые билеты в бизнес-класс, он смог купить квартиру в центре города, он наладил отношения с Олей. Теперь не было никаких финансовых проблем и скучных бытовых забот. Жизнь налаживалась, она стала идеальной, а рядом была любимая женщина.
Но он не был счастлив.
Работу забросил. Ему не нужно было больше писать рассказы, чтобы заработать деньги. Он плохо спал, а если проваливался в сон, то видел себя в лабиринте, в котором тысяча дверей, и никак не найти выхода. У него часто болела голова, и по утрам он чувствовал слабость. Перед тем как что-то загадать, он думал: а нужно ли это ему? А может, попробовать достичь цели самостоятельно? Но это было слишком трудно. Ведь достаточно только написать, что хочется, и желание исполнится моментально. Оля замечала, что Сергей нервничает по пустякам, и часто ему об этом говорила.
— Ты видела, как эта тетка на меня смотрела в очереди на кассу?
— Какая?
— Которая перед нами стояла.
— Ну ты толкнул ее тележкой. Скажи спасибо, что только смотрела, а не начала кричать.
— Да она… как-то подозрительно смотрела.
— Ты что, преступник, чтобы на тебя подозрительно смотреть?
— Нет, конечно, какой я преступник. Скажешь тоже.
Сергею казалось, что все вокруг знают о его секрете и поэтому пристально смотрят на него. Но о тетради он никому не рассказывал, даже Оле, поэтому знать никто не мог.
Ему постоянно казалось, что он проживает чужую жизнь. Он устал от своего состояния и начал понимать, что так больше продолжаться не может. Хотя еще сложнее было отказаться от этого рога изобилия, из которого на тебя сыпались все блага мира.
После очередной бессонной ночи и невыносимого утреннего кошмара с лабиринтом, Сергей понял, пора заканчивать играть с тетрадью. Он решил, что загадает свое последнее, самое сокровенное желание и больше никогда ни о чем не будет просить тетрадь.
После чашки кофе Сергей написал: «Моя новая книга стала бестселлером, и ко мне пришла мировая слава». На следующее утро он обнаружил на своем столе готовую рукопись книги, прошитую, идеально отформатированную, под названием «Цена успеха».
Он отправил ее в издательство, и на следующий день рано утром ему позвонил издатель:
— Сереж. Ты… ты гений. Не зря столько молчал и думал. Тебя узнает весь мир!
Так и случилось. Книга была напечатана в короткие сроки и стала бестселлером. Сергей купался в лучах славы. Его хвалили критики, его приглашали на интервью, их семьей стали интересоваться репортеры. Его номинировали на высокую литературную премию, и, конечно, он ее получил.
В тот вечер после банкета в честь премии Оля и Сергей вернулись домой и сразу провалились в хмельной сон. Давно ему так крепко и сладко не спалось. Но посреди ночи он открыл глаза услышал тот самый стук. Опять она!
Его пробил холодный пот. Что нужно этой всесильной тетради от него сейчас? Он тихо прошел в кабинет, закрыл дверь, включил настольную лампу и достал тетрадь из нижнего ящика, который всегда запирал на ключ.
Тетрадь открылась посередине, и там появилась надпись: «Ты получил все, что хотел. Теперь пора платить».
В этот момент раздался звонок в дверь, а потом кто-то начал тарабанить:
— Серег, твоя машина горит! Мы не успели отогнать! Серег, давай быстрее! — кричал в панике сосед.
После этой ночи жизнь Сергея превратилась в кошмар. Оказалось, что сделка на квартиру была заключена с мошенниками, и ему предстояло скоро выехать. Машина сгорела, деньги, которые у него лежали на счету, исчезли. Банк не мог объяснить, как это произошло, обещал разобраться, но когда это случится — было непонятно. Но самым страшным стала болезнь его отца, который давно жил в другом городе за много километров. Он ему позвонил однажды вечером из больницы:
— Ты же знаешь, никогда ничего не болело, ничего не беспокоило. Медосмотры регулярно проходил. Не пил, не курил. А тут вчера как сердце прихватило… думал: все. Хорошо — скорая успела. Сказали, сердце изношено, как у девяностолетнего старика. Что-то там с клапаном. Операция нужна. Врачи удивились, когда посмотрели мои старые анализы. Как будто и не мои, они говорят.
Сергей слушал молча.
— Мы тебя вылечим, пап. Я приеду скоро, только дела тут свои закончу.
Он сидел с телефоном в руках в темной комнате и понимал, что все это случилось из-за его глупости и лени. Только он виноват в болезни отца и теперь не знает, что делать.
— Оль, нам нужно поговорить! — после долгого раздумья закричал он. Голос эхом прокатился по полупустой квартире и затих. Ольга ему не ответила.
