– Хватит с тебя?
Сэм для убедительности ударил поверженного врага прикладом еще раз. С уголка разбитых губ противника потекла струйка крови, но все, чего удалось от него добиться, – это полные боли стоны.
Он молчал. Не отвечал. Не хотел говорить. Знает, что его ждет, если ответит хоть на один вопрос. Таких, как он, специально готовят. Много лет. Отбирают среди безродных мальчишек с улиц столицы Каспийской пустыни самых сильных и выносливых и промывают им мозги как следует, так, что внутри не остается личности. Их превращают в инструменты, в машины для убийств, в стойких, выносливых и непобедимых солдат. Одолеть такого – редкая удача для рядового жителя пустынь, граничащая с невозможным.
Сэм плюнул в лицо пленника и обернулся.
За его спиной лежали, не шевелясь, с десяток таких сектантов. С их тел в морозный вечерний воздух срывался едва заметный дымок угасающего тепла.
– Ну? – наемник помахал автоматом. – Говорить будем, или тебя отправить на встречу с Атомным королем?
Глупо прозвучало.
Сектанты отлично готовили бойцов, но вот с фантазией у них было не очень. Они поклонялись высшему существу, Атомному королю, легендарному небожителю, который больше пятидесяти лет назад обрушил свой гнев на земли и превратил целый мир в пустыню. Сэм родился спустя лет десять после этого. Маленьким, он еще успел застать последние зеленые островки погибшего мира, но и те скоро исчезли, растаяли под напором желтых ядовитых песков, принесенных с севера. Говорят, где-то на востоке еще остались настоящие леса и реки, но эти россказни были сродни байкам местного безумного землепашца, который проводил дни на своей несчастной ферме среди зараженных пустошей.
Пытался вырастить какую-то картошку, старый глупец. Он жил еще до войны, и немудрено, что за столько лет сошел с ума.
В пустынях никто не жил долго. Это всем известно. А еще все знали, что на востоке – земли секты. Никому не пройти по ним без ведома этих фанатиков.
Пленник молчал. Как будто можно было надеяться на что-то другое.
Сэм пожал плечами, снял «калаш» с предохранителя, дослал патрон в патронник, мягко коснулся спускового крючка.
– Как хочешь.
Раздался выстрел.
Когда дым рассеялся, Сэм вдохнул приятный аромат пороха, закинул автомат за плечо и начал обшаривать трупы. Он искал боеприпасы, медикаменты, желательно еду и, почти без особой надежды, сигареты. Пришлось в этот раз довольствоваться парой неполных рожков с патронами и одной наполовину скуренной самокруткой.
Внутри наверняка была какая-то трава. Настоящих, еще довоенных сигарет в этих местах уже было не сыскать. Еще одна причина, чтобы свалить отсюда.
Да только куда?
Сэм прошел по холодному бетонному полу, отпинывая мусор, остановился у окна и сел на подоконник.
– Где же спички, еп твою мать? Ах вот же…
Зажегся огонь, и вскоре наемник втянул в себя первую порцию едкого дыма. Почесывая полную вшей бороду, он посмотрел на уголек на конце сигаретки и ухмыльнулся. В этом мире так много способов расстаться с жизнью, но он выбрал самый противный, самый долгий и мучительный. Хотя и его «работа» тоже могла прикончить его в любой день. В любую минуту даже. Но он занимался этим столько лет, что уже давно перестал обращать внимание на опасность.
Сэм перевел взгляд с сигареты на заброшенные здания под окном. Он нечасто забирался так далеко на север. Это место когда-то звалось Оренбургом и ныне представляло собой одни лишь руины. Бывший город был почти безопасен. Нет, здесь всегда можно наткнуться на бандитов с запада или сектантов с востока, но бояться нужно было не их.
С человеком всегда можно было договориться.
Реже словом.
Чаще пулей.
Нет, в этих землях есть вещи пострашнее. Чем дальше на север ты заходишь, тем невзрачнее становится пейзаж и тем чаще появляются следы давно утихших сражений. И там, где когда-то рокотали битвы, а с небес падали огненные слезы Атомного короля, остались воронки, заполненные чем-то смертоносным, чем-то, от чего не было спасения. Невидимый убийца, который держал в страхе разрозненные остатки человечества. Неважно, сектант ты, бандит или безумный фермер, – конец был всегда один.
