В селе Будёновка, что восточнее Мариуполя, зимой и весной 1942 года квартировала зондеркоманда тайной полиции, начальник которой, Фридрих Вольф Шмидт, вел свой собственный дневник. В него он записывал не только самые важные события дня, но и впечатления от прожитого и пережитого. Туда же заносил свои страхи и переживания, коих становилось тем больше, чем больше людей - советских граждан, - он унизил, выпорол, избил, запытал и казнил. 10 августа 1942 года вблизи Майкопа Шмидт погиб от руки советского автоматчика, а его портфель с личными записями, секретными и иными служебными документами попал куда следует. Вскоре его личный дневник был опубликован в газете " Красная звезда".
С этими, холодящими кровь записями, вы можете ознакомится в моей предыдущей статье, перейдя по ссылке...
Там же я высказал предположение, что военный корреспондент Красной звёзды Илья Эренбург, публикуя записи Шмидта, руководствовался т.н. "условиями военного времени", а потому вынужден был существенно " причесать" этот дневник. Но даже в сокращённом виде статья "Немец" вызвала тогда у читателей шквал эмоций и бурю "гневных писем", часть из которых я процитировал в той публикации.
Казалось, конец истории, но нет же...
Ведь остался без ответа главный вопрос... Он сразу же возник у меня. Уверен, что этот же вопрос терзает и моего читателя...
Вопрос таков:
- Так, почему же Фридрих Шмидт так сильно боялся, не только "русского бомбардировщика", но и безоружных юношей и девушек, которые, как он свидетельствовал в своей тетради, " пришли по льду из Ейска" ?
А разве вам не интересно:
- С какой целью "люди из Ейска" приходили на захваченную фашистами территорию?
- За что, все они ( по свидетельству все того же "Немца"), " так мужественно умирали " ???
Об этом и будет мой рассказ. Только для начала обратимся к карте...
Мы видим, что местность, на которой происходили описываемые в дневнике Шмидта события, находится севернее Ейска, на противоположном берегу Азовского моря ( его Таганрогского залива). Сам поселок ( село) Буденовка ( на некоторых картах и документах - Буденновка, ныне Новоазовск!), находился на расстоянии по прямой от Ейска, не более 50-ти километров. Он удобно расположен у западного основания косы "Кривая", что немного восточнее многострадального Мариуполя.
Помимо географического положения, читателю важно знать, что местность эта уже почти пол года, как находилась под немецкой оккупацией. Кроме северного побережья Азовского моря, частично был оккупирован и Донбасс. На обширной территории южного фронта: западнее Мариуполя; а так же севернее - до самого Харькова; и восточнее - до Таганрога, Шмидту и его карательному отряду бояться было нечего. Вся эта местность была занята тыловыми и вспомогательными частями немецкой группы армий "Юг". Сам Мариуполь был оккупирован ими ещё в октябре 1941 года, и стал местом дислокации штаба 3-й Румынской армии. Так же в его окрестностях находились штабные группы многочисленных немецко-румынских подразделений: корпусов, дивизий, полков, групп, служб, ведомств и т.д. Подтверждением этому выступают и сами дневниковые записи Шмидта. Так, 10 апреля он отметил: " лёд прошел, и теперь нам угрожают только самолёты", а 12-го продолжил: "Работы стало меньше... Мы теперь работаем только в местных штабах...".
Так что же за "работа" была у Шмидта?
Об этом подробнее ...
Ведомство Шмидта - Gestapo (тайная государственная полиция рейха), - входило в состав 4-го управления РСХА ( главное управление имперской безопасности ( в составе СС)), - занималось вопросами оккупированных территорий ( отдел 4-D, 4-го упр.РСХА ). Контрразведка, борьба с саботажем, диверсиями, вражеской пропагандой и уничтожение евреев - его основная задача. Ещё перед началом войны на специальном совместном совещании были определены вопросы и порядок взаимодействия специальных служб РСХА с военными. В итоге выработалась практика, при которой сотрудники многочисленных управлений РСХА включались в состав войск тыла действующих армий, где из ими создавались специальные полевые комендатуры, айзацгруппы (действовали в глубоком тылу своих армий), зондеркоманды этих групп ( действовали в непосредственной близи к линии фронта), отряды полевой жандармерии и прочие подразделения, которые сразу же, вслед за войсками действующей армии, входили в захваченные города и осуществляли в них жёсткий оккупационный режим.
