— Максим, когда ты меня познакомишь с родителями? — с обидой спрашивала Марина. — Мы уже третий раз ужинали у моих, а твоих маму и папу я даже ни разу не видела.
— Да, Марина… как-то надо собраться, — неуверенно ответил молодой человек. — У отца много работы, он устаёт… возраст всё-таки.
— А сколько ему?
— Шестьдесят три.
— Ого!
— Да, но так и маме скоро шестьдесят.
— Она тебя в тридцать пять родила, получается?
— Почти.
— Странно, что ты никогда не рассказываешь о своих родителях. Я о них почти ничего не знаю.
— Да как-то рассказывать особо нечего, они у меня самые обычные, — Максим отвёл взгляд в сторону и попытался сменить тему.
На улице была настоящая зимняя сказка. С неба падал огромными хлопьями снег, освещаемый фонарями городского парка; чуть дальше стояли здания, украшенные новогодней иллюминацией. Шла вторая половина декабря.
— Ну, на новый год-то мы хотя бы съездим к твоим родителям? — настаивала девушка. — Хороший повод для знакомства.
— Ладно, — коротко ответил Максим. — Тебе не холодно? А то может, такси вызвать?
— Нет, такая чудная погода, — мечтательно ответила девушка, — я хочу прогуляться пешком.
Чувствуя некую недосказанность (и неловкость в связи с этим), парень сказал:
— Просто я сейчас немного не в ладу с ними.
— Сейчас? — поинтересовалась Марина. — Вы поссорились?
— Нет, Мариш, мы не ссорились. Просто у меня всегда были напряженные отношения с родителями.
— Ты же младший ребенок? — уточнила Марина. — Младших обычно любят сильнее.
— Я младший и поздний ребёнок. Когда я родился, Косте было уже двенадцать лет, а Лене – девять. Родители меня не ждали. Отец настаивал на аборте. А мать согласилась и даже к врачу пошла. Только из-за ошибки медиков я остался в её утробе. И родился. Как там говорят? Я — жертва неудачного аборта. Самая настоящая.
Максим искренне и открыто рассмеялся. Марина грустно улыбнулась.
— В общем, ладно, — продолжал парень, — не хочу сейчас об этом говорить. Просто у нас натянутые отношения.
Марина посмотрела на своего молодого человека с сочувствием. Но всё же попыталась «оправдать» его родителей.
— Может, ты всё несколько драматизируешь? Может, ваши нынешние натянутые отношений никак не связаны с тем, что они тогда, 25 лет назад, не хотели, чтобы ты появился на свет? Всё-таки ты уже взрослый и самостоятельный, от них никак не зависишь. Чего бы им теперь не радоваться тому, что ты есть?
— Напрямую это не связано, конечно, — согласился Максим, — но всё тянется оттуда, я думаю.
Марина больше не стала затрагивать эту тему в тот вечер, решив, что когда-нибудь ещё поговорит с Максимом о его отношениях с родителями.
Случай выпал как раз в новогодние дни: второго января Максим повёл девушку к своим родителям на новогодний обед, который одновременно стал и смотринами.
Атмосфера там оказалась тяжёлая. Марина даже не могла толком понять, в чём именно дело. Что конкретно не так в отношении родителей к сыну. Этот странный и непонятный настрой с их стороны перешёл и на неё. Марина это остро ощутила.
Хотя её приняли относительно хорошо. По крайней мере, внешне. Вежливо и учтиво. Как говорится, всё чин чинарём. Но мать Максима, Людмила Ильинична, через одну–две фразы позволяла себе делать в адрес молодых людей оценочные суждения с явным пренебрежительным оттенком. Отец не одёргивал её. Значит, поддерживал такое поведение своей жены. Так подумала Марина.
— Что, уже и жениться надумали? — с едва уловимой усмешкой спрашивала Людмила. — Повременили бы. Куда вы так торопитесь? Сейчас молодые пары вообще не живут. Не успеют пожениться, как уже подают на развод. А если дети? Об их-то судьбе никто не думает.
— Мама, мы пока не думаем о свадьбе, — виновато оправдывался Максим.
— И тем более о детях, — поддерживала своего парня Марина.
— У Максика нашего вечно семь пятниц на неделе. Слова расходятся с делом. Скажет одно – через день уже другое. Я–то его знаю. Но про женитьбу это я вам так, в назидание.
— Почему они к тебе так относятся? — спросила Марина, когда они вышли от родителей.
