оглавление канала, часть 1-я
Сначала ничего не произошло. Только, откуда-то из самой сердцевины камня к моей руке стало подниматься тепло. Пальцы стало знакомо покалывать. Я стояла, как приклеенная, не в силах оторвать ладонь от мшистой поверхности камня. Затем, я почувствовала слабую вибрацию, шедшую откуда-то изнутри. Будто камень, проснувшись, начал со мной говорить на каком-то своем языке мне пока непонятном. Я задержала дыхание в ожидании того, что сейчас должно произойти. Вибрация все усиливалась, но камень с места не сдвигался, и вскоре, все стало убывать, пока не прекратилось совсем. Я с трудом сумела убрать онемевшую руку от камня. Разочарование. Вот, что я почувствовала в первый момент. Растерянно оглянулась на притихших за моей спиной спутников. Недоумение, изумление и надежда были в их взглядах. Первой ко мне подошла Ульяна. Посмотрела на меня чуть ли не обвиняющим взглядом и тихо прошептала:
- Почему…? – Потом сама положила руку на камень, но ничего не произошло. Глянула на меня гневно: - Ты все испортила! Зачем ты полезла?! Как ты вообще узнала об этом?! Это тайна нашего Рода!!!
Вопросы, больше напоминающие обвинение, сыпались из нее, как горох из прорванного мешка, и злые слезы заблестели в ее огромных голубых глазах. Я стояла опустошенная, по неведомой причине, чувствуя вину перед этой девочкой. И правда… За каким бесом я полезла туда, куда меня не просят?! Ответа на этот вопрос у меня не было. Но, в то же время я понимала, что просто не могла противиться какому-то внутреннему зову, который словно на невидимых канатах притягивал меня к этому камню. Ну не могла, и все тут! Впору было самой тут же разреветься!
Игорь подошел сзади и осторожно обнял меня за плечи, давая понять, что вот он, моя опора и надежная защита, рядом, всегда рядом со мной. Я жалко всхлипнула, поглядела на него, словно подранный после ярой драки пес, и прошептала:
- Я все испортила, да?
Он собрался мне что-то ответить успокаивающее и подбадривающее, я это видела по его взгляду, но тут вмешался Кирилл. Он подошел к камню и принялся внимательно осматривать его основание. Судя по выражению его лица, увиденное его озадачило. Нахмурившись, проговорил, обращаясь к Ульяне:
- Этот камень очень давно не сдвигался с места. Посмотрите… Все основание напрочь заросло мхом. Ты уверена, что именно здесь расположен тайник, где спрятана книга?
Девушка, все еще сердито хмурясь, кивнула головой.
- Вон…, - она указала на знак Трехглава, - этот знак. Это точно ТОТ самый камень. Меня не раз сюда водил дед, чтобы показать его. И он же рассказывал, как его можно открыть. – Потом покосилась на меня и проговорила с некоторым недоумением: - Он говорил, что только тот, в ком течет кровь русалок может открыть этот тайник. Выходит, что Людмила… - Она не договорила, вглядываясь мне в лицо, словно надеясь обнаружить там все ответы на свои вопросы.
Из всех присутствующих, пожалуй, только Кирилл сохранял остатки здравомыслия. Он задумчиво посмотрел на камень, а потом опять спросил:
- А ты сама, вообще, видела эту книгу, или знаешь о ней только из рассказов деда?
Ульяна посмотрела с удивлением на него, и с обидой в голосе, ответила:
- Разумеется, я ее видела. И не только… Дед научил ее читать, и я наизусть знаю рецепт приготовления специальной мази для водоположения. Но в книге еще содержатся заговоры, которыми следует сопровождать обряд. Их много, и, конечно, я не знаю все их наизусть, только некоторые. Но тех, которые я знаю… их недостаточно для полного проведения обряда! Для этого и нужна была книга! А теперь… - Отчаянье снова стало прорываться в ее голосе.
Кирилл не дал ей договорить. Все еще продолжая хмуро смотреть на камень, он произнес, обращаясь скорее только к одному Игорю (ну все… мужская солидарность, блин, поперла!):
- Этот камень не сдвигали с места очень долгое время. Как правило, мох разрастается, занимая свой ареал обитания от семи до десяти лет, а живет и того дольше. Значит, как минимум десять лет этот камень не сдвигали с места. – И сразу обратился к Ульяне, которая с несколько растерянным видом слушала его речь: - Когда ты последний раз видела книгу?
Девушка пожала плечами:
- Года полтора назад… - Поняв, куда Юдин клонит, быстро проговорила: - Но дед не держал ее в доме, это совершенно точно! Он приносил ее… откуда-то…
Кирилл удовлетворенно кивнул:
- Значит, твой дед не доставал книгу из-под этого камня, а хранил ее в каком-то другом месте. И, наверняка, она сейчас там и находится. Только, вот что это за место, я не знаю. Ты можешь предположить, где он мог ее прятать?