На местах, в первую очередь, этими специальными службами, в составе которых были опытные оперативники, следователи, криминалисты и контрразведчики, захватывались архивы всех советских, партийных и правоохранительных органов. На их основе составлялись списки первоочередных арестов и карательных акций.
Одновременно с этим, из числа местного населения вербовались добровольные помощники, основу которых на первичном этапе составляли откровенные предатели и враги советской власти. В основном с их помощью ( иногда и другими оперативными методами), в очень короткие сроки вычислялось все местное политическое подполье. Выявлялись бывшие советские, партийные и комсомольские работники, сотрудники органов госбезопасности, военнослужащие, прочие активисты и члены их семей, представлявшие, по мнению оккупантов, угрозу их новому режиму.
Первичному учёту так же подлежали евреи, цыгане и представители иных " неполноценных" ( по Гитлеру), народов.
Особый оперативный интерес для новой власти представляли и лица, из числа дезертиров, уголовники и прочие маргинальные элементы, которые становились костяком подразделений местной полиции и прочих особых команд добровольных помощников. Из лиц, прошедших это "сито," и завербованных спецслужбам, назначались "городские главы", " президенты управ", "старосты" и другие руководители коллаборационных органов власти и местного управления.
Затем оставалось наладить функционирование "на благо рейха" предприятий обслуживания, торговли и промышленности. И лишь после оккупационный режим включал рупор агитации и фашисткой пропаганды. Население должно было поверить в бредовые идеи об исключительности немецкой расы, в их совершенство и превосходство. Немецкая "цивилизация" и " культура" должна была выработать у населения злобу и ненависть к своему советскому пошлому.
В этих целях задействовались и иные местные ресурсы: в церквях возобновлялись службы и богослужения; дети вновь пошли в школы, но учились уже по новым "программам"; учреждения культуры и досуга так же возобновляли свою работу в новых условиях. Не давали скучать и гражданам оккупированных территорий. Часть из них ( пока ещё добровольно), направлялись на работу в Германию, другие же должны были принимать обязательное участие в различных трудовых повинностях на местах. По праздникам и по иным значимым поводам, оккупационные власти проводили для них всевозможные митинги и собрания...
Всю эту кипучую деятельность новой власти курировали ребята из Гестапо. Они обеспечивали главное - политическую безопасность функционирования оккупационных властей и безопасность тыла войск действующей армии.
А для этого представители тайной полиции и иных "смежных" служб, наделялись очень широкими полномочиями.
Из дневника все того же Фридриха Шмидта мы видим, что "работу" свою эти специалисты знали и выполняли исправно!
В записях "Немца" мы встречаем полный набор тех способов и методов, которые вполне эффективно обеспечивали "послушание" и " лояльность" оккупированного населения. Шмидт упоминает про обязательную регистрацию граждан по месту проживания. Часто в причинах избиения граждан, он видит нарушение запрета на их свободное передвижение. В его записях фигурируют и люди, направленные для участия в обязательных работах. Часто упоминается обязанность граждан, сообщать властям о всех пришлых и подозрительных и пр. и пр. - все это есть в его дневнике.
И это не все, ведь методы работы гестаповцев а местах, становились тем жёстче, чем глубже немецкие войска продвигались на нашу территорию.
Например, в том же Ейске, куда все эти цепные псы гитлеровского режима доберутся чуть позже... Там местными комендатурами составлялись списки старших лиц каждой отдельной семьи или отдельного домовладения ( если в нем проживало несколько семей), которые подлежали немедленному расстрелу в случае, если в их жилище, либо рядом с ним, будет убит немецкий солдат (офицер, полицай, служащий и пр.)! Принимались и иные бесчеловечные меры, направленные на борьбу с партизанами, диверсиями и саботажем и другими проявлениями сопротивления фашистскому режиму.
