Найти в Дзене
Прощай, Союз!

Секретная миссия американских дипломатов в Москве / Радио-выстрелы в столичных парках

Вечером 23 ноября 1982 года в Москве, у подъезда многоэтажки в районе Крестьянской заставы, где обитали семьи американских дипломатов, прогуливалась эффектная дама в вечернем платье. Несмотря на холод, её обнажённые плечи прикрывала лишь небольшая норковая пелерина. Эмилия Гебхардт умела произвести впечатление на мужчин; не стали исключением и сотрудники наружного наблюдения КГБ, дежурившие возле дома. Когда она неловко уронила в лужу свой клатч, один из оперативников в сердцах обозвал её растяпой. Но на деле спектакль Эмилии был лишь прикрытием для её мужа, Карла Гебхардта; каких-то 15 секунд шефу посольской резидентуры ЦРУ хватило на проведение секретной операции. Американский разведчик выскользнул на балкон их квартиры с небольшой сумкой. Повернув её боковой стороной строго на юг, он нажал потайную кнопку; внутри была спрятана последняя разработка техников ЦРУ — портативный передатчик. Он позволял мгновенно пересылать большой объём информации на огромное расстояние в виде сверхбыс
Оглавление

Вечером 23 ноября 1982 года в Москве, у подъезда многоэтажки в районе Крестьянской заставы, где обитали семьи американских дипломатов, прогуливалась эффектная дама в вечернем платье. Несмотря на холод, её обнажённые плечи прикрывала лишь небольшая норковая пелерина.

Эмилия Гебхардт умела произвести впечатление на мужчин; не стали исключением и сотрудники наружного наблюдения КГБ, дежурившие возле дома. Когда она неловко уронила в лужу свой клатч, один из оперативников в сердцах обозвал её растяпой. Но на деле спектакль Эмилии был лишь прикрытием для её мужа, Карла Гебхардта; каких-то 15 секунд шефу посольской резидентуры ЦРУ хватило на проведение секретной операции.

Американский разведчик выскользнул на балкон их квартиры с небольшой сумкой. Повернув её боковой стороной строго на юг, он нажал потайную кнопку; внутри была спрятана последняя разработка техников ЦРУ — портативный передатчик. Он позволял мгновенно пересылать большой объём информации на огромное расстояние в виде сверхбыстрого закодированного сигнала, так называемого радио-выстрела.

Испытание новой шпионской аппаратуры прошло удачно. Получив такое устройство, агенты ЦРУ на нашей территории были бы практически неуловимы для советской контрразведки.

Именно на это и делали ставку американцы!

Часть 1

Неизвестный сигнал, который исходил из района Крестьянской заставы в Москве ноябрьским вечером 1982-го года, зафиксировали станции слежения радиоконтрразведки КГБ. При замедленном воспроизведении стало понятно, что он содержит большой объём зашифрованной информации, а значит, в деле замешана иностранная разведслужба.

По времени сигнал точно совпадал с показательным выступлением жены первого секретаря американского посольства, Карла Гебхардта.

-2

В Комитете госбезопасности знали, что именно он руководит резидентурой ЦРУ в Москве. Но куда ушло зашифрованное сообщение? И главное — какую информацию оно содержало?

Расшифровка запеленгованного сигнала могла занять слишком много времени, поэтому в КГБ решили найти его источник и как можно скорее.

Между тем это был уже второй радио-выстрел, а первый станция слежения за эфиром зафиксировала ещё 6 ноября, и прошёл он откуда-то с северо-востока Москвы. Более точные координаты тогда получить не удалось, но неизвестный сигнал вызвал в КГБ серьёзное беспокойство, и на то были причины.

В 70-е — 80-е годы соперничество в эфире между Советским Союзом и США достигло невиданных масштабов; шла настоящая тайная война, в которой обе стороны применяли новейшую и самую совершенную технику.

