Если бы я писала сценарий многосерийного фильма про рак молочной железы (РМЖ), то начала бы я с факторов риска, потому как без них сложно понять все хитросплетения, случившиеся в жизни женщины и прийти к кульминации в виде побежденной опухоли и хэппиэнда для прекрасной женщины и её врача было бы трудно.
Главная героиня, назовём её Галина, жила прекрасной, успешной и многим на зависть, гармоничной жизнью. Галочка была красивой, рослой девочкой, хотя в подростковом периоде это её несколько угнетало, особенно рост. Рано начавшие набухать бутоны девичьей груди и нежный тёмный пушок над губкой, не погодам сформированная фигурка с точёной талией и округлившейся попкой – уже с 10 лет сводили её маму с ума. Она переживала, учуяв запах пота от своей ещё совсем маленькой девочки, отвела к эндокринологу. Врач развеял сомнения мамы, в том что есть какая-то патология. «Просто Ваша девочка рано начала созревать – это индивидуально, оглянитесь на свой пубертат?» И мама вспомнила, что и сама была девочкой «ранней», сочным южным цветком и с 11-лет заменструировала. И как только это воспоминание обдало холодком в позвоночнике, как Галочка со слезами на глазах, на ушко, сообщила, что «ТАМ у неё кровь».
Но в остальном Галина развивалась хорошо, и очень быстро оформилась в красивую молодую девушку, которая радовала родителей учёбой, была невероятно целеустремлённой и блестяще поступила в «иняз». Окончила его с красным дипломом, потом была аспирантура и работа в зарубежной компании с великолепной зарплатой и кучей побочных интересов. Галя занималась конным спортом, участвовала в соревнованиях по конкуру на Первенстве Москвы, путешествовала несколько раз в год, благо, работа позволяла и командировки в качестве личного переводчика руководителя приводили её в самые невероятные уголки мира.
Когда мама начинала заикаться о семье и детях, Галя закатывала глаза и убегала на очередную тренировку или летела с подругами на выходные в Сочи, кататься на горных лыжах, учила всё новые и новые языки, и сама мысль о том, что всю эту прекрасную, полную приключений жизнь надо будет бросить и засесть дома с орущим ребёнком, обслуживать его и мужа, приводила её в оторопь.
Молодой человек у Гали был: успешный и такой же непоседливый искатель, как и она. Им было невероятно интересно вместе и менять свой свободный стиль жизни казалось совершенной глупостью. Они же так молоды, красивы, успешны, зачем пока сковывать себя, как её «залетевшие» подружки, с которыми уже и не потусить и не пообщаться по-человечески, ибо все их интересы сводились к детям.
К 35 годам, Галя и её партнёр, так и не расписались, им казалось это глупой формальностью и деньгами на ветер. А деньги они оба тратить умели. Каждый обзавёлся квартирой, выплатил ипотеку, не забывая и о брендовых вещах, и о путешествиях. Предохраняться гормональными таблетками Галина категорически не хотела, она была за естественность во всём. Вес постепенно она прибавила, но приятные мягкости, впереди и сзади, добавляли ей женственности, и она позволяла себе роскошь быть «в соку, пусть и с лёегким перевесом, при росте 176 см весила она 85 кг, ну да, не тростинка, но ей так было комфортно в своём теле. Единственную пагубную привычку, которую позволяла себе Галина, были – сигареты, не так давно пришла на электронные, и расставаться с этой красивой, такой удобной штучкой, с милым чехольчиком, которую так приятно вертеть в руках, не хотела ни за что.
Жизнь для себя продолжалась до 38 лет, когда одним днём всё внезапно оборвалось в жизни Гали. Шишку в груди, она нащупала у себя сама, ещё в Непале, на йога-туре, но не стала фиксироваться на негативе, отложила мысли до Москвы. А дома, по прилёту, ясное дело, завертелась, покупка машины, потом новый проект и снова поездки. В итоге, через полгода после обнаруженной в груди находки, она-таки попала к маммологу. Врач осмотрел её, больно мял грудь, залезая глубоко в подмышку, хмыкнул и отправил делать УЗИ. И тут Галину ждал практически шок.