Полная отчаяния и страданий смерть.
Это все, что Сэм знал о радиации.
Однажды ему пришлось столкнуться с ее разрушительной силой. Тогда он с трудом вернулся на базу в столице и, если бы не чудодейственное снадобье Иваныча, наверняка давно был бы мертв. Шприц с этим снадобьем был последний на всю пустыню, и Сэм до сих пор был должен старику за помощь. Уже много лет он работал на Иваныча, пытаясь уплатить долг, оттого брался за самые опасные заказы.
Сэм ждал, что однажды не вернется с очередной такой работы.
Но возвращался каждый проклятый раз.
Наемник вздохнул и потер переносицу. Нужно было возвращаться обратно, пока совсем не стемнело. Рыскать в потемках по улицам мертвого города – та еще затея. Но сперва предстояло найти то, зачем его сюда отправили.
Выбросив давно потухшую сигарету в окно, Сэм поднялся, привел автомат в боевое положение и начал медленно обыскивать здание бывшего ПТУ. Когда-то оно состояло из трех корпусов, благо два из них давно обрушились. С обшарпанных стен на него смотрели рисованные портреты людей с гаечными ключами, схемы устройства автомобилей и еще плакаты с надписями, которых Сэм не мог прочесть. Негде было научиться. Все, что он запомнил, пока рос на улицах столицы, – как выглядят слова, означающие еду и воду, оружие, бензин.
Большего в пустыне и не требовалось.
Он обошел первый этаж, поднялся и прочесал второй, торопливо проверил третий. Ничего. Не было ни сектантов, ни чего-то, что можно было назвать ценным.
– Что я упустил?
«Разберись с фанатиками, – так проинструктировал его Иваныч. – Они что-то украли, что именно – мне не сообщили. Наш с заказчиком разговор могли перехватить. Сказали, мол, не ошибешься, когда увидишь это».
Сэм поморщился.
Он любил, когда все изложено четко и по делу. Таскаться по мертвому городу в поисках непонятно чего – это меньшее, чего ему хотелось. Но платили за эту работу так, что хватит погасить половину долга. Сэм не мог отказаться от такого. Он приехал в Оренбург перед рассветом, спрятал «уазик» среди покосившихся гаражей и без приключений пробрался к зданию ПТУ. Сложности начались на подходе к цели: на строениях вокруг сидели снайперы. Пришлось разбираться с каждым по очереди, скрытно, но с последним случилась заминка, после которой началась стрельба. Ничего сложного для такого, как Сэм. Он до сих пор удивлялся, отчего эта работа так высоко оплачивается.
– Проклятье, – прошипел он.
Вот почему.
Он не знал, что ищет.
На улице уже темнело, когда Сэм спустился и застыл в фойе перед заваленным мебелью гардеробом. Долго прислушивался к беззвучному гулу мертвого города, крепко впившись в рукоять «калаша». От напряжения у него заскрипели зубы, на лбу набухла вена и застучала в висках кровь.
Ничего не произошло.
Все было тихо, как и прежде.
Сэм выдохнул.
– Что я упустил?
Наемник обошел первый этаж еще раз, заглянул в каждую дверь и хотел было плюнуть на все и уйти, когда заметил темное пятно под лестницей. Он быстро вынул из подсумка старый довоенный фонарик, вставил его в пазы подствольника и осторожно приблизился к сгустку теней. Слабый желтоватый луч света с трудом разогнал тьму, открыв взору грязные влажные ступени, уводившие вниз, под здание. По ним ходили совсем недавно, о чем говорили еще не высохшие мужские следы. Сектанты были там, и, возможно, внутри до сих пор кто-то есть.
У Сэма засосало под ложечкой. Всякий раз, когда приближалась опасность, ему хотелось жрать. И сейчас голод напал на него сильнее прежнего. Он тихо сглотнул, выключил фонарь, сжал цевье покрепче и ступил на лестницу.
