Так много книг, целых пятнадцать! И все прочитать?! И все просмотреть?!..
А вы не спешите пугаться, друзья мои, устраивайтесь в папином кресле, собирайте вокруг всю, какая есть, домашнюю малышню: бабушек-дедушек, сестричек и братишек, кошек, собак, мышек и рыбок, попугаев и страусов, выключайте телевизор со всеми его биржами, бандитами, рекламами и прочей ерундой, включайте настольную лампу и открывайте книжку…
Она расскажет вам самое главное и покажет самое интересное - веселое и немножко грустное, умное и немножко дурашливое. И расскажет такими самыми-пресамыми главными, лучшими – единственными словами, которых, может даже, и нет на свете, ну, по крайней мере, не было до того, как их придумал или подслушал где-то, а нам рассказал поэт Михаил Давидович Яснов.
Вот маленькая, всего в 24 странички, обращённая к детям дошкольного возраста, но, без каких-либо сомнений, интересная любому читателю от 5 до 95 и замечательно разрисованная новосибирским художником Александром Шурицем, книжка «Лекарство от зевоты». Она написана Михаилом Ясновым давным-давно, ещё когда люди моего поколения были молодыми, а ваши родители - такими, как вы сейчас.
Михаил Давидович Яснов родился в Ленинграде, меньше чем через год после окончания Великой Отечественной войны, а печататься начал в 15-летнем возрасте. Во все времена это очень редкое явление, но в случае Яснова вполне заслуженное. Талантливейший поэт и переводчик французских и английских поэтов и прозаиков, превосходный критик, историк литературы, автор и ведущий разнообразных радиопередач для детей, до последних дней жизни Яснов руководил детским чтением, составлял и редактировал книжки молодых авторов и ежегодно радовал читателей от мала до велика новыми книгами.
«Лекарство от зевоты» - самая первая детская книжка Михаила Яснова, потом выходили, я думаю, всем известные «Щёчка, щёчка - два мешочка», «Носомот с бегерогом», «В гостях у Свинозавра», «Щенячья азбука» и многие-многие другие. Каждая из них хороша, любое стихотворение Яснова узнаваемо, то есть ни на кого другого не похоже, но в то же время и вписано в традицию классической советской поэзии для детей, заложенную Корнеем Чуковским, Самуилом Маршаком и Даниилом Хармсом; каждое стихотворение поражает выдумкой, новыми, до сих пор неизвестными, весёлыми, живыми словами.
А всё это потому, я думаю, что М.Д. Яснов, несмотря на солидный дедушкин возраст, до конца оставался мальчишкой. Ну, такой у него был характер и такой у него был дар. Возможно даже, что именно этот дар у него первичный, главный, а литературный талант его лишь подкреплял.
Чаще всего поэты по типу личности интровертны, то есть углублены в себя, а Яснов, как и задолго до него Пушкин, был подлинным экстравертом, то есть человеком общительным, направленным вовне - к людям, к обществу, а главное к детям. Да и как, в самом-то деле, к такому веселому, непоседливому, обаятельному бородатому мальчишке, как, подумайте сами, не слетались бы, подобно осам на варенье, все девять легкокрылых камен?.. Это было бы чудовищной несправедливостью!
Сегодня русскую детскую поэзию без филигранных стихотворений Яснова, без выдуманных им или подслушанных у маленьких детей, потом обыгранных в стихах и вошедших в язык слов представить просто невозможно. У него училось, да и сейчас, спустя годы после ухода поэта от нас к небожителям, продолжает учиться великое множество молодых поэтов, а мы, читатели, с нетерпением ждем его новых книг. И они продолжают появляться на свет.
Яснов, Михаил Давидович. Детское время: стихи / ил. Ю. Богатовой. – СПб.: Детгиз, 2008. – 128 с., цв. ил.
Яснов, Михаил Давидович. Чудетство: стихи / ил. Л. Орловой, А. Луняковой, М. Овчинниковой. – СПб.: Детгиз, 2010. – 88 с., цв. ил.
Но если бы даже за всю свою жизнь Михаил Яснов сочинил бы только какое-нибудь одно стихотворение, например «Чучело-мяучело», он всё равно навсегда бы вошёл в непременный круг чтения каждого из нас. А ведь этот поэт написал десятки, сотни чудесных стихов и сделал огромное, не поддающееся подсчету, да вряд ли в полном объеме опубликованное число переводов, благодаря которым зарубежные поэты стали понятными и близкими нам собеседниками.
И все же самое главное – оригинальный поэт Михаил Яснов! Вот примеры, чтоб не быть голословным, из книжки «Лекарство от зевоты»:
Чучело-мяучело
На трубе сидело.
Чучело-мяучело
Песенку запело.
Чучело-мяучело
С пастью красной-красной, -
Всех оно замучило
Песенкой ужасной...
Или:
Удод, удод, удодина,
Удодливый удод,
В твоём гнезде удодовом
Удобно ли, удод?..