«Что там у меня, доктор? Как опухоль? Возможно злокачественная? Этого не может быть!» - перепуганная женщина сидела в кабинете врача, который трудно подбирал слова, пытаясь объяснить ей, что сейчас случилось с её жизнью, теребила сумочку, поправляла непослушные густые волосы, вздёрнутые вверх солнечными очками и ни слова не понимала из того, что говорил врач.
Жизнь перевернулась на 180 градусов. И даже не потому, что в скором времени, после биопсии и прочих дообследований, ей будет начато лекарственное лечение, сулившее потерю волос и другие «прелести», вопрос с детьми, который всегда казался чем-то обязательным, неотвратимым, но потом, не сейчас, пока она молода и легка, встал колом в груди, потому что с учетом её гистологии, врач сказал, что в течение минимум 2-3 лет о детям и думать не стоит, а потом, если не будет проблем (рецидивов и заведутся, усыплённые специальными гормональными уколами, яичники), на что гарантий никто дать не может…
Дома она всё искала удобный момент, чтобы рассказать о приключившейся с ней беде своему мужчине, все подбирала слова, переживала, как он отреагирует. Но Галя даже подумать не могла, как поведёт себя её ненаглядный, 9 лет проживший с ней вместе, Саша. «Это же не заразно?» – был его первый вопрос. Галя опешила и начала смеяться, ей казалось, он прикалывается, просто хочет смягчить юмором серьёзность ситуации. Но Саша был крайне серьёзен и впервые за много лет сам заговорил о детях: «То есть ты теперь не сможешь родить ребёнка?» - его лицо было непроницаемо холодным. «Возможно, по крайней мере первые 2-3 года после лечения врач не советует, так как это риск. А это что сейчас меняет? Моя жизнь, в принципе, сейчас в опасности. Ты вообще понимаешь, что это смертельно опасное заболевание?» - горячилась Галя, глаза которой налились слезами, помимо её воли.
Я понимаю, – сказал Саша, - но и ты пойми, Галь, я хотел детей... от здоровой женщины». Галю подбросило от его слов: 9 лет он молчал, ни словом не обмолвился и вдруг выясняется, что дети – были ключевым моментом его выбора!? «Я в шоке, Саш, просто нет слов! «Спасибо» за такую поддержку, дверь открыта», - в сердцах сказала Галина, понимая, что сейчас просто сложный момент и им обоим надо успокоится. Сейчас Саша одумается и подойдет к ней, обнимет и скажет: «Мы со всем справимся, малыш». Но Саша встал, налил себе стакан воды и тихо сказал: «Вообще-то это моя квартира, не верно было бы мне уходить», - и вышел из комнаты.
Глубина Галиного горя и опустошения была огромна, как Марианская впадина. Она собрала наспех вещи и вызвала такси. Всю дорогу до дома подруги, она проплакала, ехать в свою пустую двушку на Динамо, она не хотела, ей нельзя сейчас быть одной, поэтому она позвонила Маринке, однокласснице и очень близкому человеку. Проревев полночи, Галя собрала остатки мужества, съездила домой к Саше и собрала свои вещи, ей не хотелось больше никогда и никак с ним не встречаться.
Итак, краткое описание предыдущих серий, вернее факторы риска развития РМЖ:
o Женский пол
o Возраст
o Большое количество менструальных циклов:
- раннее менархе
- поздняя менопауза
- отсутствие родов
- 1е роды после 35 лет
- отсутствие кормления грудью
o Семейный онкоанамнез
o Ожирение (ИМТ > 30 кг/м2)
o Курение, алкоголь и ассоциальный образ жизни
o Облучение грудной клетки в анамнезе
(до 30 лет)
Возраст: риск рака молочной железы (РМЖ) увеличивается с возрастом.
