Яхтенный мир разнообразен. Свежий ветер, раздутые паруса, порой штормит, а в крови адреналин бурлит. Не случайно в яхтинге находят место военные пенсионеры. Ходить на яхтах – не спорт, а образ жизни и способ её продления благодаря замечательному увлечению.
Несколько лет назад Валерий Исаков, капитан яхты Марс, в свою бытность командир БЧ-5 (он задолго до меня служил на К-279) пригласил друзей скромно отметить День рождения в яхт-клубе на Петровской косе. Присутствовал и Виктор Поникаровский, в прошлом командир подводного крейсера, замечательный рассказчик. Благодаря услышанному появились рассказы в книге «Прочный корпус» про взрыв ракеты и в новой книге «Секретный поход», как его, вахтенного офицера смыло за борт.
Вашему вниманию отрывок из книги «Прочный корпус»
Эта история случилась на Краснознамённом Северном флоте. Будучи командиром атомохода, еду из штаба флота в Североморске на родную базу Гаджиево. На высоком уровне происходил разбор полёта на тему: «Почему баллистическая ракета не улетела, а взорвалась сразу после выхода из шахты?»
Душа моя морская решила добираться по Кольскому заливу. В зале Морского вокзала располагалось кафе для пассажиров, уверенно стоя́щих на ногах. Взял чай с бубликом, протискиваюсь к столику на свободное место.
— Мужики, можно с вами постоять?
Мне, капразу, вяло кивнули. Один из гражданских моряков, старше меня, судя по седой бороде, увлечённо рассказывает друзьям, не обращая внимания на меня:
— Представляете! У меня на глазах ракета взорвалась, сразу, как вышла из шахты. Так звездануло, мама не горюй!
— Ну и ну, а в подробностях? — заинтересовался я.
Бородатый морячок, не обращая внимания на мой вопрос, продолжает:
— Видели бы вы это зрелище!
— И где мама не горевала?
— Какая мама?
— Где ракета звезданулась? — волнуюсь я. — Ракеты не каждый день взрываются.
Бородач ухмыльнулся:
— Где-где? В губе Порчнихе. У причала лодка стояла и стреляла.
Ну, здесь явный перебор, не выдерживаю:
— Болтун — находка для шпиона.
Примолк старый моряк, задумался.
— Это у меня ракета взорвалась! Я — командир. Окстись, родимый! — пришлось, возмутиться незаслуженно присвоенным лаврам.
Бородач выдохнул:
— Вот так встреча, а я обеспечивал вашу стрельбу, капитан буксира Васильев. Мы вас отработали к причалу, потом в море вышли, район стрельб надёжно прикрывать вместе с ОВРом от придурков любопытных.
— Уже интересно, рассказывай.
Капитан буксира с жаром продолжил:
— Заняли точку. Лежим в дрейфе, ждём представление. Наконец, с воем вышла сигара вертикально вверх. Всю лодку, как положено, накрыло белым дымом. Красивое, необычайно мощное зрелище! Дух настолько захватывает. Вдруг… ракета зависла и как долбанёт! Яркая вспышка в эпицентре и здоровенный столб тёмного дыма моментально накрыл лодку и территорию вокруг метров на двести. Картина — как от взрыва ядерной бомбы из учебного фильма. Высокий гриб поднялся к облакам. Моего рулевого взрывной волной повалило на палубу, я об рынду башкой ударился. В ушах резко зашумело, а потом — тишина. Серая туча начала оседать, а подводной лодки не видно. Ну, думаю, кирдык подводникам…
— Ну-ну, забавно, — прокомментировал я и ушёл на посадку в подошедший катер.
Спасибо капитану буксира, в красках поделился картинкой со стороны. А как происходило внутри прочного корпуса. Перед ракетной стрельбой я предусмотрительно отправил на берег из состава экипажа группу охраны за тем, чтоб следили, мало ли оленеводы или охотники любопытство проявят, завидев ракетный подводный крейсер. Всем интересно, как ракета из шахты выходит. Зрелище завораживающее. Человек — существо неразумное, лезет мир познавать в места, какие не следует. От греха подальше выгнал и пограничников из деревянного пристанища на берегу. И не зря, вскоре домик разлетелся в щепки.