Тихо падала капель. Сырая тьма полнилась шорохами и шевелениями. Но Сэм все еще был жив. Никто не напал. Это уже хорошо. Он сделал шаг. Под ногами раздался хруст, и Сэм едва не нажал на спусковой крючок. Он покачал головой и осмелился вновь зажечь свет. Песчаный пол подземелья был завален битым стеклом, обломками ящиков от боеприпасов, вскрытыми цинками и пустыми коробками для патронов. Тут и там виднелись остатки костров, брошенные сгнившие матрасы и лежанки. Здесь побывало много людей. Очевидно, это место было перевалочным пунктом. Возможно, не только для сектантов, но и для других группировок. Нужно было скорее уходить отсюда.
Сэм, теперь уже увереннее, начал погружаться в темноту, следуя за цепочкой свежих отпечатков подошв. Тропа привела его в дальний угол подвала. Тусклый свет упал на ржавые прутья самодельной решетки. В такую с трудом поместилась бы собака, настолько мала она была. Внутри лежало грязное тряпьё. Наемник обреченно прикрыл глаза.
Снова тупик?
Для уверенности он ткнул кучу лохмотьев дулом автомата, и та вдруг ожила. Раздался испуганный писк, похожий на мышиный, и Сэм уже второй раз за вечер с трудом удержался от случайного выстрела.
– Да чтоб тебя, – выругался он.
– Прошу, не бейте, – послышался зареванный звонкий голосок. – Прошу!
В желтом фонарном пятне возникло охваченное ужасом, заплаканное детское личико. Девочка, совсем маленькая, нет и десяти лет. Короткие черные волосы, собранные в два маленьких хвостика, чуть раскосые глаза, но не такие, какие Сэм привык наблюдать в столице Каспия, а чуть более суженные. Да и бледное, покрытое синяками личико с острыми скулами было слишком плоским. Девчонка явно не из этих краев.
Но откуда?
– Проклятье, – вновь выругался Сэм.
Он обернулся, убедился, что опасности нет, и присел на колено. Сбросив на землю заплечный мешок, он порылся в поисках старенькой рации, включил ее и настроился на волну Каспия.
– Иваныч? Иваныч, прием.
– Ш-ш-ш.
– Иваныч?
Сигнала не было. Придется подниматься наружу.
Сэм еще раз посмотрел на девчонку.
– Не ошибешься, когда увидишь это, да? Твою мать.
Кажется, он нашел, что искал.
***
Он шел под покровом ночи, держа в руках теплое девичье тельце. Незнакомка не шевелилась. Она даже не пискнула, когда он доставал ее из клетки, и не сопротивлялась. Судя по синякам, ей доходчиво объяснили, чем может обернуться неповиновение.
Сэм был только рад этому.
Чем тише ведет себя девчонка, тем быстрее он доставит ее к Иванычу и получит награду. Кто она такая и что с ней будет дальше – не его ума дело. Он отдохнет и утром возьмется за новый заказ. Старик, кажется, упоминал какого-то незнакомца, которого нужно сопроводить до бывшей границы Казахстана и Узбекистана. Придется ехать через пустыню несколько дней. Ничего сложного, и деньги неплохие.
Хотя все равно не сравнится с этой работой.
На памяти Сэма такое щедрое предложение было впервые. Мысленно уже хотелось потереть руки от предвкушения огромного куша, но опытный наемник давно усвоил – не радоваться раньше времени. Все может пойти наперекосяк в любой момент.
Он отпихнул в сторону высохшие ветви и протиснулся к пассажирским дверям «уазика». Медленно, чтобы ржавые петли не заскрипели, открыл заднюю дверь и положил девчонку на сидение. Та испуганно забилась в угол и сжалась в комочек, словно загнанный зверь.
Сэм тяжко вздохнул.
Он обогнул машину, сел за руль и поправил наполовину разбитое зеркало заднего вида так, чтобы видеть пассажирку. В темноте можно было заметить яркие бусинки ее глаз. В них читался страх и трепет.
– П-ш-ш-ш… Семушка? Ты слышишь? Семен! Прием!
Наемник снял с передней панели рацию на длинном ветвистом проводе и нажал на боковую кнопку.
– Слышу, старик.
– Как успехи?
– Все удачно. Выдвигаюсь.
– Жду-жду! Доброго пути!
Наемнику хотелось расспросить Иваныча о девчонке, но неизвестно, кто еще мог услышать их разговор. Пришлось оставить все вопросы на потом.