● до 49 лет - 2,1% (1 из 49 женщин)
● от 50 до 59 лет - 2,4% (1 из 42 женщин)
● от 60 до 69 лет - 3,5: (1 из 28 женщин)
● 70 лет и старше – 7% (1 из 14 женщин)
● от рождения до смерти - 12,9% (1 из 8 женщин)
Женский пол: РМЖ встречается в 100 раз чаще у женщин, чем у мужчин [33433946].
Раса (этническая принадлежность) - самый высокий РМЖ наблюдается среди белых женщин. Однако, есть, например евреи Ашкенази, которые очень часто являются носителями мутации в определенном гене, что сопряжено с повышенным риском РМЖ. Многие расовые различия в показателях РМЖ объясняются факторами, связанными с образом жизни [15770008]. Известно, что триждынегативный РМЖ случается чаще у чернокожих женщин, чем у белых. Одним словом, раса имеет значение. Но не только она. [16757721].
Ожирение у женщин в постменопаузе
Ожирение (определяемое как индекс массы тела [ИМТ] ≥30 кг/м2) связано с общим увеличением [27356115] заболеваемости и смертности РМЖ. Однако, риск рака молочной железы, связанный с высоким ИМТ, отличается в зависимости от статуса менопаузы.
Женщины в постменопаузе: более высокий ИМТ и/или увеличение веса в перименопаузе постоянно ассоциируются с более высоким риском рака молочной железы среди женщин в постменопаузе [15252848, 16835425]. В качестве примера приведу:
мета-анализ (более чем 1000 эпидемиологических исследований), где женщины с более высоким ИМТ имели больший риск постменопаузального РМЖ, особенно с -положительными рецепторами эстрогена [27557308].
А всё потому, что в результате периферической конверсии предшественников эстрогена (из жировой ткани) в эстроген – повышается количество гормона в крови, а он запускает в опухолевых клетках режим активной пролиферации (грубо говоря, дает почву для появления и процветания раковых клеток) [12928347].
Кроме того, гиперинсулинемия также может способствовать развитию ожирения и, как следствие, рака молочной железы, потому что высокий ИМТ связан с более высоким уровнем инсулина [19116382].
И наоборот у женщин в пременопаузе - повышенный ИМТ связан с более низким риском РМЖ у женщин в пременопаузе, особенно в раннем взрослом возрасте [22547473].
Высокий рост - повышенный рост связан с более высоким риском рака молочной железы как у женщин в пременопаузе, так и у женщин в постменопаузе [15483280]. В одном исследовании у женщин ростом более 175 см было на 20% больше шансов заболеть раком молочной железы, чем у женщин ростом <160 см [10997541]. Механизм, лежащий в основе этой ассоциации, неизвестен, но может отражать влияние воздействия на питание в детстве и в период полового созревания [23090881].
Доброкачественные заболевания молочной железы: широкий спектр патологических образований включен в категорию доброкачественных заболеваний молочной железы (кисты, аденомы, аденоз, фиброз, липомы и др.). Среди них только пролиферативные поражения (особенно с гистологической атипией) связаны с повышенным риском рака молочной железы. (25622978) Поэтому пунктировать узлы надо и смотреть за их ростом тоже. Установленный диагноза типическая гиперплазия, дольковый рак in situ. (20071685) В этих случаях можно предотвратить развития рака либо оперативно, либо назначением тамоксифена или ингибитора аромтатазы, например, анастрозола. (16596655)
Плотная ткань молочной железы: плотность ткани молочной железы отражает относительное количество железистой и соединительной ткани (паренхимы) и жировой ткани [16775176]. Женщины с маммографически плотной тканью молочной железы, составляющая ≥75% молочной железы, имеют более высокий риск РМЖ по сравнению с женщинами аналогичного возраста с менее плотными тканями или вообще без них [17229950].
Например, более низкая плотность была связана с более высоким уровнем физической активности [17261853] и диетой с низким содержанием жира и высоким содержанием углеводов [9086005]. У женщин в постменопаузе эстроген и прогестерон увеличивают плотность груди [16174858], в то время как антагонист ER тамоксифен снижает плотность груди [14717756].
