Родной берег 104
Ночью в доме стояла тишина. Только из сенцев доносился тихий голос Авдотьи, которая утешала Таисью. Саша и Лиза, лежа в одной постели, слышали мамины рыдания.
Утром, когда они проснулись, её уже не было. Она ушла на работу.
Весь день, чувствуя беду, дети играли тихо. Они с нетерпением ждали Таисью, надеясь, что мама возвратится привычно спокойной и бодрой.
Ленинград, переживший страшные годы блокады, постепенно возвращался к жизни. Улицы, ещё недавно пустынные, наполнялись людьми. Школа, в которой работала Таисья Григорьевна, тоже оживала. Педагоги красили, чинили, восстанавливали документы и методические материалы.
Таисья Григорьевна работала как все, но в думах своих была безучастной ко всему происходящему. Она была погружена в своё горе. Коллеги поддерживали её, понимая, что горе ходит за этой женщиной по пятам. Хотя, у всех были потери. Блокада мало кого не задела своим черным крылом. Военные годы отняли близких и разрушили судьбы.
— Таисья Григорьевна, отдохните, — предложила однажды молодая учительница Зинаида Павловна. — Я сама здесь доделаю.
— Спасибо, милая, но мне лучше поработать, — коротко ответила Таисья.
Зинаида вздохнула и обменялась взглядами с другими коллегами. Те лишь пожали плечами: все понимали, что Таисья тяжело переживает очередное горе.
В этой душевной тьме единственной ниточкой надежды оставалась мысль о возможной ошибке. Иван Иванович мог ошибаться, могла произойти путаница. Таисья снова и снова писала письма в детские дома, но ответы были неизменными: «такой девочки у нас нет». Она отправляла запросы в Геленджик, Сочи, Новороссийск, уже в поисках сестры. Но из этих мест приходили такие же безнадёжные известия. Груз отчаяния рос, Таисья и сама не знала, где брала силы, чтобы жить дальше.
Источником силы были дети. Они вновь и вновь возвращали к хлопотам, к каждодневной необходимости принятия решений. К жизни.
Витя, как мог, поддерживал маму. Немногословный, он старался делами показать свою любовь и заботу. Витька себя не жалел. Его день начинался рано, заканчивался поздно и был до отказа заполнен делами и заботами. Операция, на которую его направил мастер, оказалась тяжёлой и требовала восстановления сил. Но восстанавливаться было некогда. После работы Витя готовился к экзаменам, ездил к Митрофану и Агафье помогать в огороде и заготавливать дрова. О собственных дровах тоже не забывал. Решил снова купить и снова сложить на кухне. Конечно, они занимали место, которого и так было мало. Однако тепло было важнее.
Операция, на которую его поставил мастер Илья Михайлович, требовала выносливости и сил. Витя держался. Другого выбора он себе не оставил. После работы отдыхать тоже было некогда. Шёл к Митрофану и Авдотье: огород, ремонт старого дома, заготовка дров — работы хватало. Вернувшись домой, он садился за билеты, готовясь к экзаменам.
— Вить, отдохни, — уговаривала его Таисья. — Такие дела под силу только здоровым мужикам. Ты надорвёшься.
Но Витя лишь отмахивался, продолжая усердно выполнять мужские обязанности. Он принялся учить Сашку всему, что было тому под силу. Мальчишка старался перенять все, что говорил ему старший брат, понимая, что совсем скоро станет для мамы и Лизы единственным помощником.
В один из своих редких выходных Витя снова отправился к Дусе. Тёплый ветер, яркое солнце и предвкушение встречи с любимой воодушевляли его.
— Ну, явился наш мореход, — встретила его у дома бабка Марфа, весело глядя на молодого человека. – Иди в дом, Дуська все глаза проглядела. Ждет, а тебя все нет.
- Работа, да подготовка к экзаменам.
Дуся не сдержалась, бросилась к парню на шею. Потом опомнилась, зарделась, отошла. В дом как раз незадолго до Вити зашла Лидия Николаевна.
- Ну здравствуй, Витя. В мореходку собрался экзамены держать?
- В неё. Очень надеюсь, что поступлю, — улыбнулся Витя. — Мечта зовёт вперед.
— Мечта, — протянула Лидия Николаевна, качая головой. — А ты подумал, как потом жить?
Витя растерянно замолчал. Лидия Николаевна продолжила:
— Счастье ведь на берегу. Дом, семья, дети. А у моряков что? Только море на уме. Уйдёте в плавание на полгода, а жена дома одна, растит детей, все дела на ней.
Витя хотел ответить, но вмешалась Дуся.
— Мама, перестань, — мягко, но уверенно сказала она. — Витя давно мечтал о море. Пусть у него всё получится.
Лидия Николаевна вздохнула, махнула рукой.
— Ну, как знаете. Молодым — своё. Только ты, дочка, и о себе подумай. Так и будешь санитаркой? Виктор учиться начнет. И тебе бы не помешало.
- А я тоже пойду. На медсестру, - тут же нашлась Дуся.
Они опять всю ночь гуляли, сидели на берегу, мечтали. Своей жизни уже друг без друга не представляли.