Не волнуйтесь, финал будет гарантированно сладким. Мы прошли гнев, отрицание, торг, депрессию и пришли к принятию. Сделав круг, вернулись к тому, с чего начали - теме желе, теме света, тепла, ощущения домашнего уюта и летнего праздника, детской наивности и воспоминаниях о ней.
Когда Мэри Пратт была маленькой и жила во Фредериктоне, ее поразил свет, проникавший сквозь банки с желе, которые ее мать поставила на кухне. "Когда моя мама расставляла банки с желе на кухонном подоконнике, они сверкали так же, как церковное стекло. Когда она вылила желе в хрустальное блюдо и внесла его в столовую, цвета заиграли, переливаясь через грани хрусталя... Для меня это было самое прекрасное, что я могла когда-либо видеть". Пытаясь воссоздать ощущения, которые она испытывала, когда была ребенком, Мэри Пратт наполнила баночки водой, подкрашенной пищевым красителем. Она поставила их на подоконник, "чтобы сохранить волшебство этого яркого разноцветного света".
Картина Мэри Пратт, написанная в 1999 году, отражает это мимолетное качество солнечного света, проникающего сквозь полупрозрачное желе. В ее композиции части банок образуют вертикальные цветовые срезы, а слева виден просвет, обращенный на кухню. Ощущение света и глубины пространства немного выводит зрителя из равновесия. Зеркальная поверхность полки, затененной банками, светится глубоким, насыщенным цветом. В тени, таким образом, присутствует свет - то, что можно было бы назвать ощущением блаженства.
Рассказывая о своей ранней работе "Кровать" (1968), Мэри Пратт утверждала, что свет не может "стоять на месте". Слайды помогли ей запечатлеть эти моменты, и по мере развития своей практики она овладела сложной техникой передачи света в живописи. Здесь свет не стоит на месте, а скорее вибрирует - превращается в жидкость, которая кажется его воплощением в полупрозрачном желе. То, как Мэри Пратт выводит свет из тени, как она использует яркие пятна на фоне темных участков, является частью давней традиции, восходящей к Микеланджело Меризи да Караваджо, в которой художники бросают вызов самим себе, пытаясь запечатлеть мимолетные, духовные качества света.