Минеральная плотность костей: поскольку кость содержит эстрогеновые рецепторы и очень чувствительна к циркулирующему уровню эстрогена, костная ткань манит как эндогенный, так и экзогенный эстроген [23381744].
Гормональные факторы
Менопаузальная гормональная терапия: менопаузальная гормональная терапия (ΜГТ) является безопасным вариантом лечения для женщин с симптомами климактерического синдрома, если менее 10 лет в менопаузе или моложе 60 лет и у которых нет противопоказаний к ΜГΤ (таких как история рака молочной железы, ишемической болезни сердца, предыдущая венозная тромбоэмболия или инсульт или серьёзное заболевание печени). Долгосрочное использование МНΤ для профилактики заболеваний в настоящее время не рекомендуется. (32345788)
Если обратиться к клиническим рекомендациям: меногормональная терапия остается наиболее эффективным методом лечения вазомоторных симптомов и генито-мочевого синдрома менопаузы и предотвращает потерю костной массы и переломы. Риски гормональной терапии различаются в зависимости от типа, дозы, продолжительности использования, пути введения, времени начала и использования прогестагена. Лечение должно быть индивидуализировано с использованием наилучших имеющихся доказательств для максимизации преимуществ и минимизации рисков, с периодической переоценкой преимуществ и рисков продолжения терапии. (35797481). Увеличения риска РМЖ при монотерапия эстрогенами в качестве МГТ не выявлено, наоборот уменьшается риск рака. В целом назначение МГТ должно быть взвешенным решением, которое принимают специалисты вместе с пациенткой.
Что касаемо краткосрочного использования комбинированной терапии эстрогеном-прогестином (менее 4х лет), совсем незначительно увеличивают риск развития рака молочной железы, хотя это может затруднить маммографическую визуализацию. Тип прогостила тоже нужно брать в расчет: естественный микронизированный прогестерон не был связан с дополнительным риском РМЖ. (26181174)
Контрацептивы: комбинированные оральные контрацептивы не увеличивают общий риск рака, включая рак молочной железы. (28188769) Любое увеличение раком молочной железы является временным и ограниченным текущим или недавним использованием КОК. Всегда используемая КОК снижает риск развития рака яичников и эндометрия. (33334812)
Репродуктивные факторы
Раннее менархе и более поздняя менопауза: ранний возраст начала менструаций связан с более высоким риском рака молочной железы [23090881]. Менархе в возрасте 15 лет или позже дает меньше шансов получить гормоно-зависимый рецепторно-положительный рак молочной железы по сравнению с менархе в возрасте до 13 лет [23090881]. У них также был на 16% более низкий риск рецептора-отрицательного РМЖ.
В одном исследовании за каждый год задержки начала менархе риск рака молочной железы был на 5% ниже [23084519]. Более поздний возраст при менопаузе связан с более высоким риском рака молочной железы.
Количество и возраст родов: нерожавшие женщины подвержены более высокому риску развития рака молочной железы по сравнению с родившими, причем неоднократно [11092437, 8178795]. Хотя родившие женщины имеют повышенный риск развития РМЖ в течение первых нескольких лет после родов по сравнению с бесплодными женщинами, паритет (родильный анамнез) дает защитный эффект спустя десятилетия после родов.
Исследования показывают снижение риска РМЖ с увеличением числа беременностей [8405211].
Увеличение возраста наступления первой беременности: защитный эффект родов также зависит от возраста первых родов. Женщины, которые забеременеют в более позднем возрасте, имеют повышенный риск развития рака молочной железы [23084519]. В исследовании здоровья медсестер, родивших по сравнению с нерожавшими женщинами, в менопаузе совокупная заболеваемость раком молочной железы (до 70 лет) была на 20% ниже у женщин, родивших своего первого ребенка в возрасте 20 лет; на 10% ниже у родивших первого ребенка в 25 лет; и на 5% выше среди тех, кто родил своего первого ребенка в 35 лет [11092437]. Риск для нерожавшей женщины любого возраста аналогичен риску женщины с первыми полноценными родами в возрасте 35 лет.
