Виктор Рубцов из Белгорода, специально для: Григорий И. Дзен
Кто более истории ценен? Маяковский определился сразу – он с товарищем Лениным. Мы же не станет отнимать хлеб у политической истории, ограничимся географией: все три фамилии засветились в одном месте. Туда-то и отправимся незамедлительно. Просто должен пояснить, что такая потребность появилась в месте другом, не столь отдалённом. От нужного нам места, чтобы не подумали ничего лишнего.
Есть в Корочанском районе Белгородчины село Большая Халань. От него я и рванул в село Великомихайловку. Что Большая, что Великая в названиях сёл – это одно и то же. Когда Дикое поле стало прибирать к рукам Московское княжество, то туда быстренько набежали заднепровские единоверцы, обрадовавшись освобождающимся от кочевых набегов пространствам. Московских (понимай географически шире) ратников было всё же не настолько много, чтобы заселить всю землю. Заднепровских соискателей на обретение собственной земли было куда больше. Они-то, повинуясь призыву «Гоп-гоп до купы!», селились так многолюдно, что приходилось селения называть «вэлыкымы», то есть «большими». Что никак не указывает на их тягу к возвеличивающим эпитетам, как можно было бы понять, не зная украинского наречия русского языка.
Действие забавной повести Николая Гоголя происходит на большой ярмарке в селе Великие Сорочинцы. По-русски, Сорочинцы не великие, они просто большие. И правильнее было бы называть их Большие Сорочинцы. Но гонор местного населения не позволяет окрестить село правильно.
Большая Халань, бывшая усадьба князя Трубецкого, заметьте, стоит отдельного и не попутного рассказа (напомните мне потом). Однажды уроженец Большой Халани Николай Романович Асыка, которого в области не без основания называют патриархом белгородского земледелия, даже с некоторой обидой высказался о будённовцах, изъявших в селе табун лошадей. Николаю Романовичу безгранично верю, не зря же он написал 146 печатных работ по земледелию. Но как он мог помнить будённовцев, если родился только в 1929 году? Потому-то я и заспешил из Большой Халани в Великомихайловку, чтобы на месте рождения армии Будённого учинить допрос и выявить истину.
Чтобы не затруднять читателя расчётами, скажу сразу, что от церкви Большой Халани до памятника Будённому в Великомихайловке (Новооскольский округ) ровно 30 км. Ну ладно, чуть-чуть с гаком. Если идти так, как я шёл, по тропам у лесополос, не в окружную, а мимо сёл Лозное (Чернянский район) и Бубново (Корочанский район). И то говорят, маху дал, что пошёл через Васильдол, а надо было через Малое Городище – выиграл бы километра три. На подсказчиков я не обижаюсь. Они просто не понимают, что ходить мне куда легче, чем лошади, пусть даже будённовской. Конь ведь в пути устаёт на все шесть ног (считая со всадником), а у меня всего две ноги – мне в три раза легче.
Зарастают всё же тропы и дороги, люди меньше стали общаться.
А в каком чудесном месте расположилась Великомихайловка! Присмотрел эту территорию князь Михаил Михайлович Голицын (1675–1730), сыгравший решающую роль в победе над шведами в Полтавской битве 1709 года. После битвы он, генерал-фельдмаршал, являлся главнокомандующим царских войск на Украине. По имени князя получила свое название слобода, ставшая Великой, то есть большой – Велико-Михайловкой. Пожалованную Петром Первым землю заселил Голицын в основном украинскими казаками и крестьянами. Но если копнуть глубже, то среди предков основателей слободы найдем фамилии, указывающие на литовское, еврейское, татарское происхождение носителей. И чего там делить, все фамилии писались по русской грамматике. И вокруг жили вместе – украинские крестьяне на землях российских помещиков, русские служилые люди-однодворцы, помещичьи крестьяне, немного казаков из Острогожского полка.
Со временем от родителей слобода перешла во владения сыновей Дмитрия и Андрея. Дмитрий Михайлович Голицын являлся полномочным министром. По некоторым данным, у него было три дочери (незаконнорожденные, говорят), в честь которых он назвал близлежащие поселения – Ниновку, Татьяновку и Анновку. Бывал я и там - красивые сёла. Голосовать не будем, какая любовь правильнее, законная или незаконная. Но вот сёла теперь – такая красота! А многие фамилии в каждом селе повторяют фамилии других сёл. Что подтверждает моё убеждение – все люди родственники, только степень родства разная.
Жители сёл улыбаются: все сёстры хороши! Но пригожей всех смотрится Анновка.