Чего только стоил огромный комплекс радиоэлектронной разведки АНБ, спрятанный под крышей посольства Соединённых Штатов в Москве. Там располагалось оборудование для прослушивания, устройства записи и мощные вычислительные машины для анализа перехваченных сигналов. Количество техники, сосредоточенной в американской дипмиссии, было так велико, что перегрузки электросети дважды приводили к серьёзным пожарам на верхних этажах.

-3

В те годы в КГБ не раз сталкивались с попытками американцев использовать хитроумные шпионские устройства и за пределами посольства. Чтобы разместить их поблизости от советских секретных объектов, ЦРУ шло на всевозможные ухищрения.

В августе 1973-го года работники американского посольства Ричард Корбен и Гарри Ветерби вместе с женами решили посетить музей-заповедник «Бородинское поле» под Можайском. Оба дипломата занимали скромные должности в представительстве, но на деле были сотрудниками ЦРУ. Ничего предосудительного в этой поездке не было, но в контрразведке КГБ знали о их принадлежности к резидентуре и решили на всякий случай проследить за ними.

В назначенный день, несмотря на сильный дождь, семейные пары выехали на автомобиле к месту исторической битвы. Стремясь уйти от слежки, они мчались с огромной скоростью, нарушая все правила, но сотрудникам ГАИ была дана команда не останавливать дипломатов. В контрразведке понимали, что на пустынном шоссе американцы заметят автомобиль наружного наблюдения, поэтому от сопровождения их машины тоже решили отказаться.

Поступили хитрее: вдоль трассы разместили скрытые посты. Анализ показал, что за Можайском американцы надолго задержались; либо останавливались, либо отклонились от разрешённого маршрута.

-4

Оперативная группа попыталась разыскать следы, но их уничтожил дождь.

Через несколько дней два подростка, которые собирали неподалёку грибы, наткнулись на искусно сделанный пластиковый пенёк; внутри него было спрятано непонятное устройство размером с футбольный мяч. Вскоре сотрудники КГБ обнаружили поблизости и второй такой аппарат, закамуфлированный под пенёк. Стало понятно, что экскурсия дипломатов в Бородино была лишь предлогом для установки суперсовременного шпионского оборудования.

Локаторы устройства установленного в пригороде Москвы были нацелены на расположенный поблизости военный полигон, где как раз в это время проходили испытания нового зенитно-ракетного комплекса С-300; это позволяло записывать сигналы, с помощью которых шло управление ракетами. В виде короткого радио-выстрела они передавались на американский спутник-шпион.

Но теперь на территории Москвы начала действовать ещё более совершенная техника? Сигналы, которые в 1973-ем году отправляли на орбиту электронные пеньки-разведчики, были сходны по своей структуре с теми, что зафиксировали сотрудники КГБ в ноябре 1982-го, а значит, эти новые сверхбыстрые передачи тоже могли быть направлены на шпионский спутник.

Проверка показала, что в те моменты, когда в эфир прошли неопознанные сигналы с северо-востока Москвы и из района Крестьянской заставы, спутники США над столицей не пролетали. Куда же поступали радио-выстрелы и кто их отправлял? Сотрудники ЦРУ, автоматическое шпионское устройство или неизвестный агент, завербованный американцами?

Чтобы ответить на эти вопросы, в комитете госбезопасности была сформирована оперативная группа; в неё вошли сотрудники американского отдела контрразведки КГБ и специалисты из Управления «Р».

На первом же совещании опергруппы в декабре 1982-го выяснился факт, которому до этого не придавали значения: оказалось, что месяцем раньше, когда был зафиксирован первый радио-выстрел, ещё одна семейная пара американских дипломатов, второй секретарь посольства Билл Планкерт и его жена, гуляли в Останкинском парке.

В Москву второй секретарь прибыл недавно, и поводов подозревать себя в работе на спецслужбы пока не давал.

В парке Планкерт с женой ни с кем не встречались, не пытались уйти от слежки, а спокойно прогуливались у всех на виду. Затем супруги сели на скамейку, которая хорошо просматривалась со всех сторон, достали из обычной хозяйственной сумки бутерброды и не спеша пообедали. Одним словом, ничего подозрительного наружное наблюдение тогда не заметило.

