Первое время всё было идеально. Мы жили вместе, гуляли по набережной, устраивали ужины при свечах, и как подростки, любили танцевать на дискотеках до упаду. Мне казалось, я наконец нашёл ту самую – женщину, с которой можно построить семью, о которой мечтал. Её дети первое время жили с бабушкой и дедушкой. Это было удобно – мы привыкали друг к другу, узнавали привычки, учились уживаться.
Но через три недели после переезда Катя сказала:
— Я хочу, чтобы дети переехали к нам. Им нужна мама, они уже соскучились.
Я, конечно, согласился. Что мне оставалось? Мы же строим семью. В тот момент я ещё не знал, что этот переезд станет первой точкой отсчёта для событий, которые полностью изменят мою жизнь.
Дети переехали, и началась новая глава. Мы зажили как настоящая семья – смех, прогулки в парке, фильмы по вечерам. Я даже подумал: вот оно. Наконец-то. Но ровно через пару недель Катя подошла ко мне с серьёзным разговором.
— Нам нужно прописать детей у тебя, – сказала она как-то между делом, будто обсуждала покупку хлеба. – Так мне будет проще.
Я помедлил:
— Кать, я не могу. Я же собираюсь продавать этот дом и переезжать в другой район. Если я сейчас пропишу твоих детей, я потом просто так не смогу их выписать. Закон такой.
Катя резко подняла голову. В её глазах вспыхнуло что-то такое, чего я никогда раньше не видел.
— Значит, ты не доверяешь мне? Не хочешь нормально жить?
— Причём тут доверие? Это чисто юридический вопрос, – попытался я объяснить спокойно.
Но её уже понесло:
— Ты думаешь, я хочу отобрать твой дом? Серьёзно?! Это мои дети! И если ты не готов их принять, тогда зачем мы вообще начали всё это?
Я не поддавался на провокацию. Остался спокоен и повторил:
— Я не против твоих детей. Я против того, чтобы потом попасть в юридическую ловушку.
Катя хлопнула дверью так, что задребезжали стёкла. Мы не разговаривали два дня. Потом как будто всё забылось. Она была прежней – ласковой, внимательной. Но я уже чувствовал: что-то изменилось.
Спустя месяц Катя поехала на суд с ее бывшим мужем. Он специально приехал в наш город. Катя умоляла меня пойти с ней.
— Мне нужна поддержка, – сказала она, держась за мою руку. – Ты же знаешь, какой он монстр. Я одна не выдержу.
Я согласился. В день суда я впервые увидел этого “монстра”. Он вошёл в зал заседаний вместе с матерью – невысокий, спокойный мужчина, сдержанный и даже немного потерянный. Я сидел и не верил своим глазам. Где тирания? Где зло? Он выглядел как человек, которого жизнь уже хорошенько потрепала.
Суд прошёл быстро. После заседания Катя ушла к секретарю, чтобы узнать о каких-то документах, а ко мне неожиданно подошла мать её бывшего мужа. Пожилая женщина с усталыми глазами.
— Молодой человек, – тихо сказала она, – будьте осторожны с Катей. Она очень сложная, злая и неуравновешенная. Я вам добра желаю. Просто присмотритесь.
Я даже не сразу понял, что она сказала. Я смотрел ей вслед и думал: “Да что она вообще знает? Катя рассказывала про них столько ужасного. Это просто попытка оклеветать её”.
Но через неделю история с пропиской всплыла снова. Катя подошла ко мне вечером на кухне:
— Нам нужно прописать детей. Ты не понимаешь, как это важно!
— Кать, зачем? Они уже прописаны у твоих родителей. Я же говорил: этот дом временный. Я планирую его продать.
— Ты ни хрена не понимаешь! – взорвалась она. – ты что не любишь моих детей? Тебе вообще плевать на них?!
— Я их принял, но я не обязан...
Она не дала мне договорить. В следующий момент со стола полетела тарелка и разбилась об стену. За ней вилки, ножи, стакан. Она кричала, что я ей не доверяю, что я подлец, как её бывший. Швырнула кружку, которая едва не угодила мне в голову.
— Да ты просто жмот! Ты не мужчина! Ты трус! – орала Катя, не стесняясь в выражениях.
Я стоял в шоке. Впервые в жизни видел такое. Посуда летела, столешница гремела, она не успокаивалась. Я думал, что это нервы после развода. Что ей тяжело. Что нужно просто дать ей время.
Как же я тогда ошибался.
Продолжение ЗДЕСЬ
Первую часть вы найдете ЗДЕСЬ