Андрей Михайлович Голицын являлся генерал-майором. От него пошли три сына – Михаил, Борис и Алексей. Его сын генерал-лейтенант князь Борис Андреевич Голицын (1766–1822) разместил в слободе в 1806 году несколько десятков семей, переселенных из Орловской губернии. И через десять лет в Великомихайловке жило 225 точно по происхождению великороссов – дворовых людей. А то ведь некоторые дотошные утверждают, что не было там никогда великороссов. Мол, один только драгун с семьёй были великороссами, все остальные – малороссы. Так ныне цепляются за национальный вопрос некоторые исследователи, вдруг обнаружившие свои древние корни на пустующих полях Полтавской битвы (Мазепа им в помощь).
Казалось бы, и так хватает для изображения одного из родов князей Голицыных именитости и заслуг. Но тут появляются в семье ещё новые краски.
Женой Бориса Андреевича Голицыны была Анна Александровна Голицына (1763–1842, урожденная Багратион-Грузинская, потомок последнего грузинского царя по отцу и «полудержавного властелина» Александра Даниловича Меншикова по матери). Вот такая «светская львица» из ближайшего окружения императрицы была хозяйкой Великомихайловки. Не знаю, к месту ли, но до Б.А. Голицына она короткое время была женой его двоюродного брата полковника Александра Александровича де-Лицына (1768–1789). Видите, как просто составлялись раньше фамилии – де-Лицын был незаконным сыном вице-канцлера А.М. Голицына. И поздно уже спохватываться, что не было у меня незаконных детей, а то бы сейчас блистал среди потомков какой-нибудь де-Бцов и я горя бы не знал. Извините за шутку, но ничего другого не остаётся...
Первый сын Бориса Андреевича и Анны Александровны генерал-майор Андрей Борисович Голицын (1791–1861), как указывает генеалогическая роспись https://nobility.pro/genealogy/tree/tree/individual/I6438/Andrej-Borisovic-Golicyn, имеет 35 родственников, но не имеет супруги. Кому интересно, можете полистать указанный источник и пройтись по всем Голицыным этой ветви.
Младший сын Николай Борисович Голицын (1794–1866), родившийся в селе Богородское (через дорогу от Великомихайловки), стал ординарцем при генерале Багратионе в Бородинской битве. Князь сопровождал полководца, своего родственника, когда тот был тяжело ранен, в тыл, в имение матери во Владимирской губернии. Там Багратион и скончался. После военной службы Николай Борисович вернулся в Петербург и превратил свой дом в центр культурной жизни, где бывали Жуковский, Пушкин, Одоевский.
Как музыкант Голицын стал одним из основателей русской школы виолончелистов (играл соло и в ансамблях). Как композитор переложил хоровое сочинение Дмитрия Бортнянского на виолончельный квартет. Последние пять лет жизни Бетховена Николай Борисович состоял с ним в переписке. И великий Бетховен сочинил по просьбе заочного друга три квартета, вошедшие в историю музыки под названием «Голицынских».
Творчество вновь пришлось оставить ради службы – в 1826 году Голицын отправился на Кавказ, где с героем Отечественной войны генералом Ермоловым покорял воинственные племена горцев и стал полковником. После отставки в 1835 году вернулся на родину, в своё имение Богородское. Здесь он снова занимался музыкой и литературой, написал очерк «Переезд через Кавказские горы», мемуары «Офицерские записки, или Воспоминания о походах 1812, 1813 и 1814 годов». Князь также переводил на французский язык произведения поэтов-романтиков Ивана Козлова и Николая Языкова, а также Александра Пушкина. Свои переводы он присылал автору, с которым был знаком. За два месяца до гибели на дуэли поэт ответил Голицыну, что его перевод – лучший.
В 60-летнем возрасте Николай Борисович вновь кинулся на защиту Отечества. В начале Крымской войны князь за полторы недели сформировал отряд добровольцев из 1,3 тысячи своих крестьян и в составе Новооскольской 45-й дружины Курского ополчения воевал под Севастополем. Туда же прибыли его сын Юрий и даже 10-летний внук Евгений (сведения почерпнуты из БелПрессы). Похоронен князь в Святогорской усыпальнице при церкви преподобных Антония и Феодосия Святогорского Свято-Успенского монастыря. Ныне это Свято-Успенская Святогорская лавра, куда без зазрения совести лупило снарядами войско пана гетмана Володимира Зеленского
В первой половине прошлого века рядом с Лаврой проходил лечение мой отец. Мне же удалось побывать там дважды, и тоже в прошлом веке, в шестидесятых и восьмидесятых годах. Божественная красота. Меловые горы, расположившиеся над Северским Донцом на века и тысячелетия, сейчас содрогаются от взрывов.
Окончание следует
А пока - об авторе: кто он, Виктор Рубцов?