— Ну, вот так... — неопределенно вздохнул Максим.
— Ты же был примерным ребёнком в детстве?
— Да. С серебряной медалью окончил школу. А до красного диплома совсем чуть-чуть не дотянул. Они не знали со мной хлопот в этом плане. Я никогда не хулиганил. В 18 лет, по сути, стал обеспечивать себя сам, а в 20 уже съехал от них. Год назад заработал на свою квартиру. Думаю, в этом дело. Нехорошо, конечно, говорить так о своих родителях… Я их люблю и ценю, но… — Максим запнулся. Видно было, что он пытается подобрать корректные слова. — В общем, я слишком успешный, что ли. Слишком умный. А родители и брат с сестрой – не такие. Я не могу сказать, что это зависть с их стороны. Скорее, они просто всегда от меня чего-то ждут. Типа, раз ты такой умный и деловой, то и тяни нас всех. Помогай, устраивай, обеспечивай. Я в том году, когда купил квартиру, мне мама заявила: «Костик в тридцать шесть еще своего угла не имеет, а ты уже в двадцать четыре обзавелся двушкой. Почему бы тебе не пустить его к себе?
— А где он живёт?
— Сейчас он в Питер уехал, работает там сварщиком. А в прошлом году он ещё жил с родителями.
Марина начала понимать психологию их взаимоотношений. Хотя Максим тщательно скрывал истинные чувства к родителям, она стала видеть в нём обиду на них.
Трудно сказать, помогло ли в конечном счёте парню такое требовательное отношение со стороны родственников, или же навредило ему, но так или иначе, он довольно рано «выбился в люди». Стал успешным предпринимателем. А заодно и зрелым, внутренне сильным мужчиной. Такие притягивают к себе девушек. И дело здесь не в финансовом успехе. А во внутреннем стержне, в силе духа и ответственности. Вот и Марина полюбила Максима всем сердцем, прикипела всей душой.
Они поженились. Через полтора года у них родилась лапочка-дочка, которую назвали Арина. Еще через два года появился на свет не менее милый сынишка. С выбором имени тут возникли разногласия. Марина хотела назвать его так же, как и любимого мужа, отца мальчика — Максимом. Однако тот был против:
— Разве ты суеверен? — недоумевала Марина.
— Нет вообще-то. Но кто его знает.
Максим вспомнил, как его покойная бабушка говорила, что, дескать, нельзя ребёнку давать имя одного из родителей — Бог одного из них обязательно заберёт раньше срока.
— Да всё это выдумки, милый! — настояла Марина и назвала сына Максимом.
К этому времени Максим-старший уже полностью прервал всякое общение со своими родителями. Последней каплей, переполнившей «большую колыванскую вазу» терпения стало требование (даже не просьба) матери и отца купить им в Подмосковье дачу со всеми удобствами.
— До неё ехать от нас почти сутки, — не понимал Максим, — зачем вам там дача?
— Мы должны где-то лето проводить?! — недовольно объясняла Людмила Ильинична. — У тебя племянники живут в копоти города, свежего воздуха не видят!
— А я тут при чем, мама? У меня своя семья, скоро свой ребёнок родится.
— Тем более. Будете к нам приезжать на лето.
— Нам с Мариной не нужна дача в Московской области.
— Вам с Мариной? — фыркнула Людмила Ильинична. — Вам с Мариной, — повторила она ещё раз уже без вопросительной интонации.
— Да, с Мариной, с моей женой, — спокойной произнёс Максим.
Дальше последовала со стороны матери привычная длинная и эмоциональная отповедь, содержащая оскорбления и несправедливые суждения в адрес невестки. Досталось и Максиму в этой тираде.
Бизнес Максима шёл в гору. Это трудно было не заметить окружающим. Максим многого был лишён в детстве. Даже того, что его родители могли бы ему дать. Поэтому теперь он любил всё дорогое, качественное, как говорится, высшего сорта. Купил хороший и новый автомобиль в салоне, сменил квартиру на апартаменты в престижном доме. Марину баловал брендовыми вещами.
Информация об их новом уровне жизни доходила и до родителей Максима, вызывая у них раздражение и несправедливую обиду. Однако общение между ними к тому времени полностью прекратилось. И инициатором разрыва их родственных связей была мать, Людмила Ильинична.
Читать продолжение
Ставьте лайки 👍👍👍 и подписывайтесь на канал 👇👇👇