Известно, что полная клеточная дифференцировка, которая происходит в железе во время и после беременности, защищает грудь от развития рака молочной железы [7549816]. Более поздний возраст при рождении первенца может обеспечить больший риск, чем отсутствие родов как таковых, из-за дополнительной пролиферативной стимуляции клетки молочной железы.
Экстракорпоральное оплодотворение (ЭКО), по-видимому, не связано с риском рака молочной железы (23211423, 31207666). Однако, вопросы в отношении ЭКО сохраняются на моменте обследования пациенток перед процедурой – насколько тщательно проводится диагностика и онко-поиск?
Для женщин, проходящих подготовку к ЭКО также считается, что нет повышенного долгосрочного риска развития рака молочной железы. (30718336). Использование лекарств от бесплодия не увеличивает риск всех видов рака молочной железы. Однако, окончательные выводы ограничены наблюдательным и, часто, ретроспективным характером данных. (31207666)
Семейная история рака молочной железы: риск, связанный с известным семейным анамнезом рака молочной железы, сильно зависит от количества женщин-родственников первой степени с раком и без него, а также с возрастом, когда им был поставлен диагноз.
В объединенном анализе более 50 000 женщин с РМЖ и 100 000 женщин группы контроля риск рака молочной железы составил [11705483]:
• увеличение почти в два раза, если у женщины был больной раком родственник первой степени;
• увеличение в три раза, если у неё было два заболевших раком родственника первой степени.
Возраст на момент постановки диагноза пораженного родственника первой степени также влияет на риск рака молочной железы [11705483]. Женщины имеют в 3 раза больший риск, если рак у родственника первой степени был диагностирован до 30 лет, и риск только в 1,5 раза выше, если пострадавший родственник был диагностирован после 60 лет.
Тем не менее, семейная история по-прежнему является важным фактором риска даже у родственников с более поздним возрастом манифестации болезни. В проспективном когортном исследовании более 400 000 женщин с семейной историей рака молочной железы у родственника первой степени была связана с более высоким риском рака молочной железы, независимо от того, был ли диагностирован родственник до или после 50 лет [29435563].
Конкретные генетические мутации, которые предрасполагают к раку молочной железы, редки; например, только около 6% всех видов рака молочной железы напрямую связаны с наследованием патогенного варианта BRCA1/2.
Употребление алкоголя и курение: употребление алкоголя связано с более высоким риском рака молочной железы. 28486582
Хотя результаты не были одинаковыми, многочисленные исследования показывают, что у курильщиков также умеренно повышен риск рака молочной железы [26493265]. Например, в мета-анализе 27 проспективных наблюдательных исследований риск РМЖ был выше среди женщин с любой историей курения. Связь между курением сигарет и РМЖ сложна; до 50% курящих женщин также употребляют алкоголь, что является известным фактором риска рака молочной железы. Идёт речь о совокупном риске.
Исследования пассивного курения и риска РМЖ были неубедительными, но появляются доказательства увеличения риска рака при пассивном курении [26546245, 22247046, 24590452].
Воздействие терапевтического ионизирующего излучения: воздействие ионизирующего излучения грудной клетки в молодом возрасте, как это происходит при лечении лимфомы Ходжкина или у выживших после атомной бомбы или несчастных случаев на атомных электростанциях, связано с повышенным риском рака молочной железы [20368650]. Наиболее уязвимый возраст, по-видимому, составляет от 10 до 14 лет (досрочная зрелость), хотя избыточный риск наблюдается у женщин, подвергшихся воздействию в возрасте до 45 лет [8405198]. После 45 лет риск снижается.