— Учебная тревога! Ракетная атака, — прозвучало по кораблю.
Помолясь, начали предстартовую подготовку, всё проходило штатно, без отклонений. Обеспечивает стрельбы старший на борту вице-адмирал. Детское любопытство и, конечно, в первую очередь, ответственное желание проконтролировать весь процесс привело его в боевую рубку. Перед стрельбой попросил поднять перископ. Верхний рубочный люк закрыт, нижний открыт. Наблюдает из первого ряда, не то, что капитан буксира — с галёрки, в нескольких милях от нас. Красота!
Ракета вышла метров на десять и рванула прямо над лодкой. Понятно, изделие практическое, взорвалось ракетное топливо, которого всего несколько тонн, это вам не ядерный заряд. Естественно, горючее выгорело не всё и начало росой оседать на поверхность лодки и бухты. В центральном посту появился специфический привкус, который ни с чем не перепутать. Гадость несусветная и смертельно опасная дрянь.
Ракетчик, командир БЧ-2 разумно предложил:
— Надо закрыть нижний рубочный люк, иначе все отравимся.
Стреляли надводном положении, верхний рубочный люк задраен. В боевой руке «любопытный», нижний люк открыт. Воздушная подушка в рубке отсутствует, вот и просачиваются ядовитые пары.
Даю команду:
— Срочно покинуть боевую рубку, задраить нижний рубочный люк!
Увлечённый адмирал изображает ноль движения и эмоций, продолжая любопытствовать, смотрит в окуляр, ничего не видит, а всё равно интересно. Команду не слышит. Как ребёнок в игре-стрелялке. Отправляю старшего помощника вытащить товарища вице-адмирала в центральный. Старпом, недолго думая, стащил руководителя стрельбы за ноги, и тот кубарем вывалился на пятачок под люком. Случился, мягко говоря, небольшой конфуз. Комичное приземление начальника на пятую точку вызвало с трудом сдерживаемый смех зрительного зала, собравшегося в центральном. Адмирал поднялся, отряхнулся, обрёл дар речи и слуха.
Посыпались гром и молнии в мой адрес:
— Что вы себе позволяете!? Командир, да я тебя…, да ты мне… — в этом духе.
Пытаюсь оправдаться:
— Товарищ вице-адмирал, товарищ вице-адмирал…
Куда там? Слово вставить некуда, готов растоптать меня, оглохнув от собственного рыка. Подробности перепалки опустим. Как и аргумент, что лично я отвечаю за жизни вверенных мне людей, включая адмиральскую. Поскольку старший на борту не делал запись в вахтенном журнале «В управление кораблём вступил вице-адмирал…», значит, за всё отвечает командир корабля.
Вице-адмирал не любил, когда к нему обращались «товарищ адмирал». И был абсолютно прав, у адмирала три красивых звезды на погонах, а у вице-адмирала — две. Справедливо считал в обращении «адмирал» заискивание, тем более, не сомневался, адмиралом всенепременно станет.
Разбор аварии в штабе флота не выявил ошибочных действий экипажа. На технической базе, где готовили ракеты к стрельбе, решили старенькую, которой прямая дорога на утилизацию, подремонтировать и послать в последний путь естественным образом — посредством ракетной стрельбы. У них это целиком и полностью получилось. У нас — тоже относительно удачно, без человеческих жертв.
Однако, командир корабля прослужил в должности «первый после Бога» семь лет без перспективы карьерного повышения. Удивительным образом рассказ получился без имён, оберегая автора от ответов на каверзные вопросы. Полагайте его очередной военно-морской байкой.
Берегите себя и своих близких, с наступающим Новым годом!
Ваш Борис Седых.