На площадке за жёстким проволочным забором в полтора человеческих роста, поверх которого «по классике» была пущена растянутой спиралью «колючка», стоял, судя по всему, тот самый летательный аппарат, который они видели в небе, когда шли по допотопному лесу. Алексей не удивился бы, если бы выяснилось, что проволока находится под напряжением, отгоняя чересчур любопытную, но туповатую в свете нахождения на одной из ранних эволюционных ступеней живность.
Летательный аппарат находился на бетонной площадке, к которой вела довольно короткая взлётно-посадочная полоса, судя по всему, тоже бетонная. Хотя глянцевый блеск покрытия и его довольно гладкая поверхность прозрачно намекали на то, что бетон, как минимум, является лишь одним из ингредиентов, из которого она была сделана. Издали, даже через бинокль, оценить было трудно. Для простоты терминологии Алексей решил, что пусть это будет бетон.
Они залегли в зарослях папоротника, что раскинулись поодаль, и очень надеялись, на то, что чужаки не успели их заметить, когда они вымотанные долгим переходом вывалились на край небольшой долины, более похожей на ложбину между рядами невысоких холмов. На дне долины помимо упомянутой взлётно-посадочной полосы располагался скромный комплекс из нескольких приземистых строений, которые смотрелись в этом мире как нечто совсем уж чужеродное и несвойственное.
- На что больше похоже? – спросил Алексей проводника, имея в виду аппарат и стараясь запомнить его во всех мелочах. Умел бы рисовать – зарисовал бы. Выберутся – опишет профессиональному художнику, пусть Комитет думает, что это и откуда.
- На шаттл, на что же ещё, - ответил Василий, разглядывая чудо техники в бинокль. – Челнок по-нашему.
Аппарат действительно больше всего напоминал уменьшенный в несколько раз какой-нибудь американский космический челнок, или не успевший толком пожить и умерший почти сразу после рождения советский «Буран». Разве что формой, если смотреть сверху, он был словно треугольник с крыльями, они же плоскости, которые плавно соединялись с блестящим на солнце корпусом. Позади корпуса виднелся целый набор из пяти дюз: двух больших и трёх поменьше, а также два вертикальных киля. Передняя часть также была снабжена выходами для маневровых двигателей и чернела затонированными стёклами иллюминаторов, по бокам ничего такого не наблюдалось.
От шаттла по земле клубящимися змеями тянулись какие-то кабели и трубки, подсоединённые к неким узлам прямо в поверхности площадки, на которой тот был установлен. Присмотревшись, Алексей заметил, что площадка имеет еле заметную кольцевую границу. Получается, что она могла вращаться вокруг своей оси.
Пожалуй, человек восемь-десять, в том числе пара членов экипажа, в нём могли бы разместиться без особых проблем, подумал Алексей. Не похоже было, чтобы аппарат был предназначен для доставки грузов, подобных отсекам МКС или орбитального телескопа. Скорее, это была своего рода шлюпка, или катер.
Собственно инфраструктура в виде короткой размеченной полосы и сколь-нибудь значительных складских помещений говорила о том же.
Вопрос заключался в том, спустил ли челнок с неизвестной станции (а откуда же ещё?) тех, с кем они вступили в перестрелку, или где-то здесь скрывается ещё некоторое количество чужаков? Пока что они никого не видели, комплекс скромных строений казался брошенным и опустевшим. С одной стороны, это радовало. С другой… с другой, пока было непонятно.
- Думаешь, это он тогда из космоса спустился? – спросил Василий.
- А какие варианты? – задал риторический вопрос Плетнёв. - Хоть и летел он тогда высоко, но вроде как похож. Других шаттлов по близости я не вижу. Может, где-то здесь и есть ещё одна база чужаков, но об этом нам ничего не известно, да и искать нам её некогда и незачем, - он почесал подбородок в раздумье. - Скорее всего, эта штука в лучшем случае приспособлена на посадку с орбиты. В противном случае, нафиг ему крылья? С другой стороны, не удивлюсь, если их технологии опережают наши, и он вполне может мотнуться обратно без помощи ракеты-носителя. К слову, стартового комплекса с фермами для пуска ракеты я не наблюдаю.
- Согласен, - кивнул проводник и подсказал, куда смотреть. – Видишь вон тот типа трамплин на полосе? Вон за тем зданием.
Алексей направил бинокль туда, куда указывал проводник.
- Вижу.
- Похоже на то, что именно с его помощью планер может разогнаться на короткой полосе и взлететь, а там, на форсаже – на орбиту. Ну, не одноразовый же он.
- Да бес их разберёт, Вася! – выругался Плетнёв. – Ты лучше скажи, ты чувствуешь, где точка перехода?