Факторы, снижающие риск РМЖ
Медицинские и хирургические стратегии снижения риска: химиопрофилактика ингибиторами ароматазы у женщин в постменопаузе или тамоксифеном у женщин до или в перименопаузе снижает риск рака молочной железы. Мастэктомия также значительно снижает риск рака молочной железы и является подходящим вариантом для отдельных пациентов с высоким риском, например, носителей BRCA, равно, как и удаление яичников также оказывает свое позитивное действие (19470930).
Грудное вскармливание защитный эффект грудного вскармливания был показан в многочисленных контрольных и когортных исследованиях и метаанализах, величина которых зависит от продолжительности грудного вскармливания и от количества беременностей [12133652, 26504151].
По оценкам крупного объединенного анализа, который включал индивидуальные данные 47 эпидемиологических исследований (приблизительно 50 000 женщин с инвазивным раком молочной железы и 97 000 групп контроля), показал, что за каждые 12 месяцев грудного вскармливания относительный риск рака молочной железы снижался на 4,3% [12133652]. Другой мета-анализ показал, что эта ассоциация была сильнее при гормоно-отрицательном РМЖ [26504151]. Механизм защиты грудного вскармливания заключается в том, что он может задержать восстановление овуляторных циклов.
Физическая активность: наблюдательные исследования убедительно показывают, что физическая активность связана со снижением риска рака молочной железы [26687833]. Обзор эпидемиологических исследований 2016 года показал, что риск РМЖ был ниже среди наиболее физически активных женщин по сравнению с наименее активными женщинами [26687833]. Другой мета-анализ 139 перспективных и ретроспективных исследований оценил физическую активность и потерю веса примерно в 237 000 случаев РМЖ с 4 миллионами женщин из группы контроля. Высокая физическая активность была связана с более низким риском РМЖ. Результаты были аналогичными у женщин до и после менопаузы, а также для легкой и высокоинтенсивной физической активности [29223719].
Учитывая парадоксальное влияние веса у женщин в пременопаузе и в постменопаузе, снижение риска РМЖ, наблюдаемое во время физических упражнений, вероятно, не завязано только на контроле веса [9690522]. Повышенная физическая активность может снизить риск РМЖ за счет гормональных воздействий, таких как снижение уровня эстрогенов в сыворотке крови, инсулина и фактора роста инсулина-1 [18281663].
Потеря веса у женщин в постменопаузе может снизить риск рака молочной железы [16835425, 29223719], как показано в приведенных ниже примерах:
● В мета-анализе перспективных и ретроспективных исследований, рассмотренных выше, включая около 237 000 случаев и 4 миллиона группы контроля, потеря веса была связана с более низким риском рака молочной железы [29223719].
● В исследовании здоровья медсестер изменение веса после менопаузы было прослежено у 50 000 женщин в течение 24 лет. Женщины, не использовавшие гормональной терапии, которые поддерживали потерю веса на уровне ≥10 кг, имели ниже риск РМЖ, чем женщины, которые этого не делали [16835425]. Совсем недавно, примерно у 61 000 женщин в постменопаузе, в Инициативе по охране здоровья женщин (WHI), у тех, кто потерял ≥5% массы тела за 3 года после участия в исследовании, заболеваемость раком молочной железы была ниже в среднем на 11,4% по сравнению с женщинами, которые не похудели [30294816].
Диета, богатая фруктами и овощами, рыбой и оливковым масло - средиземноморская диета, характеризующаяся обилием растительных продуктов, рыбы и оливкового масла, может снизить риск рака молочной железы, но необходимо дальнейшее изучение.
В одном клиническом исследовании почти 4300 женщин в возрасте от 60 до 80 лет были случайным образом определены в группу средиземноморской диеты и контрольную группу [26365989]. За 4,8 года наблюдения было зарегистрировано 35 случаев рака молочной железы (33 из которых были с РЭ+). В группе же средиземноморской диете было меньше случаев рака молочной железы, по сравнению с контрольной группой.