Теперь же стало понятно, что прогулка американцев не случайно совпала по времени с первым радио-выстрелом, зафиксированным на северо-востоке Москвы (именно там расположен Останкинский парк).

Наблюдение за Планкертом усилили, а количество передвижных пеленгационных станций увеличили, чтобы быть во всеоружии к моменту следующей радиопередачи. Ждать её пришлось больше месяца, и прошла она в самое неподходящее время — вечером 31 декабря, когда оперативники стремились скорее попасть домой.

Новый радио-выстрел прошёл с территории музея-заповедника «Коломенское», туда сразу же направилась оперативная группа. По дороге запросили у поста наружного наблюдения, который находился у американского посольства: кто из подозреваемых дипломатов недавно выехал в город — Гебхардт или Планкерт? Однако оказалось, что ни один из них здание дипмиссии не покидал.

А может быть, передачи вели вовсе не американцы?

Всё прояснилось, когда оперативная группа добралась до Коломенского: там гулял атташе посольства Филипп Рейнолдс с женой и маленьким сыном.

-7

Но получить доказательства, что именно он совершил радио-выстрел, не вышло. В резидентуре ЦРУ всё хорошо рассчитали: в предновогодний день Москва стояла в пробках, оперативники застали посольскую машину уже отъезжающей от входа в парк.

В оперативной группе КГБ отметили, что семьи американских дипломатов зачастили в московские парки, причём по времени эти прогулки совпадали с загадочными сигналами, и каждый раз у американцев была с собой хозяйственная или спортивная сумка.

Следующий радио-выстрел раздался 9 января уже из Царицынского парка: в тот воскресный день там дышали свежим воздухом первый секретарь посольства и по совместительству резидент ЦРУ Карл Гебхардт и его жена Эмилия, и опять американцы покинули парк до приезда оперативной группы.

По словам сотрудников наружного наблюдения, американцы не пытались остаться незамеченными; наоборот, благодаря Эмилии их фигуры бросались в глаза издалека — на женщине были яркая куртка и шапка.

У развалин большого дворца пара остановилась якобы, чтобы сделать несколько фотографий. Свою сумку Гебхардт поставил на снег, но затем почему-то слегка развернул её. Эмилия же в этот момент внимательно оглядывала всё вокруг, будто выбирая план для нового снимка.

-8

В оперативной группе поведение Эмилии расценили однозначно: она явно пыталась выявить слежку. То, что жёны сотрудников ЦРУ помогают им в проведении операций, в КГБ прекрасно знали, ведь работа в Москве могла стать трамплином для дальнейшей карьеры мужа.

К тому же семейный подряд позволял неплохо подзаработать и самим жёнам; их подвижничество прекрасно оплачивалось. Вот и свою супругу Карл Гебхардт оформил в резидентуру на хорошие деньги, тем более что перед поездкой в СССР она прошла подготовку на специальных курсах в Лэнгли.

Артистичная Эмилия Гебхардт никогда не отказывалась от участия в рискованных операциях, правда изначально планировалось, что 9 января в Царицынском парке будет гулять другая пара — Ричард Осборн с женой и дочерьми.

-9

В Москву Осборн прибыл в августе 1982-го в качестве первого секретаря экономического отдела американского посольства, но на деле был заместителем руководителя Московской резидентуры ЦРУ.

Однако Карл Гебхардт заметил, что его зам не проявляет особого желания участвовать в операциях за пределами посольства, предпочитая заниматься кабинетной работой. На ответственное задание в Царицыно начальник отправился сам вместе с женой Эмилией.

Так чего ради мёрзли в этот день американский разведчик и его жена?

Читать далее>>>

Друзья, мой канал не является коммерческим!

Вы можете отблагодарить меня за представленную информацию следующими способами:

  • поставить лайк
  • написать любой короткий комментарий под этой статьёй
  • сделать репост на своей странице, в социальных сетях или личных сообщениях
  • подписаться на канал Прощай, Союз!

Другие статьи автора на Дзен: