"Ну что с того, что я там был..."
Мне довелось побывать в Ленинакане (ныне Гюмри) в феврале-марте 1989 года, через два месяца после Спитакского землетрясения. Был я туда командирован на месяц от МинСевЗапСтроя РСФСР в качестве связиста, для обслуживания средств связи стройотрядов и центральной диспетчерской министерства.
В командировку я отправился пассажиром на ГАЗ-66 из стройуправления министерства в Лобне. Водителя звали Михаил. В министерстве машину загрузили ящиками с разной аппаратурой и телефонными аппаратами. Честно сказать, начальству удалось отправить туда всё старьё. Правда, в основном, работающее. Дорога до Ленинакана заняла шесть неполных дней. И об этой дороге я расскажу отдельно.
Зарисовка первая. Прибытие.
Мы прибыли в Ленинакан на утро шестого дня. Михаил подъехал к стоящему на небольшом холме зданию и сказал: "Вот тут диспетчерская и начальство." Я, по привычке, взбежал по лестнице ко входу и задохнулся. Подумалось: "Всё-таки заболел..." Но тут же успокоился, вспомнив, что Ленинакан находится на высоте более полутора тысяч метров над уровнем моря.
В здании, оказавшимся Домом Культуры строителей, я нашёл своего начальника - директора ГИВЦ МинСевЗапСтроя и пошёл устраиваться. Место мне выделили в читальне библиотеки, где уже располагались раскладушки других командированных. В тот же день я познакомился с связистом из Чувашии, которого должен был заменить на время - он уезжал домой, чтобы через несколько недель вернуться сюда уже на постоянную работу. Он ввёл меня в курс моих обязанностей и показал места, где мне предстояло трудиться, куда ходить питаться.
Зарисовка вторая. Володя из Гатчины.
Мы размещались в читальне вчетвером. Часто в гости к нам заходил Володя. Володя приехал сюда добровольцем, по зову сердца, в первые же дни после землетрясения. И собирался оставаться здесь надолго. Сначала он помогал спасателям разбирать руины и откапывать пострадавших. С окончанием этого этапа он устроился в строительную бригаду.
Как-то он принес нам банку сгущенного молока. Почти обычная консервная банка, обернутая синей с белым этикеткой, какие можно было найти в любом продмаге. Необычным был только вес - 5 кг. А ещё он рассказывал о первых днях своего пребывания здесь. О разрушенных домах, о разборке завалов, о работе спасателей. Мне запомнились две его истории:
"Мы работали в Ленинакане уже через пару дней после Спитакского землетрясения. Город был весь в руинах, а в завалах ещё могли оставаться выжившие. Поэтому мы внимательно относились к просьбам подходивших попытаться освободить тот или иной завал. В один из первых дней подошел местный и попросил нас поднять плиту, завалившую проход в его квартиру: "У меня там, там..."
Мы подняли плиту и он пролез внутрь. Спустя несколько минут вернулся, держа в руках несколько сберкнижек.
Кто что спасал..."
"У меня в бригаде работает армянин. Разнорабочим. Он приехал сюда из Тбилиси. А до этого в Армении не жил. Говорит: "Как я мог остаться дома? Ну надо же помочь своим в такой беде." На вопрос, кем работал раньше, мнётся и не хочет отвечать. Мне он сказал, что работал в Тбилиси врачом-гинекологом..."
Мы иногда собирались и играли по вечерам в карты. Володя тоже принимал участие. А как-то раз принес с собой книгу. Сборник произведений М. А. Булгакова, в твердой, бледно-салатового цвета, обложке. Напечатан в Армении, цена - 1 р. 04 коп. Я попросил его дать посмотреть книгу, и когда увидел, что там есть "Мастер и Маргарита" сразу же начал упрашивать его, чтобы он мне продал эту книгу. Володя отказался. Тогда я попросил его дать почитать и сразу же приступил к чтению.
Лет за десять до этого мне на одну ночь выдали "Мастер и Маргариту" в самиздате, в альбомном формате, со слепым шрифтом. С наказом отдать на следующий день.
От игры в карты я отказался и читал книгу, лёжа на раскладушке. Когда игра закончилась, Володя подошёл ко мне. Я протянул ему книгу. Он сказал: "Оставь себе. Насовсем". От денег он отказался. Я спросил, почему он поменял решение. Володя ответил: "Ну, ты так увлекся, ни на что внимания не обращал".