Так подробно я описываю полномочия Шмидта и ему подобных, лишь для того, чтобы у читателя ни на миг не возникли иллюзии по поводу его возможной " доброты" или " гуманности". Шмидт, судя по его дневникам, подобную слабинку и сентиментальность себе позволить не мог. Это был настоящий КАРАТЕЛЬ! Тот еще ЗВЕРЮГА И ЧИСТИЛЬЩИК! В этом вы совсем скоро - прямо сейчас, - убедитесь ещё раз...
На руках палача Шмидта было столько крови, что все его беспокойства и ночные страхи не являлись беспочвенными. Шмидт реально боялся попасть в руки тех, кто мог ему отомстить. А ещё он боялся всех тех советских граждан, кто мог навести на место его проживания и "работы" тот самый "русский бомбардировщик". А такие действительно были...
В этом аспекте самым беспокойным направлением для ведомства Шмидта считалась акватория Азовского моря, и особенно его южное побережье, где обширные территории Кубани и Кавказа все ещё оставались под контролем красной армии. С ноября 1941 года, Таманский полуостров и Кавказ, от неминуемого захвата защищали лишь воды нижнего течения Дона ( от Азова до станцы Аксайская) и акватории двух морей: Черного и Азовского.
Такая география "работала" на нас аж до лета 1942 года. Это давало возможность нашему командованию принять меры...
На той же карте, что выше, мы видим, что в Ейске находилась отдельная морская база кораблей Азовской флотилии ( со штабом в Приморско-Ахтарске). Там же дислоцировалось Ейское военное училище летчиков и иные небольшие воинские подразделения. Во всех иных городах южного Приазовья квартировали иные части РККА. При них функционировали особые отделы, органы разведки и контрразведки и прочие оперативные службы. Эти ребята тоже не сидели сложа руки, а делали все, чтобы даже там - за морем, - оккупанты не чувствовали себя вольготно и безнаказанно.
Об этих аспектах деятельности советских спецслужб мы знаем уже многое, но далеко не все. Тому виной - СЕКРЕТНОСТЬ!!!
Сейчас меня ( надеюсь, что и читателя тоже) интересуют лишь те из них, что связаны с небольшим портовым городом Ейск ( в годы войны в нем проживало и находилось не более 50 тыс.чел.)
Напомню, что именно из Ейска зимой 1942 года и исходила самая главная угроза для Шмидта и обеспечиваемого им " порядка"!
По большому счету, сам Шмидт эту угрозу хорошо и подробно описал в своем дневнике. Другое дело, что публиковать эти "подробности" осенью 1942 года было нельзя. Дело было не только в цензуре...
Тем не менее... Лишь только в опубликованной части дневника Шмидта я насчитал не менее тридцати пяти казненных им "людей из Ейска".
Шмидт это подтверждает:
- "Около 16-00 ко мне привели четырех восемнадцатилетних девушек, которые перешли по льду из Ейска... Все четверо студентки и красотки"...
- "Затем привели ещё шесть "...
- "Первая рота полевой жандармерии в трёх километрах севернее Буденновки поймала пять парней в возрасте семнадцати лет. Всех привели ко мне"...
- " Вечером ко мне снова привели пятерых из Ейска"...
- "10-00 ко мне снова привели двух девушек и шесть парней"...
- "Сегодня я приказал расстрелять Людмилу Чуканову - 17 лет"...
- "Потом я допросил двух парнишек, которые пытались пройти по льду к Ростову. Их расстреляли как шпионов.
- " Затем ко мне привели ещё одного паренька, который несколько дней тому назад пришел по льду из Ейска"...
- " 18-00 я приказал расстрелять мужчину и женщину, которые пытались пройти по льду"...
Уже больше тридцати человек! И это, как мы знаем, совсем ещё не весь дневник ...
Понимание, что никому из "пришедших по льду из Ейска" не удалось спастись, наступает уже только от одной этой записи:
"Затем начались массовые расстрелы: вчера шестерых, сегодня 33 заблудших создания"...
