– Нет, - отвечает неожиданно твердо, выбрасывая нотки материнской заботы из голоса. – Нет, Лиза, тебе не стоит ко мне приезжать.
– Мам…
Я даже теряюсь от такого резкого ответа. У нас не самые близкие отношения. Возможно, это моя вина, потому что я никогда не прислушивалась к ней, резко реагировала на «советы». Может, это вина мамы, которая пыталась толкнуть меня в нужном ей направлении, а не принимала меня такой, какая я есть.
Или наша общая, раз мы не научились ничему за столько лет.
Но последнее время мы неплохо общались, созванивались по выходным и виделись на праздниках. Не прочная связь, но я была уверена, что она поможет в сложный момент.
– Не нужно бежать ко мне, если поругалась с мужем, – мама тяжело вздыхает, словно говорит с нерадивым ребёнком. Я холодею от мысли, что она уже всё знает. Откуда? – Вернись домой и помирись. Нужно быть взрослой, Лиза, и решать проблемы.
– Я не… С чего ты взяла, что у нас с Демидом проблемы?
Откуда она узнала?
Как?
Мужу нет смысла ездить к моей маме и всё рассказывать. Да и если бы он так поступил, в каком-то бреду позвонил ей, то мама бы давно меня набрала и высказала, как я облажалась.
– А зачем ты бы просилась ко мне? – мама легкомысленно отмахивается, будто знает меня идеально. – Так что не стоит приезжать. С мужем нужно обсуждать всё. Извинись, он простит. А мы встретимся потом как-то.
– Мам, мы не… Мы не поругались.
Ругаются – когда говорят двое. Высказывают претензии, а потом есть шанс помириться.
У нас с Демидом такого шанса нет.
Я всё не могу собраться, в затянувшейся прострации. Бьюсь как рыба, выброшенная на лёд. Хочу назад, в прошлое, где всё было хорошо. Словить момент, когда всё разрушилось.
Неужели Демид всегда был таким?
А я не заметила?
– Тогда не понимаю…
– Мы разводимся, – сжимаю зубы, словно мышцы разрываю этой правдой. – Мы с ним разводимся. Мне негде сегодня ночевать. Можно?
Я слушаю тишину, сердце бьется всё медленнее. Каждый удар такой отчетливый, ломает ребра острой болью. Я сжимаю ручку сумки до побелевших костяшек, кусаю губу.
Одно такое признание выворачивает наизнанку.
Произнесенное вслух – делает всё более реальным.
Я не выдумала всё, не увидела кошмар, заснув посреди смены. Это происходит, вся моя жизнь осколками рассыпается под ноги. И я не представляю, как смогу кому-то рассказать о причинах, если даже сам факт выворачивает меня наизнанку.
Люди расстаются, разводятся, живут дальше.
Я должна быть сильной, но не получается.
Так происходит, когда очень кого-то любишь?
Или просто я не справляюсь с тем, что мои первые взрослые отношения заканчиваются таким ужасным способом? Я встречалась с парнем два года в школе, но когда всё закончилось – я ощущала лишь легкий укол разочарования.
Сейчас в меня со всех сторон воткнули длинные иголки.
– Разводитесь? Я что-то не поняла, – представляю как мама хмурится, всхлип вырывается наружу. – Как это вы разводитесь? На Новый год вы приезжали и всё было хорошо.
– Ну, вот так, мам. И я…
– Что ты натворила уже?
– Мам! Почему виновата обязательно я? Демид меня из дома выгнал, просто на улицу. И он хороший после этого? Если бы ты знала, что он мне наговорил…
– Демид бы не сделал так, прекрати. У всех бывают ссоры, но не стоит на мужа наговаривать. В конце концов, вы помиритесь, и тебе будет стыдно за эти слова. Приезжай, раз такое дело. Но я надеюсь, что ты образумишься и вернешься к Демиду.
– Ага.
Я сбрасываю вызов, не прощаясь. Если услышу ещё хоть слово… Хоть намёк про то, что это я не справилась с браком… Нет, мне нельзя волноваться, нельзя.
Это ведь на одну ночь, я выдержу. Всего несколько часов ничего не изменят. Закроюсь в своей старой спальне, главное не начинать обсуждения с мамой. Её слова уже достаточно ранили.
Я не понимаю, почему всегда виноватой оказываюсь я. Чтобы не сделала, какой бы выбор не делала – в ответ слышала лишь упреки про то, что можно было лучше. По-другому. Умнее. Успешнее. Добиться большего к моему возрасту.
Я должна радоваться тому, что сегодня есть где переночевать. Но не могу сдвинуться с места. Малодушничаю, выбираю ещё недолго постоять на улице. Отойти от этого разговора, подготовиться к новому.
Открываю сайт с поиском жилья, переминаюсь с ноги на ногу. Лучше так, сразу. Потом опять забуду, ни к чему не буду готова. Я буду чувствовать себя уверенней, если поеду к маме уже с запасным вариантом.
Только все объявления, которые мне подходят, слишком далеко. Либо возле больницы, но с ценой как за квартиру, а по факту – маленькая комната.
Я перебираюсь в небольшое кафе через дорогу, где мы часто пили с коллегами кофе. Заказываю только черный чай, копаюсь в сумке, достаю оттуда кошелек.
Корю себя за то, какой беспечной была. Легко относилась к жизни, слишком верила в нашу с Демидом семейную жизнь. Будь я умнее, имела бы запас на черный день. План действий, брачный договор, в конце концов.
Но Демид был стихией. Ворвался в мою жизнь. Сначала раздражал, потом покорил. Всё так быстро происходило, как налёт «Золотой орды» на Киевскую Русь. Влетел, украл меня, не оставляя шансов отбиться и сохранить остатки разума.
