― Сашка, а где нож?
― Там на столе, как всегда, ― недовольно вздохнула Александра. ― Илюш, ты что, как маленький?
― Иди и посмотри! Там ничего нет!
Саша с неохотой встала и пошла на кухню, в душе ругая несамостоятельность мужа, которого до сих пор надо водить за ручку и показывать, где и что лежит.
Но ножа и правда не оказалось на привычном месте. Более того, все стояло как-то не так. Накануне Саша и Илья заказывали пиццу на ужин и практически не заходили на кухню, поэтому Саша и не заметила перестановок, но теперь это бросалось в глаза.
― Интересно… ― пробормотала она, глядя на столешницу. Затем осмотрела кухню и поняла, что полотенце на крючке тоже висит другое. Она не меняла его, а Илюша обычно даже и не вспоминал об этом. Пакет с печеньем в шкафу был начат, а в мусорном ведре обнаружились фантики от конфет.
Когда Александра сказала обо всех странностях мужу, тот явно напрягся и покосился по сторонам. В голове сразу замелькали разные версии происходящего.
― Воры явно не будут заботиться о чистоте.
― Ага, у нас и не пропало же ничего! Просто кто-то поел и прибрал за собой.
― И кто у нас все это сделал? Домовой?
― Илюш, ты веришь в домовых? Я думала, что вышла замуж за взрослого человека.
Саша засмеялась, а Илья показал ей язык и буркнул:
― Смейся-смейся, вот только кто все это делает? А, может, это ты меня разыгрываешь?
― Нет, это не я, сама ничего не понимаю.
Илья, прищурившись, заглянул жене в глаза и понял, что она говорит правду. Вот теперь ему стало не по себе. Саша тоже поежилась и шагнула ближе к мужу.
― Не хочешь продать квартиру? ― полушутя спросил Илья.
Александра тихо засмеялась и покачала головой.
― Илюш, мне кажется, тут все проще.
― Правда?
― Да, давай немного подождем. Если странности продолжатся, то будем уже что-то решать. У твоей сестры же был ключ? Может, она заходила? Позвони ей!
У Ильи отлегло от сердца, когда он вспомнил про сестру. Он тут же набрал ее номер, но через несколько минут обеспокоенно поделился с женой:
― Саш, Маринка говорит, что не приходила. Типа у нее и так дел много. У нее дети сейчас болеют, и ей точно не до розыгрышей. А ключи она никому не давала.
Александра хмуро посмотрела по сторонам и предложила:
― Тогда ждем, что будет дальше. Все равно пока не можем ничего сделать.
Илья пожал плечами и проворчал:
― Я бы продал квартиру и свалил отсюда.
― Из-за двух печенек и нескольких конфет? ― ехидно уточнила Саша.
― Сань, вот тебе лишь бы посмеяться! А я не хочу сталкиваться с чем-то странным.
― Ладно, извини, ― Саша подошла к мужу и обняла его. ― Мне тоже не по себе. Пойдем лучше в комнату.
Несколько дней все было тихо, а в четверг Саша, придя с работы, обнаружила, что шоколадный батончик, который она оставила себе на вечер, съеден. Илья не любил сладкое, так что это явно был не он. Но кроме батончика в доме были и другие изменения.
Во-первых, опять полотенце на кухне опять поменяли, во-вторых, разобрана сушилка, на которой скопились тарелки и стаканы, в-третьих, покрывало с дивана почему-то оказалось в стирке.
Саша ходила по дому, подмечая изменения и злясь все больше. Она считала себя полноправной хозяйкой и не понимала, кому в голову пришло этим заниматься.
Немного подумав, Александра вдруг вспомнила слова свекрови: «Да ты отвратительная хозяйка! Ничего не умеешь! Везде грязь и непорядок!». Раиса Сергеевна считала невестку плохой женой и сердилась на сына за то, что он женился на ней.
― Неужели это Раиса Сергеевна? ― сама у себя спросила Саша.
Но где она взяла ключи? Хотя мама Ильи была хитрой женщиной и могла утащить их у Марины, причем так, что та даже не заметила бы. Но зачем ей это делать? Саша не могла объяснить поведение свекрови. Может, это и не она вовсе?
Илья всегда злился, когда его мать и жена ссорились друг с другом, и Александра прекрасно понимала, что и в этот раз он будет сердиться, если она обвинит его маму без доказательств.
Саша не хотела выглядеть дурой и понимала, что Раиса Сергеевна отвертится, если ей просто взять и предъявить все в лицо. Поэтому нужно было придумать план действий.
Когда Илья пришел с работы, Александра уже знала, что делать. Конечно, мужу она не стала говорить, что это его мама. Вместо этого Саша показала Илье новые изменения и обеспокоенно сказала:
― Илюш, ты прав, нужно что-то делать.
