«Нет!»
Эта мысль принадлежала самому Гавриилу, поскольку с выбором нужного момента ему никто не помогал.
Проблемы начались не с его согласия заключить брачный договор. Тот разговор с Дианой, — тогда ещё невестой, — это лишь следствие, это не причина.
Что-то было сказано Петром совсем недавно. Нечто очень важное. Поскольку Гавриил не мог дважды замедлить один и тот же момент, вернуться, пришлось вспоминать так.
И он вспомнил! Пётр говорил о втором шансе. О том, что он даётся не всем и не всегда. А у Петра такой шанс появился. Значит, этот шанс связан с Дианой. А скорее всего, с Дианой и её беременностью.
Что-что, а думать и анализировать Гавриил всегда умел. Именно он был мозговым центром фирмы, а энергичный, пробивной и неунывающий Пётр — движущей силой.
Гавриил когда-то учился лучше всех, и он единственный из компании друзей получил второе высшее. Компания была студенческая, и Гавриил появился там позднее, чем Диана и Пётр, — просто однажды пришёл на весёлую предновогоднюю вечеринку за компанию с однокурсником.
Пётр учился на том же потоке, что и Гавриил, а Диана — на другом факультете. Именно на той вечеринке Гавриил впервые в жизни увлёкся настолько, что ушёл с праздника с девушкой и остался с ней до утра. Этой девушкой была Диана.
Тогда Диана и Пётр точно не являлись парой. Казалось, они вообще не замечали друг друга. Симпатичный и общительный Пётр был в центре внимания и пользовался бешеной популярностью у девушек, а Диана почти весь вечер провела в компании Гавриила.
Но теперь Гавриил понимал, что его жена и лучший друг тогда слишком нарочито игнорировали друг друга и очень рьяно веселились.
Что ж, можно смело промотать шесть лет, которые прежде считались счастливыми, а теперь утратили всякий смысл и полностью обесценены.
Но вернётся он не в ту вечеринку, а в задушевный разговор с Петром. Хотя это скорее напоминало исповедь, и душу Пётр изливал Гавриилу на мальчишнике перед свадьбой Гавра и Дианы.
Почти все гости уже устали и уснули, девушки из специального ансамбля отработали заказ и уехали, а счастливый жених и будущий свидетель сидели за столом в кухне.
— Не упусти своё счастье, — вот уже в сотый раз напутствовал Пётр Гавриила. — Всегда правильно расставляй приоритеты. Думай о том, чем ты готов рискнуть.
— Ты это уже говорил, — не выдержал Гавр.
— И ещё миллион раз повторю, — вскинулся Пётр. — А ты учись на чужих ошибках! Своих шишек и так успеешь набить.
— На чьих ошибках-то?
— На моих, — тихо отозвался Пётр. — Девушка у меня была. Любимая. Очень любимая! Я и сейчас глаза закрою — и её вижу всякий раз. И снится она мне часто.
— А что с ней? — испугался Гавриил.
— Теперь уже всё нормально. Всё хорошо у неё. А когда я ей изменил... По собственной глупости. Хотел доказать самому себе, что я не завишу от этих отношений, не нуждаюсь в... в ней... Узнав обо всём, она решилась на отчаянный шаг, не вывезла... Её родители успели вовремя, и уже в больнице выяснилось, что она беременна... была. Не прощу себе никогда! Никогда! До конца жизни...
Что ж, теперь-то многое стало понятно. Например, по какой причине Диана так мечтала подстраховаться от измены. Или то, что Пётр так и ходил в холостяках, хотя по-прежнему пользовался большим успехом у женщин. Жаль только, что сам Гавриил, ослеплённый чувствами, ничего не видел дальше собственного носа.
...Он не стал медленно просматривать ту самую судьбоносную вечеринку, ему и без того всё стало понятно, а наблюдать за тем, как его использовали, вовсе не хотелось.
Узнать, с какого именно момента он носил рога, вряд ли получится, поскольку никаких подозрений раньше не возникало. Да и какое значение теперь имеет этот «стаж»? Важен сам факт.
Гавр отмотал к тому моменту, когда тот самый однокурсник пригласил его на вечеринку, и остановился. Предстояло решить, является ли этот момент тем самым.
Мира Айрон
Продолжение: