— Скоро уже с отделкой закончим. Почти достроили, — сказал мой муж Юрий, когда мы готовились ко сну.
— Значит, скоро косметический ремонт и всё остальное, — ответила я, втирая крем в руки и мечтая о новой кухне.
Юрий улёгся, подтянул одеяло к подбородку и улыбнулся:
— Точно, пошли спать. Утром рано вставать.
Мы погасили свет, но у меня долго не получалось уснуть. Что-то внутри беспокоило, и это «что-то» было непонятным и смутным. Мы с Юрой расписались три года назад. Детей решили не заводить сразу — ведь на нас навалилась целая гора забот. От отца Юрию остался недостроенный дом на большом участке земли за городом. Мы решили, что достроим его и переедем туда. Свежий воздух, тишина, спокойствие. Да и до города недалеко — всего полчаса на машине. Казалось, вот оно, счастье — бери и строй!
Но всё оказалось гораздо сложнее. Стройка требует не только сил, но и денег. Мы работали не покладая рук, экономили на всём и бросили все ресурсы на строительство. Я всегда верила, что делаем это вместе, что это наш общий дом, хотя юридически дом был записан на Юру — он же получил его в наследство до брака. Но разве это имеет значение, если между нами доверие и любовь?
В моей семье всегда царили гармония и забота. Родители души не чаяли в нас с братом. Мама называла меня «моей радостью», а папа всегда поддерживал и давал советы. Когда я поступила в университет в другом городе, они поддержали меня, несмотря на грусть от разлуки.
После университета я устроилась экономистом в крупную строительную компанию и встретила Юру. Он был мастером на все руки, добрым, весёлым и отзывчивым. Мы быстро сблизились, начали встречаться, а через год сыграли свадьбу. Юра был моим надёжным плечом, а его мама — Татьяна Сергеевна — казалась женщиной доброй и заботливой. Она всегда хвалила меня и ценила все .что я делаю для общего блага.
Но что-то начало меняться.
Последние месяцы были особенно напряжёнными. Мы с Юрой обсуждали ремонт будущего дома. Я мечтала о кухне в светло-жёлтых тонах, с широкими подоконниками для цветов, о уютной спальне и светлой гостиной. Каждый вечер мы говорили об этом за ужином. В тот вечер я даже приготовила индейку с мёдом и соевым соусом, её золотистая корочка так аппетитно хрустела. Юра с удовольствием ел, рассказывал о своих идеях для прихожей и новой мебели.
— Вот, думаю сделать прихожую максимально компактной. Я видел интересные варианты на заказ. Да дорого, конечно, но зато удобно, — рассказывал он, увлечённо жестикулируя вилкой.
Мы мечтали об уютном доме. Вернее, я думала, что мы мечтаем вместе.
На следующий день Татьяна Сергеевна пригласила нас на чай. Она накрыла стол, испекла пироги с рыбой, как всегда, рассыпчатые и ароматные.
— Вика, бери ещё кусочек, пирог удался на славу! — улыбалась она.
— Спасибо, Татьяна Сергеевна. У вас всегда всё так вкусно получается, — похвалила я.
— Да там ничего сложного. Просто все делаешь по рецепту, — пожала плечами свекровь.
— Я пыталась, но у меня получается что-угодно, но не пирог, — рассмеялась я.
Татьяна Сергеевна тепло мне улыбнулась:
— Зато ты сильна в другом. Без тебя Аркашенька бы дом не достроил. Ты столько вложила!
Я всегда считала, что наши вложения с Юрой — общие. Мы ведь семья. Но в тот вечер что-то пошло не так. Когда я показала свекрови и Юре эскиз нашей спальни, его лицо вдруг окаменело.
— Вика, ты что лезешь со своей отделкой? Дом вообще-то мой, — сказал он вдруг холодно.
Я застыла, не понимая, что только что произошло. Разве это не наш дом? Разве мы не строили его вместе? Молчание свекрови было каким-то напряжённым, а её улыбка вдруг показалась фальшивой.
Вечером мы ехали домой молча. Я ждала объяснений, извинений, но Юра молчал. Зайдя в квартиру, он ушёл в душ, оставив телефон на кухне. Я никогда раньше не заглядывала в его телефон — не было причины. Но сейчас меня охватило такое беспокойство, что я не смогла удержаться.
Разблокировав экран, я сразу увидела переписку с его матерью.
— «Мама, я уже не могу терпеть. Она скучная и неинтересная. Хочу с ней развестись».
— «Потерпи, сынок. Пусть сначала дом достроит».
Меня как током ударило. Я перечитывала эти сообщения снова и снова, но смысл не менялся. Слёзы навернулись на глаза, а в груди что-то болезненно сжалось. Я молча собрала вещи и написала отцу, что еду к ним.
На следующее утро, после бессонной ночи в дороге, я уже сидела за кухонным столом у родителей. Папа налил мне чаю и взял за руку.
— Вика, что случилось? — спросил он, глядя мне в глаза.
— Юра... он предал меня, пап. И свекровь тоже, — мой голос дрогнул, но я сдержалась.
Отец, юрист по профессии, не терял времени. Он помог мне подать на развод и подать иск на возврат всех денег, вложенных в строительство. Суд был не быстрым, но справедливость восторжествовала. Мне вернули мои вложения. Я смогла купить небольшую квартиру, пусть и с ипотекой, но это было моё жильё, моя крепость.
Юра и его мать исчезли из моей жизни, как неприятный сон. Иногда прошлое пытается вернуться, но я больше не сомневаюсь в своих решениях. Я научилась защищать себя и своё будущее. Теперь у меня есть дом, в котором я чувствую себя в безопасности. И я точно знаю: лучше быть одной, чем с теми, кто готов предать ради собственной выгоды.
***
Если вам понравилась история, рекоменую книгу, от которой я осталась в полном восторге:
"Три звезды" миллиардера. Отель для новобрачных", Тала Тоцка ❤️
Я читала до утра! Всех Ц.