– Как тебя зовут? – спросил Сэм, и девчушка вздрогнула от неожиданности. – Не боись. Не трону я тебя. Ты меня понимаешь? М-м?
В ответ молчание. Наемник снова вздохнул. Покачав головой, он бросил на девчонку последний взгляд.
– Веди себя тихо. Мы едем туда, где безопасно.
Он повернул рычаг под рулем. Мотор грузно хрипнул и громко зарычал, а вместе с ним задребезжал весь «уазик». Сэм включил фары и направил авто на юг по разбитой асфальтовой дороге, огибая сгнившие остовы машин, поваленные деревья и воронки от упавших снарядов. Эхо давно минувшей войны провожало чужаков до самой границы города. Как Сэм и опасался, пришлось повилять по узким улицам, прежде чем они добрались до единственного выезда. Здесь можно было с легкостью попасть во вражескую засаду, но, к счастью, все прошло гладко.
Следующие три дня прошли в молчании. Ехать предстояло не больше тысячи километров, но дорога была непростая. Виляла туда-сюда, то терялась под барханами, то ненадолго появлялась вновь. Сэм старался объезжать стороной руины городов и деревень, держался подальше от разрушенных автозаправок, где любило окопаться разбойничье отребье, и останавливался на ночлег под укрытием дюн, там, где никто не смог бы заметить машину. Спасенная им пленница отказывалась от еды и даже ни разу не сходила в туалет. Наемник уже подумывал насильно заставить ее съесть хоть что-то. Благо девчушка наконец-то созрела и съела кусочек вяленой собаки и выпила целую фляжку воды.
К вечеру третьего дня «уазик» выбрался из песков и весело полетел по ухабистому полотну высохшей степи. Впереди уже виднелся Каспий – сооруженное из ржавого хлама поверх останков какого-то города поселение, единственный оплот жизни посреди безжизненных земель. Здесь пролегали основные маршруты кочевников и торговцев, оттого столица пустынь процветала и почти никогда ни в чем не нуждалась. По этой же причине тут крутилось много наемников и их работодателей, «решал». Таких, как Иваныч. Хотя старик, наверное, был самым лучшим и востребованным из всех.
Сэм свернул, не доезжая до города, и направился к укрепленному форпосту, что раскинулся на холмах неподалеку. Мимо пронесся покосившийся, росший прямо из песка дорожный знак «Атырау, 1 км».
Уже стемнело, когда наемник, держа в руках девчонку, поднялся по винтовой лестнице элеваторной башни и зашел в кабинет Иваныча. Толстощекий старик сидел в окружении стеллажей с книгами за роскошным дубовым столом в потертом, обитом войлоком кресле, покуривал длинную пожелтевшую сигарету и чуть щурился, будто смотрел на солнце.
– Где тебя черти носят, Семушка? – хрипло рассмеялся он. – Я уже было заволновался, что там с грузом! Это… Что это там у тебя?
– Это ты мне скажи, – без лишних приветствий сухо сказал Сэм. – Что это, черт возьми, такое?
Он посадил девчонку на край стола. Та спрятала голову между колен, боясь показать лицо. Иваныч поднялся. Обошел, прихрамывая, вокруг стола, поглядел на «груз» и почесал седую с залысинами голову.
– Твою мать. Я не такого ожидал…
– Плевать. Я сделал дело и ухожу. Завтра возьмусь за ту работу с туристом.
– Не спеши, Семен. Не спеши.
Наемник замер в дверном проеме и косо поглядел на решалу.
– Что еще? Я погасил половину долга, таков был уговор.
– Погасил, верно. – Иваныч дотронулся до девчонки, и та вдруг зашипела. – Как насчет второй половины? Одно дело – и ты свободен.
Сэм насторожился.
– Что за работа?
Иваныч похлопал себя по выдающемуся животу.
– Доставить ее на восток, в Красноярск.
– Где это вообще? И сколько туда добираться?
Старик нахмурился.
– На машине – пару месяцев. Пешком – целую жизнь. Что скажешь?
Внутри Сэма все похолодело.
Автор: Том Белл
Больше рассказов в группе БОЛЬШОЙ ПРОИГРЫВАТЕЛЬ