― Вот видишь! Куда переедем? ― тут же спросил Илья.
― Никуда! Я не собираюсь сдаваться! Мне вообще кажется, что это кто-то шутит над нами. Предлагаю устроить одну штуку.
― Какую?
После того как Саша рассказала Илье о своем плане, тот сначала посмеялся, но потом согласился, что ничего лучше им сейчас не придумать.
В выходные они установили ловушку, посмеиваясь над тем, что будет с тем, кто ее заденет. Александра догадывалась, кто попадет в ловушку, но упорно молчала, зная, что муж тогда не будет ничего делать, а ей хотелось проучить свекровь. Конечно, если это на самом деле она. А если нет, то в любом случае будет полезно узнать, кто к ним ходит.
― Илюш, предлагаю поймать этого человека, а потом поменять замки.
― Если это человек, ― зловеще прошептал Илья.
― Ты неисправим, ― покачала головой Александра. ― Верь во что хочешь, а я чувствую, что здесь замешан кто-то живой… и любящий сладкое.
В понедельник вечером Саша и Илья вместе вернулись с работы и осторожно открыли дверь, не желая сами попадаться в ловушку. Но их опасения были напрасны. У них уже кто-то побывал ― шар с синей краской, который Илья подвесил к потолку, упал, кого-то облив.
Пол и стены были забрызганы, и Саша с сожалением подумала, что теперь ей придется все это убирать. Но она не жалела о своем плане. Проще все отмыть, чем терпеть воровство и вторжение в квартиру.
― Ух ты! Кому-то мощно досталось! ― прокомментировал Илья.
― Теперь поверил мне? Это явно был человек!
― Точно! Ты была права!
Саша довольно улыбнулась и бросила:
― Осталось узнать, кто это был.
Она шагнула в зал, включая свет, и чуть не завизжала, потому что навстречу ей шагнула фигура. Это была Раиса Сергеевна, все ее руки, голова, одежда были измараны в синей краске.
― Мам? ― Илья изумился. ― Что ты здесь делаешь?
Он несколько секунд смотрел на мать, осмысливая все, затем покраснел от гнева.
― Так это была ты? Зачем? Тебе чего спокойно не живется?
― Пыталась проучить твою жену! ― отчеканила Раиса Сергеевна и свирепо посмотрела на сына и невестку. ― Вы что наделали? Эта краска же не отмывается!
Саша сдавленно захихикала, а Илья смущенно развел руками. Ему тоже стало смешно, но не хотел смеяться над матерью.
― Она отмоется через пару недель, не волнуйтесь, ― утешила Александра свекровь.
Сквозь разводы синей краски было чуть-чуть видно, как она вспыхнула румянцем.
― Зачем вы это сделали?
― Хотели проучить вора! ― Саша в упор посмотрела на свекровь.
Раиса Сергеевна ткнула в нее пальцем и зло выпалила:
― Ты знала, что это я! Ты специально все это сделала!
― Даже если это так, виноваты только вы сами! Зачем вы лазили к нам в квартиру? Вы понимаете, что не имеете на это права? Это наша квартира, а не ваша!
Илья удивленно посмотрел на жену, но ничего не сказал, решив обсудить это позже, не при матери. Она и так сильно злилась.
― Зачем я ходила к вам? Да потому что ты отвратительная хозяйка, и мне жаль моего сына, который живет в грязи! Мне жаль, что ты женат на ней!
― Мам, не говори так. Саша хорошая хозяйка и прекрасная жена. Больше так не делай, пожалуйста!
Илюша знал, что его жена не нравится его маме, но он любил обеих и не хотел ссор.
― Ты на чьей стороне, сын?
― Мам, ты не имела права приходить к нам без нашего ведома.
― Предатель! ― прошипела Раиса Сергеевна.
Почему-то она была уверена, что Илья встанет на ее сторону и скажет, что она все делала правильно. А раз ее сынок перебежал на сторону жены, то и общаться с ним Раиса Сергеевна не хотела. Она стремительно прошла мимо Ильи и Саши и вылетела из квартиры.
― Илья, я все объясню, ― Саша понимала, что муж злится.
― Да уж, сделай это, пожалуйста! Зачем так обижать мою маму?
― А ты бы мне поверил, что это она? Ну, без доказательств… Сказал бы просто, что я придумываю, и твоя мама ни при чем. Илюш, я хорошо знаю вас обоих. Раиса Сергеевна отвертелась бы, а ты бы ей поверил, как обычно.
Илья опустил голову, понимая, что жена права, а она продолжила:
― Ты знаешь, что я специально не буду никому причинять зла. Но сейчас было необходимо немного проучить твою маму. Тебе же самому неприятно, что она приходила сюда без нас.