А теперь я сжимаю в руках свой оранжевый кошелек и не знаю, сколько там есть денег. Я откладывала зарплату, но тратила на праздники. Хотелось делать мужу подарки с собственных денег, казалось более личным.
Всё напряжение лопается мыльным пузырем, когда я пересчитываю наличку. Здесь намного больше, чем я ожидала. Всё никак не привыкну, что после ординатуры ставка у меня стала выше.
Мне должно хватить на гарантию и плату за первый месяц. Конечно, лучше выбирать скромный вариант, чтобы не покрывать лишь запасами… Но я впервые за эти сутки чувствую себя так, словно у меня есть выход!
Всё не заканчивается на Демиде.
Я без него могу справиться со всем.
В меня словно резко вливает физраствор, в котором смешаны витамины и надежда. Воодушевляюсь, прошу официантку присмотреть за чемоданом, а сама подхватываю сумку и спешу в уборную.
Это плохое решение, но мне нужно закрыть все вопросы прямо сейчас. Вечером тест на беременность может дать ложноотрицательный ответ. Я знаю! Но если прямо сейчас будет две полоски…
Если всё подтвердится…
Нельзя давать себе ложную надежду, она потом ядом отравляет и убивает. Но Серафима Ивановна уже и так дала мне мечту, веру в то, что хоть что-то хорошее осталось в моей жизни.
Я жду две минуты, указанных на инструкции, после – ещё три от себя. Сколько раз я уже так делала? Мучила себя, хотя заранее знала, что ничего не получилось.
Но сейчас всё совсем по-другому. Я уверена, что беременна, мне нужно лишь подтверждение. И так страшно лишиться последней надежды. Я не позволю Демиду сломать меня в любом случае, но…
Такой долгожданный малыш должен быть толчком. Меньше страдать, больше делать. Вырваться из коматоза, сбросить это состояние, словно я после наркоза.
Делать-делать-делать.
Развестись с мужем быстро, лишь бы он не претендовал на ребенка. После его слов об аборте, я Юсупова и близко не подпущу к малышу. Пусть со своей Марисой счастлив будет.
А это чудо – оно только моё.
Жмурюсь, в сердце покалывает от счастья. Дофамин растекается по крови, кружит голову. Две полоски – как два выстрела в голову. И мозги отключает, и готова кричать от радости.
Беременна.
С заключением замглава.
С двумя полосками.
Я мечтаю, чтобы эти месяцы пролетели в одно мгновение, я поскорее взяла в руки своего малыша. Прижала к себе маленькое тельце, успокоилась, что всё хорошо. Ничего не случится с ним, я не позволю.
Я возвращаюсь за столик окрыленная, в голове сплошная сахарная вата. Представляю все детские вещички, которые обязательно куплю для ребенка. Кроватку, игрушки, как обустрою уголок…
Сейчас ничего не имеет значения. Ни жестокий поступок Демида, ни хрупкое будущее. Это всё можно преодолеть, перепрыгнуть на адреналине, и оставить позади.
Я назначаю несколько встреч, чтобы посмотреть комнаты для съема. Большинство самых нормальных – свободны с первых чисел, где-то нужно будет подождать две недели. Столько с мамой я не выдержу.
Отель отпадает как слишком дорогой вариант, хостел для рабочих – из санитарных норм. В больнице будет нервно, да и появятся вопросы, если я постараюсь там жить зайцем.
Квартира посуточно? Лучший вариант, если там будет всё прилично. Но это на крайний случай, если не смогу снять сразу. Завтра вечером у меня много просмотров, ещё два – в обед.
Жизнь налаживается и приобретает краски.
Я даже заказываю себе ужин, потому что теперь нужно следить за питанием, не ходить голодной. А спешить к маме не хочу. Мне нужно немного тишины и вернуть внутреннее равновесие. Тогда будет легче пережить несколько колких фраз от мамы.
От скуки я рассматриваю интерьер кафе, прохожих за окном. А после окаменеваю, когда замечаю нового гостя в заведении. Ко мне направляется человек, которого я совсем не ожидала увидеть здесь. Уверенной легкой походкой, перебрасывая кудрявые волосы с одного плеча на другое.
Что она здесь делает?!
Зачем идёт прямо ко мне?
– Привет, неожиданная встреча, правда? – девушка широко улыбается, но от неё тянет холодом. – Не против?
Без моего согласия усаживается за мой столик, подзывает официанта. Мне нужно хоть что-то сказать, отказаться. Я не готова сейчас к разговорам. Точно не с ней.
Но паника служит нейротоксином, отключая нервные клетки. Я слежу за каждым движением, полностью дезориентирована. Наверное, если бы здесь появился Демид собственной персоной – я бы отреагировала проще.
Черт, да пусть вся его семья плясала бы тут от радости, что он меня бросил…
Всё равно проще.
Легче.
Не вызвало бы столько паники и беспричинного стыда внутри.
– Не хотела тебе отвлекать, но решила, что тебе не помешает компания. Ты бледная такая… Всё хорошо? – продолжает щебетать, не замечая моей паузы. – Ну же, поговори со мной, Лиз, я не кусаюсь. Я здесь с миром.
– Здравствуй, Раина, – выдавливаю из себя приветствие.
И не понимаю, что от меня нужно бывшей жене Демида.
***
Если вам понравилась история, рекомендую почитать книгу, написанную в похожем стиле и жанре:
"Предатель. Цена ошибки", Ая Кучер ❤️
Я читала до утра! Всех Ц.