Проводник закрыл глаза. Поначалу Алексею показалось, что сделал он это от боли, но вспомнил, что в венах Василия сейчас течёт порядочная доля промедола, которая должна бы снимать болевой синдром. Но потом Плетнёв понял, что проводник просто пытается сконцентрироваться, чтобы своим шестым чувством определить более точное место нахождения точки перехода.
Напарник открыл глаза, тяжело вздохнул.
- Боюсь, тебе не понравится то, что я скажу.
Алексей насторожился.
- Только не говори, что её здесь нет! – произнес он внезапно осипшим голосом.
- Есть, - успокоил его Василий, - есть.
- Тогда что?! – прошипел Плетнёв.
- Видишь вот тот бункер? На два часа. Видишь?
- Тот, у которого вход, как у сейфа люк?
Алексей перевёл свой взгляд, вооружённый оптикой бинокля на строение высотой метра два, со стенами примерно три два метра соответственно. Посреди большей стены, как и раз и размещался круглый люк, боле всего похожий на те, которыми снабжали банковские хранилища или разделяли отсеки на борту подводной лодки.
- Уверен, что там? – нахмурился Алексей.
- Я не компьютер, чтобы выдавать координаты с точностью до метра, - беззлобно напомнил Василий. – Это так не работает. Но думаю, - он вновь закрыл глаза, повернул голову сначала в одну сторону, потом в другую, - готов спорить, что там.
Ну, допустим, подумал Алексей. Что же, ожидать, что всё будет просто, не стоило с самого начала. Значит, надо думать, как попасть внутрь. Знать бы ещё…
- Куда ведёт, не знаю, - словно услышав мысли Алексея, предупредил проводник. – Но куда-то точно ведёт. Возможно, в какое-нибудь очень хорошее место. Иначе, зачем его так охранять. Ставить сверху этот колпак из стали, или из чего они его там сделали. – Кстати, он тебе ничего не напоминает?
Алексей продолжал внимательно осматривать окрестности базы чужаков и не сразу сообразил, что имел в виду проводник.
- В смысле?
- Так ты приглядись получше.
Вновь обратив окуляры в сторону наземного бункера с люком, Алексей оценил его внешний вид.
Да, сейчас схожесть была налицо. Да, другие материалы, чуть иные пропорции, но по факту почти что один в один.
- Дольмен.
- Именно, - кивнул проводник.
- Я когда в первый раз в мире громил оказался, мы ночевали у одного из них. Знакомый рассказал историю, как в нём пропал человек. И возможно не один. Помню, когда заглянул внутрь, увидел там гору человеческих костей и черепов… Тихо! – сам себя оборвал Алексей.
Штурвальная рукоять люка сделала несколько оборотов, слегка отошла от проёма и стала медленно открываться. Напарники буквально затаили дыхание, наблюдая за происходящим.
Через округлый порог перешагнула нога, потом появился и весь чужак. От тех, которые были посланы, чтобы их устранить, этот несильно отличался. Такой же защитный костюм, такой же капюшон, черная маска-противогаз, скрывающая лицо. На ремне через плечо – автомат. Почти такой же, какие были у команды зачистки.
- И как им не жарко в такой одёжке, - пробормотал Василий. – Я и то промок до нитки.
- Охлаждаются как-то, - предположил вполголоса Алексей. – А может, терпят, как и мы. Я так и не понял, отчего они так берегут себя.
- Видимо, мы чего-то не понимаем.
Алексей лишь кивнул головой. Информации о чужаках не хватало катастрофически.
Люк, тем временем не закрывался. У Алексея мелькнула шальная мысль, смешанная с сожалением, что если бы они не залегли в укрытии, а пошли бы сразу к так называемому дольмену, то смогли застать врага врасплох.
«Если бы да ка бы, то во рту росли б грибы, это был бы не рот, а целый огород» - пронеслась в голове присказка бабушки. Они не знают, есть ли у базы видеонаблюдение или иные системы сигнализации, да и через забор с колючкой надо как-то преодолеть. Так что, как говорила всё та же бабушка, знал бы, где упадёшь, соломки бы подстелил.
Надо наблюдать и думать. Главное, что точка перехода уже обнаружена, а это уже полдела. Теперь надо думать, как попасть за периметр, а потом – внутрь чёртового дольмена. Опять дольмен, только сейчас это не нагромождение сложенных один на другой камней, а вполне себе современное здание из железобетона, чем-то похожее на старый добрый дот.
О том, что аномалия, которую скрывал бункер, могла привести в иной незнакомый им мир, Алексею думать не хотелось. Хотелось верить в предопределённость и удачу, которые вели его всё это время. И в то, что они однажды могут не сработать – верить не хотелось. Окажись они второй раз в мире, подобном тому, где дул дикий ядовитый кислотный ветер, чуть не заставивший их выкашлять собственные лёгкие, не факт, что они смогли бы сориентироваться так же быстро, как в прошлый раз.
