- Я селёдку взяла.
- У меня тоже есть селёдка. Давай сделаем винегрет. Гуся запекает соседка. Она умеет. Откроем консервов разных, сделаем хлеб с икоркой.
- Я привезла яблок свежих, - сказала Фрося.
- Да, вообще, у нас будет царский стол, - засмеялась Зоя и чмокнула Фросю в щёку.
Глава 195
- Спасибо, милая. Сегодня придут Лена с Сашкой поздравить меня. Предлагаю съездить в магазин, купить на стол закуски. Сегодня посидим у нас, а завтра сходим в баню. Как ты смотришь на такой план?
- Давай на Новый год поедем к Зое?! Там соберутся все наши. Зоя хочет и Катю с Ильдаром позвать. Надя с Леонидом будут и с твоим крестником. Я так хочу со всеми увидеться.
- Хорошо, милая. Так и сделаем. А сейчас подъём, завтракать и по магазинам. Тёща говорила, чтобы запасов сделали. Сахару купим и соли.
- Сеня, купить-то купим, а где хранить будем? В общежитии никто ничем не запасается. Я же вижу. Живут одним днём. Мне будет стыдно заваливать комнату мешками. Скоро уголок для ребёнка нужно будет сделать. А у нас чувалы кругом будут стоять.
Семён осмотрел комнатку. На самом деле лишнего места не было.
- Вот тёща, задала мне задачу. Письма не было, что там за дела в станице?
- Тебе было письмо, на столе под клеёнкой лежит.
- Тёща лично мне написала?
- Мать твоя тебе написала, - сердито ответила Фрося и нахмурилась.
- Что пишет?
- Я не читала. Письмо тебе, сам и читай.
Семён достал письмо из-под клеёнки и принялся читать вслух. Фрося взяла чайник и вышла из комнаты. Она всем своим видом показывала, что письмо свекрови ей совершенно не интересно.
Семён читал письмо матери и всё больше хмурился. Она писала, что приехал брат с молодой женой. Её переселили в пристройку, а сами живут в доме. По хозяйству ничего не делают. Она сама ухаживает за коровой и птицей. Молока совсем не видит. Работает от зари до зари, а благодарности не видит.
Письмо заканчивалось словами:
- Помру я скоро, сынок. Приезжай, попрощаемся.
Стало тоскливо на душе. Срываться в дорогу машиной было рискованно. Скоро начнётся зима. Машина может подвести. Нужно было три дня, не меньше, чтобы съездить к матери поездом.
Фрося вернулась с чайником. Семён сидел и задумчиво вертел в руках письмо.
- Нужно мне съездить к маме, - сказал не очень уверенно.
Фрося вопросительно глянула, но ничего не сказала.
- Если на Новый год дадут на неделю увольнительную, съезжу поездом.
- Езжай. Я сама пойду к Зое, - ответила жена.
- Вот и правильно, встретишь Новый год в кругу друзей, - кивнул головой Семён. – Мама зовёт попрощаться. Говорит, умрёт скоро.
- Врёт и не кривится. Моя мамка, вон какая старая, да и то помирать не собирается. Твоя моложе и прожила с отцом, как за каменной стеной. Горя не знала, - сердито ответила Фрося. – Дрова из лесу на спине не таскала.
- Надо было летом заехать, когда из Ахметовской ехали, - в раздумье произнёс Семён.
- Ну, это уже без меня, - воскликнула Фрося и бросила на стол ложечку. – Мне хватит и того, что было.
- Фрося, не забывай, что это моя мать. Она родила меня, вырастила. Я и не зову тебя с собой. Съезжу один.
Фрося закрыла лицо руками и горько заплакала.
- Конечно, ты съездишь один. Там тебя поджидает невеста, которую мать выбрала!
- Девочка моя, успокойся! Кроме тебя и нашего малыша мне никто не нужен.
- Конечно, не нужен. Только Сара была нужна.
Семён наклонился и обнял жену. Погладил животик и вдруг почувствовал робкий толчок, еле ощутимый. Стал на колени и приложил ухо к животику.
- Наш малыш стучит уже! Фросенька, родная! Не плачь, ты пугаешь ребёнка.
- Уйди, - оттолкнула жена. Встала и легла на кровать.
Семён несколько раз подходил к ней, заговаривал, но жена не отвечала. Оделся и сам съездил в магазин.