Или:
Был цыпленок весел,
Потому что весил,
Нагулявшись по дворам,
Ровно двадцать грамм...
Посмотрите, как в этих стихах сочетаются словесная эквилибристика, рифмующая буквально все со всем, и общедоступность традиционного русского стиха для детей, где все сразу же понятно и врезается в память с первого прочтения. В книжке же, о которой я говорю, этому пониманию и запоминанию помогают ещё и прекрасные цветные иллюстрации Александра Шурица, умевшего работать в разной стилистике, а здесь представившего классический вариант книжной иллюстрации - такой, какой необходим и естествен для стихотворений, обращенных к самым маленьким, то есть вариант развивающий, одновременно веселый и даже чуть бесшабашный, но в то же время совершенно реалистический.
Не знаю, переиздавалась ли эта книжечка с 1979 года. Жаль, если нет. На мой взгляд, это подлинный издательский шедевр, который надо бы перепечатывать ежегодно, чтобы каждый ребенок каждого нового поколения с первого же шага в мир литературы открывал настоящие чудеса. Тогда и проблем с приобщением ребенка к чтению, может быть, было бы меньше.
Яснов, Михаил Давидович. Азбука с превращениями: стихи / ил. В. Нагаева. – М.: Дрофа-Плюс, 2008. – 64 с, цв. ил. – (Лучшие азбуки)
Яснов, Михаил Давидович. В гостях у неба: стихи для детей / ил. Е. Курковой. – М.: Центр «Нарния», 2010. – 48 с., цв. ил.
С другой стороны, стихи, вошедшие в книжку «Чучело-мяучело» многократно переиздавались, входя в состав других сборников избранного Михаила Яснова, так что прочитать про чучело-мяучело, или про горести-печалести, или другие подобные же прелести может сегодня каждый ребенок и каждый взрослый. Прочитать, никогда не забыть и тем не менее с удовольствием перечитывать, восхищаясь новыми, до Яснова небывалыми словами, так точно соответствующими удивленному и радостному взгляду детских глаз на мир.
Вот как в стихотворении «Мы с дедушкой»:
Сначала я обсупился,
А дедушка –
Насупился.
Потом я обтворожился,
А дедушка –
Встревожился.
А после я обчаялся,
А дедушка –
Отчаялся…
Тут мы под кран наведались
И с тряпкою набегались.
На самом деле здорово
Мы с дедом
Наобедались!
Сколькими новыми словами обогатил детскую поэзию Михаил Яснов – не счесть! А когда новых слов не придумывалось, он дарил нам удивительную картинку, то есть рассказывал вроде бы то же, что и мы с вами сто раз на дню видели, да не теми, не поэтическими глазами. Всмотритесь:
Шел по улице бульдожка,
У него чесалась ножка.
Отвлекаться он не стал –
Ножку ушком почесал!
Или другая картинка про щенка:
Я сторожу хозяйский дом,
На незнакомых лаю,
Посуду мою языком,
Ушами –
Вытираю.
Все приведенные здесь примеры – они не только про замечательный дар Михаила Яснова, но еще и про то, что такое поэзия. Нет, не стихи – сочинять их всякий может выучиться, была бы охота, а – поэзия, которой выучиться невозможно. Что она такое, поверьте мне, друзья, не знает никто, даже самые великие поэты и самые именитые литературоведы. Точнее, знать-то знают, да объяснить не могут. Многие пытались, а получилось, разве что, только у одного Маяковского, который хлопнул кулаком по столу и гаркнул, что «поэзия – пресволочнейшая штуковина, существует – и ни в зуб ногой».
Иными словами: поэзия есть особый дар человеку, дар видеть иначе, нежели видим все мы, и говорить об увиденном такими словами, которые заменить другими невозможно. Попытаешься заменить – и никакой поэзии не останется.
Ну, а быть поэтом – значит соответствовать этому дару, искать и находить те самые единственные возможные слова. И это очень и очень непросто: нередко самый талантливый поэт без сна и отдыха ищет необходимое слово неделями.
А как сочиняются стихи? Тоже, в общем, загадка, если, конечно, это не просто стихи, а поэзия. Иногда поэт своим особым, ни с кем не схожим глазом, увидит картинку, иногда – своим, ни на кого не похожим ухом – услышит слово или сочетание слов, а иногда в его памяти всплывут вдруг чужие строки, такие, кажется нам, похожие, а поэт знает: нет, не похожие… Вот, например:
Пушкин: «Прощай, свободная стихия!»
Лермонтов: «Прощай, немытая Россия!»
И Михаил Яснов, с благодарностью и любовью к своим великим предшественникам (да, впрочем, можно ли о Пушкине и Лермонтове сказать – предшественники, ведь мы и рождаемся, и живем, и умираем с их стихами!) продолжает:
- Прощай, свободная стихия!
- Прощай, немытая Россия!
Надолго хватит этих строк,
чтобы продолжить диалог.