Нет, об этом сейчас не думаем. Решаем задачи поступательно.
Из прохода показался второй чужак. Они огляделись, один из них явно что-то говорил другому, потому как тот, кивая, указывал на шаттл. Лица, как и раньше были скрыты масками противогазов.
- И чего они всё время в них ходят? – пробормотал Василий. – Мы же себя нормально чувствуем.
«Пока нормально» - подумал в ответ Алексей.
Люк оставался открытым. Чужаки, по-видимому, о чём-то договорившись, направились в сторону шаттла. Вход в «дольмен», на удивление, всё также оставался незапертым. Неужели они не в курсе, что произошло с их группой? Да сам факт радиомолчания кричал о том, что всё пошло не по плану так, что дальше некуда.
Главное – терпение. Если они открыли его один раз, то откроют и второй. И третий, и четвёртый. А мы пока подготовимся и понаблюдаем. Нельзя бросаться в атаку без какого-либо вменяемого плана, тем более, что у них пока всё не так безысходно, как могло бы показаться. Да и испытывать судьбу надо с умом.
- Это тоже люди, - произнёс Алексей, глядя на чужаков в бинокль с наложенными фильтрами, параллельно прогоняя возможные варианты действий. – Такие же, как и те, что остались лежать в лесу.
Пожалуй, подумал он, лучше бы это были странники, или ещё какие твари из тех, что в Комитете принято называть «гости». С людьми всё-таки как-то не так, как с другими.
Однако, было бы интересно узнать, что там бормотал собственник рюкзака, когда они пытались его допрашивать. Нет, скорее всего, он не сообщил им ничего полезного, ни место базы, ни количество личного состава, ни вооружение местного гарнизона. Там было что-то другое. Судя по интонации, он их, скорее, проклинал, чем сообщал что-то дельное.
- Они же в скафандрах, откуда знаешь? – не поверил Василий.
Алексей пожевал губу, логика в словах проводника была. Но вспомнив, как странники, с которыми он однажды столкнулся, наводили морок, заставляя посторонних видеть в них обычных пуштунов, перевозящих товары на осликах, он решил, что здесь должно быть примерно так же.
- Фильтры «снимают» оболочку морока. Невооружённым глазом и с фильтрами, они в ОЗК, следовательно, как минимум, то, что мы видим, это не морок.
- Как скажешь, - приподнял бровь Василий. – Будем надеяться из того, что эти такие же, как те. Хотелось бы знать, сколько их там. Забор-то мы вскроем, подозреваю, что там ничего особенного. А вот нарваться на засаду, не хотелось бы. Ну и дольмен надо подумать, как вскрыть.
- Будем наблюдать, - решил Алексей. – Попробуй заметить всё, что покажется полезным. Ты, кстати, как сам?
- Болит, - сморщился проводник. – Но терпимо. Уж лучше так, чем оказаться в невменосе, когда начнётся замес.
- Постараемся обойтись без него, - пообещал Плетнёв. – Гляди-ка!
Один из чужаков, забравшись по металлической лестнице на плоскость челнока, открыл в нём проход и скрылся внутри.
- Собрался что ли куда-то? – задумчиво пробормотал Василий.
- Нет, - возразил Алексей, - иначе они отсоединили бы кабели.
И действительно, через минуту появился с каким-то ящиком, размером с саквояж, который держал за ручку. Бережно передав груз своему напарнику, он довольно непринуждённо спрыгнул с крыла, чем вызвал невольное удивление Алексея. Ловкий малый, однако.
Тем не менее, чужаки явно чего-то ждали, так как всё время оглядывались и смотрели по сторонам.
- Что же, - произнёс Алексей, наблюдая за манипуляциями чужаков, - можно сказать, что внутри шаттла никого больше нет. Было бы неплохо, если бы их оказалось только двое. Так бы хоть шансы уравнялись.
А потом вдруг чужаки, один из которых нёс хромированный ящик с ручкой, остановились на полдороги до «дольмена» и посмотрели прямо в сторону затившихся людей.
И свет погас.
Сквозь головную боль и полузакрытые глаза Алексей слышал шум чужих шагов и шорох собственных ботинок, цеплявшихся за камни, когда его тащили под руки. Кажется, у него тянулась изо рта струя липкой слюны.
Где-то рядом или позади, было не разобрать, слышались шаги ещё двух пар ног и такое же шуршание. Значит, проводника тоже тащат. Значит, он тоже пока живой. Мёртвого бы бросили, и местное зверьё бы быстро разобралось со свежей падалью.
Чем это по ним шарахнули? Чем-то акустическим? Или элементарно подкрались с тыла и огрели прикладом по голове, воспользовавшись потерей внимания? Да какая, собственно, разница, чем их долбанули – главное результат!
Почему-то подумалось, что выбравшиеся из бункера чужаки и их прогулка до космического челнока были ничем иным, как способом отвлечения внимания.