— Оль!
Снова тишина.
Сергей прошел по всем комнатам, проверил гардероб. Там не было вещей Ольги, большой чемодан тоже исчез.
Все понятно. Все вполне ожидаемо.
Сергей зашел на кухню, нашел в шкафу огромную алюминиевую чашку для замешивания теста, принес тетрадь, швырнул ее в миску, несколько раз чиркнул зажигалкой и поджег. Пламя охватило листы, красивая красно-золотая обложка начала плавиться. Он дождался, когда тетрадь превратится в пепел, залил миску водой и ушел в спальню.
Сергей провалился в сон, но вскоре его разбудил все тот же ужасно знакомый стук. И стук доносился из кабинета.
Несколько раз Сергей пытался избавиться от проклятой тетради. Выбрасывал ее с моста в реку, опять сжигал, рвал на мелкие кусочки. Но она возвращалась вновь и вновь.
В один из кошмарных вечеров, какие были теперь как две капли воды похожи один на другой, зазвонил его телефон. Неопознанный номер. Сергей снял трубку.
— Сережа, здравствуйте!
— Здравствуйте.
— Это Семен Васильевич. Помните такого?
— Семен Васильевич? А-а, да-да, конечно, — Сергей с трудом припомнил старого издатели, с которым когда-то писал рассказы в деревенской глуши.
— Я вот что-то про вас вспомнил и заодно про наше совместно творчество. Хотел узнать, закончили вы свои рассказики?
–- Нет, Семен Васильевич, к сожалению, нет. Как тогда вы уехали, так я и бросил. Не до того было совсем.
— Ну как же так, милый мой, Сережа... Столько сил, столько идей. И, что самое страшное, такое неуважение к бумаге.
— Что вы имеете ввиду?
— Это только говорят, что бумага все стерпит, а оно не так. Она не терпит незаконченных фраз, предложений, незаконченных историй. Понимаете? Если что-то начали писать, то и закончить нужно. Без многоточий, без недомолвок. Понимаете меня?
— Кажется, понимаю, Семен Васильевич.
— Вот-вот. Допишите все, что начали. Это я вам как опытный редактор и автор говорю.
— Хорошо, я все закончу сам.
— Да. Ну, прощайте, Сережа.
— Мы же еще встретимся?
Связь оборвалась, ответа Сергей так и не услышал.
Он пошел в кабинет, взял тетрадь, открыл ее на последней странице и медленно написал: «На этом история с тетрадью заканчивается. Я возвращаюсь к реальной жизни и буду создавать свое настоящее и будущее сам. Забери все, что ты мне дала и верни все, что отняла».
…он открыл глаза.
Электричка медленно пробиралась через заснеженный лес. Тарахтела, вздрагивала и гудела. Сергей кутался в куртку и прижимался головой к запотевшему стеклу.
Приснится же такое… Или это был не сон? Тетрадь, звонки, слава, деньги, Оля. Оля? Сергей достал телефон, просмотрел последние вызовы. Звонков от Оли там не было.
Электричка остановилась, он вышел на перрон и зашагал в сторону деревни. Нужно было убрать и подготовить дом на продажу. Голова кружилась, мысли путались, как после очень реалистичного сна, когда не понимаешь, это все правда приснилось или все-таки было наяву.
На перекрестке он остановился, поразмыслил несколько секунд и резко повернул. Он шел к дому Семена Васильевича. Вот, наконец, очень знакомая калитка. Он забарабанил кулаком.
— Ну, кто там? Кто там? — послышался незнакомый голос. Из окна высунулся лысый старик. — Вы ко мне?
— Здравствуйте. Я ищу Семена Васильевича.
— Какого еще Семена Васильевича? Не знаю такого.
— Э-э, так он жил здесь какое-то время, пока вы в больнице были...
— Говорю вам, не знаю такого. Ни в какой больнице я не был. Живу тут уже сто лет и еще столько же проживу. Вы перепутали дома, наверное.
— Да, наверное, да. Точно, перепутал или приснилось, — радостно воскликнул Сергей. — Спасибо!
Он развернулся и было хотел уже пойти к своему дому, но тут его взгляд скользнул по горе дров, которая лежала у входа. Дрова были большие, грязные, а сверху на них лежала чистенькая резная трость. Та самая трость, которую Сергей ни с чем бы не перепутал.
— Извините, что это? — закричал он хозяину, который все еще наблюдал за ним из окна.
Сергей аккуратно взял трость и показал ему.
— А, это? Интересная вещица, но ненужная. Я вернулся из города, а она посреди двора лежит. Собаки, наверное, притащили. Ну я ее и кинул в дрова, потом в печке спалю. А что добру пропадать? В хозяйстве все пригодится.
Автор: Юлия С.