И получается ведь не просто центон – собственный художественный текст, составленный из чужих строк. Получается замечательное стихотворение – и оригинальное, и цитатное, как бы зеленый росток, длиннющими корнями скрепленный со всей русской поэзией, с культурой, со всем нашим существованием - мужественным, трагичным, жертвенным.
Особая стать поэзии Михаила Яснова еще и в том, что она корнями своими связана не только с русской, но и с зарубежной поэзией, особенно с французской, которую переводил на русский язык Михаил Давидович почти всю жизнь. Для тех из вас, кто уже повзрослел и давно полюбил поэзию, уверен, замечательной спутницей на долгое время, а то и навсегда станет книга оригинальных «взрослых» стихов и переводов «Амбидекстр» (что значит – человек, одинаково владеющий обеими руками). Смысл названия, конечно же, в том, что автор одинаково блестяще и переводит, и пишет сам.
Но вернемся к детским книжкам Михаила Яснова. Многие из них во частично повторяют друг друга, так как составлены из лучших стихотворений поэта. Они варьируются, наполняя различные циклы, следуют друг за другом в различном порядке, и уже от этого каждый раз воспринимаются читателем по-разному. Если вы не заметили какого-нибудь стихотворения в одной книжке, то непременно обратите на него внимание в другой, или просто иначе прочитаете его, увидев или услышав то, что не увидели или не услышали до сих пор.
В этом нередко читателю помогают иллюстрации, к каждой книжке выполненные другим художником. А ведь художники – такие же читатели, как и мы с вами: одного поразит, например, стихотворение, про обед с дедушкой, а другого – щенок, вытирающий миску ушами. Один представит веселые ясновские азбуки посредством геометрических фигур, а другой – в стилистике милых старых советских мультфильмов. Ну, а мы с вами в дополнение к радости повторных встреч с замечательным поэтом, умеющим видеть так, как не видит никто, слышать так, как никто не слышит, и читать так, как умеет читать только он (тут достаточно вспомнить вариации Михаила Яснова на маршаковские мотивы «Ежели вы…» или стихотворение о двух боксерах), познакомимся с талантливыми его читателями, отличающимися особым умением нарисовать свое впечатление от прочитанного.
Так что, десятки книжек амбидекстра Михаила Яснова – это, помимо всего прочего, вернисаж современных художников-иллюстраторов: не понравится один – смотрите другого. Только, скорее всего, все понравятся – от Светланы Емельяновой и Владимира Нагаева, в традиционном духе настоящей детской книжки оформивших «Щенячью азбуку» и «Азбуку с превращениями», до Елены Блиновой и Юлии Богатовой, разрисовавших «Мамонта, папонта и остальных» и «Детское время» в ученической стилистике.
И в этом заложен особый смысл: вот такие мы есть, а вот такими хотим быть – стихи-то Михаил Яснов писал для всех и про всех. Конечно, учиться желательно хорошо, но нередко бывает так, что именно в нерадивом ученике до поры прячется тот смуглый отрок, что спустя несколько лет, бродя по аллеям парка, сочинит «Воспоминания в Царском Селе».
Думаю, что на этом и надо заканчивать разговор: читайте сами, не буду вам мешать. Напоследок скажу лишь об одной книжке, принципиально отличающейся от всех остальных потому, что она написана прозой. Это сборник рассказов и очерков «Жизнь замечательных зверей». Можно думать, что он входит в межиздательскую серию «Жизнь замечательных…», обыгрывающую название старейшей в русском издательском деле серии «Жизнь замечательных людей». Здесь и «Жизнь замечательных детей» (мы знакомились с книжками Валерия Воскобойникова из этой серии), и «Жизнь замечательных идей», и «Жизнь замечательных слов», и вот ясновский сборник. Про зверей – собак, голубей, страусов, дельфинов, лошадей и других братьев наших меньших, жизнью своей явивших незабываемые примеры верности, сообразительности, благородства и героизма. Здесь вы познакомитесь со знаменитым псом Мухтаром, узнаете о подвигах коня Буцефала, дельфина Таффи и сенбернара Барри, о живописных полотнах осла Али Борона, побеседуете с разговорчивым попугаем Жако, встретитесь и с другими замечательными животными.
Прозаическая книжка Михаила Яснова написано легко и увлекательно. Конечно, его проза не поражает читателя неожиданными метафорами, но ведь так и должно быть: для того, кто рожден поэтом, всякий другой вид словесного искусства, сколь бы блестяще он им не владел, представляется ему не более чем всяким другим видом искусства.
Понятно ли я выразился? Если нет, предоставлю слово Пушкину, под чьей формулой, думаю, Михаил Яснов подписался бы не задумываясь:
О чем, прозаик, ты хлопочешь?
Давай мне мысль какую хочешь:
Ее с конца я завострю,
Летучей рифмой оперю,
Взложу на тетиву тугую,
Послушный лук согну в дугу,
А там пошлю наудалую,
И горе нашему врагу!
© Виктор Распопин
Иллюстративный материал из общедоступных сетевых ресурсов,
не содержащих указаний на ограничение для их заимствования.