А следующая запись палача, как не какая другая, свидетельствует об особенной опасности всех этих юношей и девушек, как для Шмидта лично, та и для охраняемого им режима:
"Лёд прошел, и теперь нам угрожают только самолёты"...
Все логично, не так ли? Если так, то продолжим дальше, но прежде осмелюсь обратить ваше внимание вот на что...
Запись от... про некую "красавицу Тамару", которая " так всех удивила", выпадает из контекста событий. - Имеет ли она отношение к " людям их Ейска.
- Что стало с ней дальше? Выжила ли? Или..
Тогда мне оставалось лишь сожалеть, что вряд ли я смогу получить ответ и на этот вопрос, что скорее всего этот дневник не попал " куда надо ", но я ошибался. Все это оказалось совсем не так...
На днях на сайте Ейского исторического музея я обнаружил публикацию Александра Федоровича Иванова.
Его работа посвящена деятельности органов безопасности в городе Ейске в годы Великой Отечественной войны. Спасибо автору и музейным работникам, ведь именно в этой статье описывается и период с февраля по март 1942 г.
Эта статья - есть ответ на наш главный вопрос: кто они - люди из Ейска?
Приведу ее почти полностью:
" Основой настоящего материала являются отдельные рассекреченные документы, опубликованные в сборниках, изданных в начале 2000 годов, иные архивные материалы и публикации. Вероломное нападение гитлеровской Германии на Советской Союз 22 июня 1941 года оборвало мирный труд ейчан.В тот же день Указом Президиума Верховного Совета СССР в Краснодарском крае было объявлено военное положение. 24 июня 1941 года начальник гарнизона, генерал-майор авиации Андреев ( командовавший Ейским авиаучилищем) и начальник штаба полковник Козлов издают "Приказ N1" о переходе на режим военного времени. Он распространялся на город Ейск и прилегающие к нему районы: Камышеватский, Лиманский, Старощербиновский, Староминской, Ейский. Устанавливалась круглосуточная военная охрана всех подъездных путей, сообщений, почты, телеграфа других ж жизненно важных объектов. Вводились меры светомаскировки. Запрещалось движение гражданского населения без специальных пропусков с 22 до 5 часов...
У населения... были изьяты все ламповые, детекторные... радиопередающие устройства всех типов...
В первые же дни войны органы НКВД сформировали в Ейске истребительный батальон из " числа преданных Советской власти" граждан, НЕ ПОДЛЕЖАЩИХ ПРИЗЫВУ В АРМИЮ. Его бойцами стали пожилые рабочие, служащие предприятий, организаций, сотрудники городской милиции.
ПОЛОВИНА ЛИЧНОГО СОСТАВА БАТАЛЬОНА - ЕЙСКИЕ КОМСОМОЛЬЦЫ. Бойцы батальона вылавливали вражеских лазутчиков, осуществляли охрану особо важных объектов в ночное время..., впоследствии участвовали в боях за Ейск и Новороссийск... В охране дорог и объектов в других населенных пунктах им помогали ГРУППЫ СОДЕЙСТВИЯ...
В числе бойцов были В.В. Самсонов, К.Шелковников, Л.Гончаров... и многие другие. БОЙЦЫ БАТАЛЬОНА Н.Шелковникова, Л.Гончарова, П.Кравченко ЗИМОЙ 1941-42 г.г.СОВЕРШАЛИ РАЗВЕДЫВАТЕЛЬНЫЕ ВЫХОДЫ ПО ЛЬДУ В РАСПОЛОЖЕНИЕ ПРОТИВНИКА В г.МАРИУПОЛЬ. МНОГИЕ ЧЛЕНЫ РАЗВЕДГРУПП ПОГИБЛИ ОТ РУК КАРАТЕЛЕЙ В ТАГАНРОГЕ И МАРИУПОЛЕ..."
Блудодей, как точно назвал его Илья Эренбург, палач и каратель Фридрих Шмидт вел дневник, который с головой изобличил его ...
Дневник Шмидта - самая настоящая УЛИКА ИЗ-ЗА МОРЯ!
Обязательно вернемся к ним, но несколько позже...