Простые люди были охвачены жаждой спасения не меньше, чем рыцари и знать. Присоединяясь к крестовому походу, они стремились как можно быстрее попасть в рай, привлеченные обещанием папы отпустить грехи. По словам Гвиберта Ножанского, они «подковав волов вместо лошадей и запрягая их в двухколесные повозки, на которые грузили свой скудный скарб и малолетних детей», отправлялись в путь. Их дети, завидев замок или город, с живостью спрашивали: «Не Иерусалим ли это?».
Обычные миряне жаждали увидеть святой город, где, как считалось в Средние века, в конце времен состоится Страшный суд, и сбудется пророчество о нисхождении небесного Иерусалима на земной город. Они были охвачены милленаристскими настроениями и готовы ожидать пришествия Господа, которое, по их мнению, наступит, когда будут «отмерены времена и народы» и иноверцы будут обращены в христианство. Современники событий рассказывали, как через земли христианской Европы толпами шли крестьяне и бедняки, «как будто неслыханная глупость овладела этими безумствующими людьми».
В те годы свирепствовали засуха, неурожай и массовый голод. Даже самые богатые миряне терпели материальный недостаток и вынуждены были экономить свои запасы зерна. Но как только весть о походе разнеслась по городам и деревням, «недостаток зерна превратился в его изобилие».
Все стали готовиться к походу, запасаться провизией и изыскивать финансовые средства. Простолюдины были готовы очень дешево продать все, что у них было, ради похода в Иерусалим. «Многие из тех, кто не помышлял об отъезде, и еще вчера смеялся над теми, кто за бесценок продавал свое имущество, назавтра, внезапно охваченные тем же желанием, сбывали все свое добро и отправлялись вместе с теми, кого они только что высмеивали», — рассказывает хронист. Некоторые прибегали к хитрости, как, например, монах, который выжег крест на лбу, утверждая, что «ангел запечатлел этот знак во время видения». Так ему удалось ввести в заблуждение мирян, которые осыпали его дарами, невольно финансируя его поход в Святую Землю.
Накануне крестового похода эпидемии также были спутниками голода и засухи. В западной Франции свирепствовала эпидемия эрготизма — болезни, вызванной потреблением пораженного спорыньей хлеба. Этот недуг, известный как «священный огонь», вызывал судороги и тяжелые психические расстройства. Такие эпидемии часто приводили к массовым паломничествам. Папа Урбан II своим визитом облегчил страдания бедняков и ожидал массового энтузиазма. Толпы простолюдинов были готовы сняться с нажитых мест и отправиться в путешествие на Восток. Крестовый поход казался многим единственным спасением и средством решения всех проблем.