Родной берег 145
— Настя... — выдохнул Алекс, и его голос прозвучал хрипло, словно он пробежал марафон. Она стояла замерев, только глаза прямо и открыто смотрели в его глаза, и в этом взгляде читалось одновременно столько боли и столько надежды, что он забыл обо всем на свете.
— Алекс, — чуть слышно произнесла она голосом, который дрожал, как струна. Но эти звуки привели его в чувства. Алекс слегка улыбнулся.
— Настя я, наконец, нашел тебя, - он подался вперед, подчиняясь своему чувству, протянул руки. И она, поняв этот жест, и уразумев, что свершилось, о чем мечтала, бросилась к нему, прижалась, выдохнула и опять замерла.
Они стояли молча и не двигаясь. Ощущали друг друга каждой клеточкой, торопились надышаться, поверить, что наконец-то, вместе.
Он разжал объятия, будто вспомнил насколько цветок в его руках хрупок.
- Настя, я искал тебя… Прости, мне пришлось тогда уйти, был приказ… Тебе много пришлось пережить…
- Алекс, - ее голос срывался. Откуда-то взявшиеся, непрошенные слезы готовы были хлынуть потоком.
- Я думала, что ты меня бросил… Я ждала тебя, - она больше не могла выговорить ни слова.
Он опять прижал ее к себе, желая закрыть от всех неприятностей, от всех бурь и молний. Она почувствовала его силу, притихла, быстро смахнула слезы.
Когда дверь алтаря тихо скрипнула, Настя, словно очнувшись, отпрянула от Алекса. На её лице появилась растерянная, но светлая улыбка. Она едва слышно произнесла: «Выйди на улицу, я сейчас».
Алекс кивнул. Не сказав ни слова, быстро направился к двери. Настя проводила его взглядом, потом бросила взор к алтарю, откуда выходил отец Михаил, повернулась к подсвечнику.
Руки ее дрожали, по лицу блуждала улыбка. Отец Михаил, появившись из тени, посмотрел в сторону двери, куда только что ушёл Алекс. Он окинул взглядом зал, задержавшись на Насте.
— Кажется, здесь был военный? — спокойно спросил он. – Что он хотел?
Настя тут же поправила фартук, словно пытаясь выглядеть сосредоточенной.
— Он поставил свечку и ушёл, — объяснила она, стараясь говорить ровно. Священник задумчиво посмотрел на неё, ничего не сказал. Медленно направился в свою комнату, служившую кабинетом.
Настя глубоко выдохнула, чувствуя, как напряжение постепенно уходит. Сняв фартук, она огляделась по сторонам и поспешила на улицу. Каждый её шаг был наполнен нетерпением и радостью, которую она едва сдерживала.
Алекс ждал неподалёку. Взял Настю за руку и быстро пошел от храма. На шумной улице остановился, встал напротив девушки, смотрел на неё, еще раз убеждаясь, что это она, Настя, которую он потерял и вновь обрел.
Он открыл дверь первого попавшегося кафе. За дальним столиком никто не мешал им говорить и смотреть друг на друга.
- Настя, дорогая, наконец-то ты со мной. Прости, что я принес тебе столько неприятностей. Теперь, обещаю, я тебя не брошу, — Алекс пришел в себя, говорил быстро, уверенно.
- Как ты меня нашёл?
- Билл взял в поход газеты. Я прочитал статьи. Боже, тебе пришлось сидеть за решеткой. Это так ужасно. Как ты сейчас?
- Хорошо. Мне помогает Джеймс.
- Журналист?
- Да. Он хороший. Он меня спас.
- Ты живешь при церкви?
- Да. Он хочет помочь с документами.
- Я помогу тебе. Я за тебя в ответе. Мы все сделаем. Я сниму тебе квартиру.
- Нет, Алекс. Я не хочу повторить свой путь. Отец Михаил хорошо ко мне относится. Там Меланья, Кира, я останусь с ними. Джеймс поможет с документами, я пойду работать, - уверенно говорила Настя, как о деле давно решенном.
Алекс почувствовал в ее словах силу и уверенность.
- Ты выросла, - сказал он.
- Да, я больше не хочу рисковать.
Они долго сидели и разговаривали. Алекс видел в Насте перемены. Она повзрослела, обрела уверенность в себе, знала, чего хочет. А ещё, даже в своей почти нищенской одежде, она была привлекательна. Нежный румянец, распахнутые глаза, приоткрытый рот сводили его с ума. Он не мог потерять её во второй раз. Настя должна быть его и только его.
Его задевало, когда она упоминала в своем разговоре Джеймса. Ревность острыми коготочками царапала душу. Но этот парень многое сделал для девушки, и было глупо это отрицать. Алекс почувствовал соперничество, в котором он мог проиграть. Он скоро должен был вновь уйти в море, а Джеймс оставался рядом.
Настя интересовалась Биллом, говорила, что Кира будет рада его видеть. Алекс подтверждал, что Билл тоже ждет эту встречу.
- Мы вам снимем квартиру на месяцы вперед, вы не будете нуждаться, - уговаривал он девушку. - После длительного похода у нас будет большой отпуск.
Та в ответ улыбалась и отрицательно качала головой.
- Я буду тебя ждать. Сколько потребуется, столько и буду.
Вечером Киру ждал сюрприз. Девчонки собирались на свидание. Они предупредили о своем отсутствии Меланью. Та только всплеснула руками. От таких неожиданных новостей женщина потеряла дар речи. И потом еще долго думала, рассказывать ли новость отцу Михаилу. Решила, что Настя и Кира должны сами ему во всем признаться. Те подозревали, что такой разговор рано или поздно должен состояться.
Батюшка не мог найти слов, чтобы отреагировать на услышанное, как положено священнику. Для начала он пытался угомонить бурю чувств, которые вихрем поднялись в его умиротворенной душе. Он призвал христианок к ответственности за свое поведению, к мудрости слов и поступков, пожелал благодати. И потом долго не мог уснуть, думая, как уберечь девчонок от необдуманного шага.