Что же, надо было думать, что оставшиеся на базе озаботятся потерей связи с группой, отправленной на ликвидацию незваных гостей. Было бы странно, если бы не озаботились. Сначала, видать, думали, что просто смотаются на прогулку, но когда потеряли связь с группой, те, кто остался на базе решили подстраховаться более серьёзным образом.
Косяк, однако.
Алексей попытался рассмеяться, но вместо этого издал какое-то нечленораздельное и вялое мычание, за что тут же получил дополнительный удар по голове.
Острые и цепкие листья какого-то растения больно царапнули по лицу и зацепились за одежду, словно пытаясь чужакам помешать тащить своих пленников. Естественно, безуспешно.
Затуманенный взгляд из-под полузакрытых век выхватил уже знакомый проволочный забор с пущенной по верху «колючкой» и с открытыми воротами. Ну, они сделали ещё один шаг на пути к своему возвращению. Пускай этот шаг они сделали и не своими ногами.
Однако, как-то немного глупо получились, подумалось Алексею, прежде, чем он окончательно потерял сознание.
Свет включили.
Сделав глубокий вдох, Алексей, поборов приступ тошноты, вызванной сильным головокружением, огляделся: небольшое, метров двадцать, помещение с низким потолком, без окон, холодный рассеянный свет идёт откуда-то сверху над его головой, наверняка там есть что-то вроде лампы.
Вдоль одной из стен стоят металлические шкафчики, наподобие тех, что устанавливает в раздевалках. Все заперты. Еще пара металлических ящиков наподобие тех, в которых перевозят оружие или оборудование стоит у противоположной стены. Одинокий трёхногий металлический табурет уныло скучает почти по центру помещения.
Сами они со сведёнными за спиной руками прикованы к трубам, которые вертикально идут от пола к потолку, и сидели на голом бетонном полу. Справа от него без сознания лежал Василий. Кроме них двоих – никого.
Понятно, что никакого оружия при них не оказалось, стоило думать!
Прямо перед ними в противоположной стене виднелась дверь. Не такая эпическая, как в «дольмене», но тоже довольно крепкая.
Окинув потолок взглядом, Плетнёв не заметил каких либо признаков наблюдательных устройств или динамиков. Или не посчитали необходимым, или он, действительно их не видит.
Походу чужаки особенно не готовились к тому, что придётся кого-то захватывать и содержать в заключении. Помещение явно не предназначалось на цели тюремной камеры.
Руки связаны. Ноги тоже. Кое-как извернувшись, он сумел толкнуть боком проводника, от чего тот застонал и, наконец, проявил признаки жизни.
Уже хорошо, подумал Алексей.
- Живой? – почему-то шёпотом поинтересовался он, но не получив сразу ответа, повторил в полный голос, слова зазвенели муторной болью в голове. – Живой, спрашиваю?!
- Да живой, живой, - отозвался Василий. – Господи, что же так плохо-то? Чем это они нас?
- Да чёрт их разберёт, - ответил Алексей. – Чем-то, с чем мы ещё не сталкивались.
- Пить хочется, - просипел Васили, попытался подняться, но снова сполз по трубе.
От взгляда Алексея не ускользнуло красное пятно на полу.
- У тебя походу рана открылась, - сообщил он напарнику.
- Походу да, - вздохнул тот.
- Болит?
- Ничего, терпимо.
Несколько минут они ни о чём не говорили, пока Алексей пытался выцепить хоть что-то, что могло бы помочь им бежать отсюда – безрезультатно. Может, в шкафчиках есть что-нибудь полезное, но для начала неплохо было бы освободиться, прежде чем убедиться, что все шкафы заперты, как и те ящики у стены.
Ноги были просто стянуты каким-то проводом, а вот руки, судя по ощущениям – в наручниках. Попытавшись выбить сустав большого пальца, чтобы высвободить хотя бы одну кисть, Алексей после нескольких попыток бросил это занятие, всё оказалось несколько сложнее, чем он себе представлял.
- Твою же!.. – от бессилия захотелось кричать.
Давно он не был в таком безвыходном положении. Да никогда не был! Спокойно-спокойно, как говорил товарищ Сухов, лучше помучиться. Пока ты жив, ещё ничего не кончено. Наверное.
В этот момент в двери провернулся замок, и она стала открываться.
******************************************************************************************
Не забывайте ставить "палец вверх" под публикацией и включать колокольчик на странице канала, чтобы не пропустить новых.
Вдохновить автора можно перечислив любую сумму на карту Сбера (на чебурек с беляшом):
5469 4300 1181 6529 или
2202 2001 5869 1277
Или на кошелёк Ю-Мани
4100 1113 6694 142
Спасибо. И да минует нас Апокалипсис!
Наше дело - правое! Враг будет разбит! Победа будет за нами!