― Ладно, Сань, ты права, ― Илья выдохнул и шагнул к жене. ― Но в следующий раз предупреждай меня сразу обо всех догадках. Я буду тебе верить.
― Надеюсь, что следующего раза не будет! Кстати, давай вызовем мастера завтра вечером. Поменять замок ― это быстро, а нам так будет спокойнее.
Илья сумрачно кивнул. Он понимал, это необходимо.
― Илюш, не волнуйся, ты же знаешь свою мать. Через две недели она уже придет к нам, как всегда. Будет ругать меня, что я плохо ухаживаю за тобой, как будто ты какой-то немощный. А тебе будет носить чай и сидеть рядом.
Саша весело улыбалась, смотря на мужа, и тот, не выдержав, тоже размяк.
― Признай, что она выглядела смешно, ― подтолкнула Александра Илью в бок.
― Да, довольно забавно. Теперь две недели будем отдыхать от мамы, пока с нее не сойдет краска.
― Надо было тогда брать водоустойчивую, ― захихикала Саша. –
Илья покачал головой и обнял жену, довольный тем, что они разобрались с ситуацией. Он даже был рад, что это оказалась его мама, а не кто-то непонятный. Проще было разобраться с мамой и ее закидонами, чем переезжать в другую квартиру.
Автор: Наталья Селеш
---
Рог шерстистого носорога
Серый хищник настигал подростка. Погоня началась, когда между ними было шагов триста. Русоволосый мальчик, лет 10-12, выкапывавший съедобный корень, ощутил на себе пристальный взгляд жёлтых глаз плотоядного зверя из-за куста волчьего лыка, рядом с листопадным лесом. От этого взгляда противно затошнило, заныло между желудком и бешено забившимся сердцем.
Крик о помощи, сорвавшийся с окаменевших, парализованных страхом губ, разорвал опускающиеся на землю сумерки. Этот крик растекся липкой холодной волной по земле, заползая змеёй в каждую норку, занятую осторожным грызуном, он поднялся по стволам, проник в дупла деревьев, заставляя покинуть пернатых свое неприступное жилище. Он разрывал барабанные перепонки травоядным всех размеров. И только в ушах хищников крик звучал любимой и желанной музыкой.
Когда зверь понял, что он замечен, и маскироваться дальше нет смысла, он ринулся в атаку. Одинокий волк, волк-изгой, изгнанный из стаи за нарушение закона, обречённый на скитание в одиночестве, скрывающийся, как от чужих стай, так и от своей, вынужденный добывать пропитание в одиночку, выбрал своей добычей мальчика.
Это был волк трехлеток, вступивший во взрослую жизнь, которому приглянулась волчица, принадлежащая вожаку. Вчерашний волчонок осмелился показать клыки главному волку стаи. Последовала жестокая расправа. Ему бы заскулить и опрокинуться на спину, но уж больно хороша была волчица, смотревшая за схваткой. Молодой волк продолжал драться. Волчица укусила его последней и совсем не больно. После того, как его начала рвать вся стая, все десять взрослых волков, это было единственным утешением.
Раны закрылись, но он истощил свои силы, питаясь ящерицами и лягушками. А убить даже косулю не хватало прыти.
И хищник выследил мальчика. Это была последняя надежда – убить мальчика и продлить себе жизнь. . .
Пролог
Эта история нигде не записана, никем не рассказана и не пересказана. Но я точно знаю, что она была в реальной действительности.
Она жила со мной с самого начала, когда я пришёл в этот мир и услышал свой первый крик, покидая надёжное материнское убежище, а может ещё раньше, когда я крошечным зародышем плавал в этом убежище, утробе матери, питаясь её кровью, или ещё раньше, когда соединились две клетки в одну новую жизнь, впитавшую информацию всех предыдущих поколений.
Где, в каких глубинах подсознания, в каком хранилище мозга или души зашифрована была информация об этой истории, я не знаю до сих пор. Возможно, о ней никто никогда бы и не узнал, если бы я случайно не увидел плакат с изображениями сказочных чудовищ в окне одного московского здания. Так я впервые попал в палеонтологический музей.
Мне было восемь лет. Родная тетя везла меня в деревню на все лето. В Москве пересадка. Мы убивали время в ожидании прибытия поезда. Так что музей попался очень даже кстати. Детей пускали бесплатно, а взрослый билет стоил какие-то копейки.
Мир доисторических существ окружил меня. Зачарованный, задрав голову, я бродил между скелетами динозавров, переходя от одного монстра к другому, пока не остановился возле одного чучела. Я стоял и смотрел на косматое чудовище исполинских размеров, гораздо больше самого крупного быка в стаде той деревни, куда везла меня тётка.
— Шерстистый носорог. Вымер 10 тысяч лет назад, — читала тётя пояснительную табличку, прикреплённую к постаменту чучела, невольно ослабив контроль за мной в музейной тишине.