● В систематическом обзоре 3 из 4 когортных исследований, изучающих связь средиземноморской диеты и риск рака молочной железы, показали обратную связь с постменопаузальным РЭ-, и прямую связь с РЭ+ раком молочной железы [29378048].
● В то же время мета-анализ 5 когортных исследований, изучающих средиземноморскую диету и рак молочной железы у женщин в постменопаузе, выявил на 6% более низкий риск всех видов рака молочной железы [28260236].
● Фитоэстрогены - это природные растительные вещества с химической структурой, похожей на 17-бета эстрадиол. Они состоят в основном из изофлавонов (с высокими концентрациями в соевых бобах и других бобовых) и лигнанов (с богатых в различных фруктах, овощах и зерновых продуктах). Хороших доказательных исследований по связи фитоэстрогенов и РМЖ нет.
Мета-анализ 8 исследований (2014 г.), оценивающие влияние потребления соевой пищи и риска РМЖ, показал следующие результаты [24586662]: в азиатских странах показали, что соевой изофлавон оказывает защитное действие как у женщин до, так и в постменопаузе. Исследования женщин в постменопаузе в западных странах показали, что потребление сои (изофлавона) оказывает лишь незначительное защитное действие.
● Красное мясо и переработанное мясо – два метаанализа показали, что переработанное мясо связано с более высокой заболеваемостью раком молочной железы, но не наблюдалось никакой связи с красным мясом [30183083].
Эта связь основана на использовании эстрогена в качестве добавки для крупного рогатого скота, а также канцерогены и ген-модифицированные добавки. Но данных не достаточно.
● Потребление клетчатки (пищевых волокон) - в мета-анализе 24 эпидемиологических исследований потребление пищевых волокон было связано с 12% снижением относительного риска заболеваемости раком молочной железы: на добавление каждых 10-грамм пищевых волокон в день приходилось 4% снижения риска РМЖ [27829237]. Однако, для подтверждения этого вывода необходимы рандомизированные испытания.
Воздействие диагностического излучения - существует ли связь между риском рака молочной железы и диагностическими уровнями облучения (например, маммография, рентгенография грудной клетки, диагностическая визуализация позвоночника, компьютерная томография) у женщин без наследованной предрасположенности, является спорным и сомнительным [2358494].
Лекарства, влияющие на риск возникновения РМЖ:
Кальций и витамин D - наблюдательные исследования показали, что более высокие уровни 25-гидроксивитамина D в плазме могут быть связаны с более низким риском рака молочной железы у женщин в постменопаузе [23625163], однако, рандомизированные испытания от добавления витамина D не показали защитного эффекта [32405914].
Нестероидные противовоспалительные препараты - данные о возможном защитном воздействии нестероидных противовоспалительных средств (НПВС) на риск РМЖ неоднозначны:
Мета-анализ 49 исследований пришел к выводу, что использование любого НПВС связано с низким риском рака молочной железы (примерно на 20%), аспирин и его аналоги [25589172], хотя были также работы, не показавшие подобного защитного действия ацетилсалицилатов [22927520]. Кроме того, в единственном рандомизированном исследовании, в котором оценивалось влияние низкодозированного аспирина (100 мг через день) на профилактику рака, никакого влияния на рак молочной железы или в принципе любой рак не наблюдалось после 10 лет наблюдения [15998890].
Бисфосфонаты - пероральные бисфосфонаты обычно используются для лечения остеопороза и для женщин с раком молочной железы с признаками потери костей, приписываемой ингибиторам ароматазы. Можно ли считать их использование истинным защитным фактором от РМЖ, неясно.
Хотя некоторые исследования показали снижение риска РМЖ на фоне профилактических бисфосфонатов примерно на 1/3 [20567009], другие исследования, включая большую наблюдательную когорту из более чем 64 000 женщин в постменопаузе в течение примерно 7 лет, не нашли связи [28708471]. Низкая минеральная плотность костной ткани может отражать среду с низким уровнем эстрогена, поэтому снижение риска, наблюдаемого на фоне бисфосфонатов в некоторых исследованиях, может отражать популяцию, которая подвержена более низкому риску заболеть раком молочной железы.
