Начало Пути читайте здесь:
Итак, наша группа продолжает Скорбный путь и проходит следующие станции (остановки) Его Пути.
Проходим место, где Вероника вытирает окровавленное лицо Иисуса своим платком и место, где Иисус утешает женщин Иерусалима.
На этих станциях мы не останавливались. Может быть наш гид не считал их очень важными. А я сама не могла оторваться от группы, так как в этих местах уже огромные толпы паломников, и можно спокойно отстать и потерять свою группу.
Пройдя почти один километр, мы доходим до конечного пункта – до Голгофы.
Здесь, почти рядом друг с другом находятся оставшиеся станции Пути.
Это:
- место снятия одежды с Иисуса
- место пригвождения к Кресту
- место смерти Иисуса на кресте
- место снятие тела Иисуса с креста
- погребение Иисуса во гробе
На Голгофе сегодня находится Храм Гроба Господня, он же Храм Воскресения Христова.
В этом храме есть и то место, где Исуса распяли, и то место куда Его положили, сняв с креста, и место, где находится Его гроб (все места, конечно, условные). Но они находятся в сфере влияния разных Церквей христианства. Об этом абсурде я расскажу дальше.
В особые дни в Храме проходит литургия (патарак). Её проводят отдельно и армянская апостольская церковь, и греческая католическая церковь и православная церковь.
Я уже не раз говорила, что меня поразило не только то, что Иерусалим разделен на четыре административные единицы (армянская, мусульманская, христианская и еврейская), но и то, что некоторые храмы разделены между тремя христианскими конфессиями: армянской апостольской, греческой католической и православной. И по моему разумению, это разделение непосредственно отрицательно влияет и на паломников, и на местных, и в конце-концов, на веру.
Итак, армянских паломников сразу ведут в армянскую часть храма и разрешают войти в комнату, где армянские священники готовятся к литургии.
Все святые места в церкви (место распятия, камень, где Он лежал после снятия с креста, гроб, где Он был погребён) на время армянской литургии, которая начинается раньше православной и католической, закрывают для всех посетителей, кроме армян.
Нам разрешают идти следом за священниками и участвовать в служении и посетить значимые места вне очереди. Я вижу другие группы, которые стоят за ограждением и ждут, когда наша группа пройдёт.
Все зажигают свечки и идут за священниками.
Мы слушаем священника, который читает что-то из Библии. Я ничего не понимаю, потому что читает он на древнеармянском, который для меня звучит почти как китайский. Потом начинают петь молодые семинаристы. Звучит красивая армянская церковная музыка. Это очень красиво!
И вдруг, как гром средь ясного неба, начинает громко играть орган и абсолютно не в тон песен, которые мы слушали. Мы недоуменно переглядываемся. И нам объясняют, что это начинают свою литургию греки-католики.
А через пять минут, начинается пение, которое уже не вписывается ни в армянские песнопения, ни в греческий орган. А это начали свою литургию православные священники. И тут начинается такое, о чём мне просто стыдно писать. Одна литургия пытается заглушить другую. Мы уже не слышим пение армянских священников. Я сначала была в шоке, а потом мне стало просто забавно. Я бы громко засмеялась, честное слово, если бы не место, где я находилась. Разве не забавно, что все три конфессии поклоняются одному Богу, но каждый по своему ведёт службу, мешают друг другу и считают свою службу важнее и правильнее других? Если мне вначале и хотелось помолиться и послушать красивую литургию, то теперь мне было уже всё-равно, и я думала только о том, кто же победит в этом «служении» Богу, и видит ли Он сверху, что тут вообще происходит?
Армянские семинаристы пытаются петь громче. Но в воздухе стоит такая какофония, что я уже не знаю, кого слушать. Побеждает греческий орган! Он заглушает всех. Мы недоуменно переглядываемся, а семинаристы, судя по их губам, продолжают, как ни в чём не бывало петь. Они беззвучно поют, а мы слышим только красивую музыку органа.
А хаос продолжается. У Гроба Господня, нас просят поскорее пройти в грот с гробом, не разрешая оставаться там больше 5 секунд. Хотя нам и разрешают пройти без очереди, но гид нас предупреждает, что наше время ограниченно, поскольку Гроб Господня находится на территории православной церкви, а они не очень любезны с нами и долго оставаться в этом месте не разрешат. Вскоре подходит православный священник и довольно агрессивно "выгоняет" нас со священного места, объясняя, что наше время истекло. Лицо его недовольное и сердитое. Боже мой! Ты видишь это?! Куда я попала!
Затем нас ведут быстро к месту, где Иисус был распят. Это владения греко-католической церкви. Долго стоять нельзя.
Затем нас ведут к месту, куда Иисуса положили, когда сняли Его с креста.
Это огромный камень-плита на полу, куда разрешают положить вещи, которые паломники привезли с собой, чтобы их освятить. Всё надо делать быстро, так-как это тоже не армянские «владения» и нас ждут огромные толпы паломников. Я представляю, какие они злые, что нас пропускают без очереди. Я их понимаю! Уж лучше бы пройти в нормальной очереди, как все.
Армянские священники продолжают свою литургию в громком шуме, проходящих в храме других литургий.
Лучше бы я не видела, что там происходит. Нигде моя вера в церковь так не поколебалась, как это произошло в Иерусалиме. В этот день я окончательно поняла, что вера и церковь – это две разные вещи, и что никогда больше я не приеду сюда, как паломник, потому что оно не имеет ничего общего с моей верой в божественное и в святые места.
Вполне возможно, что если я была бы более набожна или, если бы наш гид (историк по специальности) был бы не настолько ограниченным и не настраивал нас против других конфессий, то я не заметила бы все эти странности. Но я не хочу обманывать ни себя, ни вас. Произошло то, что произошло.
А продолжение следует.