Фрося же думала о том, что никогда не будет счастлива с Семёном. Она его никогда не полюбит. Даже его запах ей неприятен.
***
Наступило 31 декабря. Семён с утра отвёз Фросю к Зое, оставил во дворе у друзей машину, а сам поехал на вокзал. Днём был поезд, и он торопился купить на него билет, чтобы съездить к матери.
Сначала он хотел встретить Новый год в компании друзей, но 3-го января ему нужно было быть на службе. Поэтому не стал откладывать поездку.
А тут ещё и Фрося совсем раскапризничалась. Не подпускала его к себе и постоянно плакала. Это тоже стало причиной скорого отъезда. Семён списывал все капризы на беременность. И прощал все выходки, хотя иногда хотелось прикрикнуть и даже топнуть ногой.
Фрося нажаловалась Зое на Семёна:
- Помчался к мамочке по первому зову. Умирать она, видите ли, собралась. Даже не вспомнил, что это именно она меня оболгала и деньги в карман подкинула.
- Ой, какое горечко! – сам поехал, а жёнушку не взял! Вот родишь сына, он вырастет и приведёт тебе пигалицу конопатую. Что будешь делать? Ещё и не такое придумаешь, лишь бы только он бросил её. Я же знаю твой характер.
- Куда там, знаешь ты меня! Я и слова не скажу. Пусть живёт, с кем хочет!
- Ага, ага! Сейчас чего ревёшь? Обидно, что муж не послушался тебя и поехал к матери?
- Нет, не из-за этого. Есть там молодая женщина с ребёнком. Мать её Семёну подсовывала.
- Так ты ревнуешь? – округлила глаза Зоя и вдруг рассмеялась. – Ревнуют, когда любят. Значит, любишь Семёна?!
- Не люблю и никогда не полюблю. Отстань со своей любовью.
- Фроськааа, какая ты глупаяааа! Эх, хотела я у тебя Сенечку отбить, да только кроме тебя он никого не видит. Не переживай. Теперь у меня Павлуша есть и Надюшка. Давай, поедим и начнём готовить на праздничный стол.
- А кто будет?
- Не знаю. Приглашала много людей, а кто будет, увидим. Холодец у меня в кладовке стоит. Давай начистим картошки, да сварим.
- Я селёдку взяла.
- У меня тоже есть селёдка. Давай сделаем винегрет. Гуся запекает соседка. Она умеет. Откроем консервов разных, сделаем хлеб с икоркой.
- Я привезла яблок свежих, - сказала Фрося.
- Да, вообще, у нас будет царский стол, - засмеялась Зоя и чмокнула Фросю в щёку.
***
Как обычно зимой, стемнело рано. День хоть и пошёл на прибавление, но с 22 декабря до 31 числа почти не увеличился. Снега так и не было. Слякоть и грязь не радовали. Около 6 вечера приехал Павел Иванович. Был он с Николаем.
- Девочки, милые, здравствуйте! Мы сейчас немного поработаем и будем в полном вашем распоряжении, - сказал Павел.
- Павлуша, не наработались ещё? – спросила Зоя и поцеловала мужа.
- Зоенька, наработались, но нужно закончить все дела, чтобы завтра спокойно отдыхать. Где наша Надюшка?
- У соседки. Скоро пойду за нею.
Мужчины ушли в кабинет, а молодые женщины начали прихорашиваться в спальне.
- Фрося, губки подкрась, а то они у тебя бледные. Давай, я тебе брови подведу, - говорила Зоя, доставая сумку с разными штучками.
Фрося брала всё по очереди в руки и внимательно рассматривала. Она не пользовалась помадой и кремами. Это у неё такой был принцип. Считала себя некрасивой и никогда не пользовалась косметикой. Такой она и осталась навсегда. Даже будучи в зрелом возрасте никаких кремов, помад и карандашей не признавала.
Её сестра Мотя в этом плане была совсем другой. Хоть и не хватало у неё денег на кремы и прочее, она использовала сметану, огурцы, красную свёклу. Но за лицом ухаживала. Не хотела выглядеть старухой рядом с моложавым Егором. Да и моложе Моти был муж.
***
Ближе к 12 подъехал Леонид с Надей и Сёмочкой. Малыш спал. Его уложили рядом с Надюшкой на одну кровать в спальне, выключили свет и сели за стол.
Продолжение здесь