Бесплодие - связь между бесплодием и риском РМЖ остается спорной. Несколько эпидемиологических исследований показывают, что бесплодие из-за ановуляторных расстройств снижает риск РМЖ [28708471]. Однако в других исследованиях наблюдалось либо отсутствие ассоциации, либо небольшое увеличение риска, связанного с бесплодием [8557223].
Работа в ночную смену - работа в ночную смену признана Международным агентством по изучению рака и Всемирной организацией здравоохранения вероятным канцерогеном, хотя данные неоднозначны [21852111]. Эта ассоциация может быть связана с экспозицией света ночью, что приводит к подавлению ночной выработки мелатонина шишковидной железой [16030307]. Доказательства, подтверждающие это, свидетельствуют о том, что низкие уровни 6-сульфатоксимелатонина (основного метаболита мелатонина) связаны с повышенным риском рака молочной железы [18544743].
Аборт - как большой объединенный анализ [15051280], так и популяционные когортные исследования [8988884] не поддерживают связь между абортами (индуцированными или спонтанными) и риском РМЖ.
Хлорорганические вещества включают полихлорированные дифенилы, диоксины и хлорорганические пестициды, такие как дихлордифенилтрихлорэтан. Эти соединения являются слабыми эстрогенами, очень липофильны и способны сохраняться в тканях организма в течение многих лет. Однако связь с раком молочной железы не была продемонстрирована [12363327].
Антиоксиданты - нет никаких доказательств влияния потребления витамина А, Е или С или бэта-каротина на увеличение или уменьшение риска развития рака молочной железы [19116389].
Кофеин - исследования не показали никакой связи между потреблением кофеина и риском рака молочной железы [22020403]. Пьём смело. До 4 чашечек в день - безопасно для всего.
Хорошо продуманные эпидемиологические исследования не смогли найти никакой связи между грудными имплантатами, электромагнитными полями, электрическими одеялами, красками для волос и риском развития рака молочной железы [19003966].
Выводы: Сухие цифры статистики лишь на первый взгляд выглядят далёкими от повседневной жизни обычного жителя страны, напрямую не связанного с медициной и онкологией.
Проблема рака для очень многих в любой момент может превратиться из абстрактной в очень и очень личную. Согласно данным статистики, если текущая ситуация не изменится, то на протяжении жизни каждый 4-й россиянин рискует заболеть раком, а каждый 9-й погибнет от него.
К счастью, за последние десятилетия рак перестал быть однозначно фатальным заболеванием. Очень часто степень влияния факторов риска не ассоциируется в общественном сознании с реальной степенью их опасности, что говорит о недостаточной эффективности информационной кампании.
Я искренне верю в то, что мы с Вами, обладая новыми знаниями про факторы риска РМЖ, постараемся сделать всё, что от нас зависит, чтобы уберечься самим и просветить наших близких своим примером.
У Гали началось через 1 месяц после установки диагноза началось лечение: новая эпоха, наполненная приключениями и опасностями, открытиями и неожиданными впечатлениями, новая глава в жизни.
Жалела ли она о чём-то? Конечно, жалела. Что не подумала о детях раньше, что не разглядела в Саше негодяя и труса, хотя, как потом она с психологом на разборе поняла, звоночки были, просто жила она поверхностно и второпях, без опоры, без верно расставленных приоритетов, словно, на черновик.
Сейчас у Гали все хорошо: получает гормоны, занимается спортом следит за питанием и весом, борется с приливами лекарствами, что назначил онколог, завела себе кошку и блог, где рассказывает девушкам с похожими проблемами, как справилась сама и как не допустить ошибок тем, кто не болен, но имеет факторы риска.
А ещё за Галей ухаживает прекрасный ЛОР-врач, очень трепетный и умный мужчина, который готов поддерживать и ждать. «Любить себя нужно правильно» - сказала себе Галя, начиная новую жизнь, без рака и страха.