Девушка отрицательно помотала головой, и с какой-то обидой неизвестно на кого, проговорила упавшим голосом:
- Он всегда мне говорил про этот камень, но я не разу не пыталась его открыть. Зачем? Тогда мое время еще не подошло, да и книгу я могла читать тогда, когда было необходимо. Она всегда была у деда…
Игорь, решив, что я уже достаточно пришла в себя после случившегося, проговорил жестко:
- Надвигается ночь… Нам пора отсюда уходить. Обсудить все остальное мы можем и дома. Насколько я знаю этих граждан (кого он имел ввиду всем было понятно), они просто так не успокоятся. Они сейчас должны кинуться искать вас с Тимофеем. Значит, вас нужно спрятать…
Ульяна растерянно попятилась, замотав головой:
- Я не могу… У меня же работа… - Потом, быстро глянула на брата, и торопливо проговорила: - А Тимку надо спрятать… - И добавила с отчаяньем: - Только, я не знаю, куда…
Я, действительно, уже отошла от произошедшего. Ну, хорошо… Не совсем еще отошла, но уже могла адекватно оценивать ситуацию, это уж точно. Подумав несколько секунд, предложила:
- Игорь прав… сейчас нам надо уходить. Все как следует обмозговать можно и дома. Не ровен час, эти гады захотят вернуться. Не думаю, что их хозяев удовлетворит результат проведенной ими «операции». Первое время поживете у нас, а там, придумаем что-нибудь. А мы завтра съездим с Игорем в город к твоему начальству и отвезем ему твое заявление на отпуск за свой счет по семейным обстоятельствам. Тебе там появляться не стоит. Они на работе будут искать тебя в первую очередь. Очень удивлюсь, если не подключат к этому все свои возможности, которых у них много.
В общем-то, все были согласны с моими доводами, и поэтому, мы дружно отправились обратно к дому деда Евпатия. Ульяна не захотела оставлять все в таком разоре, который устроили эти полудурки, и некоторое время мы потратили еще на то, чтобы занести выброшенные вещи в дом. Игорь занялся дверями, которые нужно было все же закрыть. Особого смысла я в этом и не видела. Если кто захочет, то опять их взломает. Но возражать не стала. В конце концов, это был дом ребят, и им решать, как лучше поступить в подобном случае. Да и, честно говоря, моя голова сейчас была забита совсем другим. Я все силилась понять, или, по крайней мере, найти хоть какое-то объяснение тому, что произошло у камня. Он принял меня, и это я почувствовала. Но, тогда почему он не открылся? Может, этим проходом слишком долго никто не пользовался? Тут я была согласна с Кириллом. Мох за один год так не затянет все щели и выемки у подножья камня. Для этого требуется не один год, если не сказать, не одно десятилетие. А за этот срок механизм мог просто выйти из строя. И сама себе ответила: нет… Это вряд ли. Исходя из опыта наших предыдущих приключений, я могла смело утверждать, что подобные секретные запоры, основанные на энергии заговоров, древние мастера строили не просто на века, а на тысячелетия, если не сказать, на десятки тысячелетий. В основе их механизмов лежала энергия волн, и приводились они в действие секретными наговорами, которые по своей сути и были теми самыми волнами определенной частоты. И тут я чуть не подпрыгнула от пришедшей на ум догадки. Ну, конечно!!! Заговор!!! Для открытия тайника нужен был заговор, и Ульяна должна была его знать!! Немедленно делиться своим открытием (точнее, догадкой) я не стала. Обсуждение этого требовало времени. А оставаться дольше в этом месте у меня не было ни малейшего желания. Не говоря уже о том, что это было просто опасно, у меня это место стало вызывать какое-то неуютное чувство. Мне казалось, что за мной, за всеми нами, наблюдает кто-то невидимый, тот, кого мы по нечаянности (или не мы, а те, другие) разбудили. И этот самый «он» был не особенно рад этому пробуждению. Я даже как-то исподтишка оглянулась по сторонам, словно ожидая увидеть того, кто наблюдает за нами. Разумеется, в той темноте, которая стояла вокруг, никого я не увидела. Но ощущение холодка на затылке никуда не делось.
Тем временем, дом, более или менее, привели в порядок. Ульяна все еще внутренне сопротивлялась тому, чтобы уехать отсюда. Но присутствие Тимофея вводило ее в трезвый ум, как любил говаривать мой дед.
Назад, к машине мы шли неторопливо. И вызвано это было тем, что видеть в темноте более или менее хорошо мог только один Юдин. А мы, как телята на веревочке, шли за ним, стараясь не порасшибать себе лбы о стоящие деревья. Фонари, конечно, у нас были, но лежали в машине у Игоря. Мы так спешили, что не подумали, что они нам пригодятся, и поэтому, не захватили их с собой. Пока мой муж выгонял машину из кустов, Кирилл отправился к мосту пешком, так, на всякий случай. Эти граждане вполне могли здесь оставить засаду. И я удивлялась, почему они этого не сделали в доме. Засады, слава тебе…, не было. Но, только выехав на основную дорогу, ведущую к Рябиновой долине, я вздохнула с некоторым облегчением.
По дороге к дому никто не разговаривал. Все устали, больше, конечно, морально, чем физически. Но такая усталость была еще тяжелее. Тимофей даже задремал, положив голову на плечо сестре. Ульяна сидела выпрямившись, глядя перед собой в одну точку. О чем она думала мне оставалось только догадываться. Я все еще считала себя немного виноватой перед девушкой за то, что влезла, так сказать, туда, куда мне влезать не полагалось. И поэтому, с разговорами к ней не приставала. Да и нечего мне было ей сказать. Задавать вопросы о заговоре было еще преждевременно. Нужно было самой все еще как следует обдумать. Да и вымотана я была, если уж честно сказать, до самого что ни на есть, предела. Внутри головы позвенькивала пустота, и мерное гудение двигателя машины вторило ей в унисон. Все произошедшее мне далось нелегко. И тут надо было, для начала, с собой разобраться, прежде чем начинать раздавать советы или предложения.