В предыдущей статье
мы рассмотрели особенности капитализма Российской империи, вызванные отсутствием полноценного феодализма. Рассмотрим теперь, как это повлияло на политическую ситуацию в последние десятилетия существования монархии.
В начале XX века (а именно в 1917 году) Россия встала перед выбором: продолжить движение к западноевропейскому капитализму с его парламентаризмом и свободной рыночной экономикой или следовать пути революционных преобразований, который предлагали марксисты (а точнее большевики). Этот выбор стал судьбоносным, и его последствия определили будущее страны на десятилетия вперёд.
Капиталистический путь: реформы сверху
Осознавая необходимость реформ, власть медленными шагами продолжала реформы, начатые в XIX веке. Одним из ключевых этапов стал период реформ Петра Столыпина. Его аграрная реформа (1906–1911 гг.) была направлена на уничтожение общинного землевладения и создание класса самостоятельных фермеров, способных стать основой либеральной экономики.
Как отмечает Борис Миронов в «Социальной истории России», переход к частной собственности на землю был жизненно необходим для развития капиталистических отношений в аграрном секторе. Однако реформа встретила сопротивление как со стороны консервативных дворян, так и со стороны крестьян, привыкших к общинной системе.
Кроме того, для создания полноценного западного капитализма России нужно было укрепить парламентскую систему и начать переход к правовому государству. Государственная дума, учреждённая в 1906 году, стала попыткой ввести элементы парламентаризма. Однако, как пишет Орландо Файджес в работе «Трагедия народа», этот институт оказался слишком слабым и зависимым от воли монарха. Николай II сохранял абсолютную власть, что лишало парламент возможности полноценно влиять на политику.
Социалистический путь: марксизм и опора на массы
Марксизм, напротив, отрицал либеральные ценности, такие как частная собственность, парламентаризм и рыночная экономика. Ленин, в своей работе «Что делать?», утверждал, что буржуазия в России слишком слаба и неспособна возглавить преобразования. Это, по его мнению, делало неизбежным приход к власти пролетариата, организованного в революционную партию.
Как подчёркивает Лев Троцкий в «Истории русской революции», марксистская идеология большевиков привлекала массы своей радикальностью и обещанием решить насущные проблемы общества. Ещё до войны большевики активно работали над созданием сети партийных ячеек, укрепляли свою базу среди рабочих и использовали советы как платформу для мобилизации. Александр Рабинович в «Большевики приходят к власти» подчёркивает, что уже в 1913–1914 годах партия сосредоточилась на пропаганде среди городских рабочих, формируя классовое сознание и закладывая основы своей политической гегемонии.
Особую роль в укреплении позиций большевиков играло умение использовать внутренние противоречия общества. Как отмечает Эдвард Карр в «Истории Советской России», большевики предлагали альтернативу, противоположную не только либеральной, но и умеренно-социалистической политике меньшевиков, что привлекало радикально настроенные слои населения.
Война, падение монархии и Временное правительство
Первая мировая война стала катализатором политического кризиса, который привёл к свержению монархии. Как отмечает Ричард Пайпс в «Русской революции», массовое недовольство войной, экономическим кризисом и неспособностью Николая II эффективно управлять страной привело к его отречению в марте 1917 года.
Сформировавшееся после этого Временное правительство стало попыткой реализовать либеральный путь, но оно оказалось в сложной ситуации. По мнению Орландо Файджеса («Трагедия народа»), Временное правительство сделало ставку на продолжение войны “до победного конца”, что усугубило его кризис. Решение не выводить Россию из войны вызвало недовольство уставшего от боевых действий народа, что дало большевикам возможность перехватить инициативу.
Александр Рабинович в «Большевики приходят к власти» подчёркивает, что большевики умело использовали антивоенные настроения, противопоставляя себя Временному правительству, которое ассоциировалось с продолжением страданий. Лозунги «Мир – народам», «Земля – крестьянам» обеспечили им поддержку масс и создали условия для Октябрьской революции.
По словам Эдварда Карра («История Советской России»), большевики пришли к власти не благодаря институциональной поддержке, а через прямое обращение к массам. Их успех был обусловлен тем, что они предлагали простые и понятные решения для наиболее острых проблем: войны, голода и отсутствия земли у крестьян.
Почему провалился либерализм?
Ключевая причина провала либерализма в России заключалась в том, что он внедрялся сверху, а не формировался снизу. Российская буржуазия была слаба и зависима от государственной власти, а крестьянство, составлявшее большинство населения, оставалось экономически и культурно отсталым.
Реформы Столыпина, как и введение Государственной думы, стали попытками ускорить процесс либерализации, но они не нашли широкого отклика среди населения. Временное правительство, не обладая харизматичным лидером и единой программой, оказалось неспособным справиться с вызовами своего времени. Как подчёркивает Орландо Файджес («Трагедия народа»), отсутствие сильного лидера, способного объединить различные политические силы, усугубило кризис легитимности.
Как отмечает Лев Троцкий в «Истории русской революции», либерализм в России был обречён, поскольку он не предлагал радикальных решений. В отличие от большевиков, либеральные политики не могли дать крестьянам землю, а рабочим – контроль над производством.
Легче ли России было отвергнуть либерализм?
Кроме институциональных и экономических причин, переход России к социализму, а не к либерализму, имел и психологические основания. Как пишет историк Михаил Хеллер в книге «Машина и винтики: история формирования советской системы», для России было психологически проще принять передовую, авангардную идеологию, полностью отвергающую либерализм, чем пытаться догонять западные страны, плетясь в их хвосте.
Марксизм предлагал не только политическое и экономическое решение кризиса, но и новую систему ценностей, которая представлялась большинству как более прогрессивная и революционная. Либерализм, напротив, воспринимался как чуждая и запоздалая модель, связанная с исторической отсталостью России от Европы. Большевики, играя на этой идее, смогли убедить массы, что социализм – это путь к лидирующему положению на мировой арене.
Заключение
Россия начала XX века оказалась перед выбором между капитализмом и социализмом. Попытка внедрить капитализм западноевропейского типа через реформы Столыпина и парламентаризм провалилась из-за слабости буржуазии, сопротивления традиционалистов и экономических потрясений Первой мировой войны.
Большевики, опираясь на массовую поддержку и предлагая радикальные решения, смогли прийти к власти и начать строительство нового общества. Это было не только следствием социального кризиса, но и психологическим выбором: Россия предпочла возглавить мировой революционный процесс, чем стать догоняющей страной в либеральной модели.
Этот выбор определил судьбу России, превратив её в первую в мире социалистическую державу и кардинально изменив ход мировой истории.